Металлический вкус космоса. Пенталогия в одном томе - Юрий Корнеев

Я скинул с себя комбез, натянул шорты, подхватил полотенце и пошёл на пляж. Там её и нашёл: лежала на полотенце и загорала. Сбегал искупался и завалился рядом. Она стала расспрашивать меня об охоте. Рассказал. И как метко стрелял по баранооленям, и как гонялся за зверюгой размером с медведя, но эта скотина всё-таки смогла удрать от меня в непроходимые нагромождения скал, и как мы все вместе скрадывали огромных кошек, но не повезло, удрали. Но потом они собрались целой стаей, и удирать уже пришлось нам – не убивать же таких красивых зверей.

Слушала она меня, открыв рот. И на пляже, и пока шли домой, и за обедом. Охотились мы меньше времени, чем я рассказывал о нашей охоте. После обеда опять пошли на пляж. Натянул тент и завалился под него. Линда требовала продолжения рассказа, но я, сославшись на усталость, уснул. Часика два поспал, сходил искупался и лёг рядом с Линдой загорать. Правда, долго на солнце не выдержал и перебрался под тент. Это ей хоть бы что – она и так смуглая, а теперь вообще в шоколадку превратилась, а я со своим среднерусским кожным покровом обгораю на раз. Но долго на пляже не задерживались. Очень уж аппетитный вид был – на белом полотенце, смуглое, полуобнажённое тело. Я потребовал, чтобы она такого знатного охотника как-то поощрила, по-своему, по-женски. Она возражать не стала, и мы помчались домой.

Вечером собрались в ресторане у Лика. Зал был заполнен. Абордажники с жёнами и детьми, да и остальных хватало. Аборигенов было много, и вели они себя довольно свободно. Хотя больше было всё-таки полукровок. Но никто никому никакого пренебрежения не выказывал, все дружно и весело проводили время. Мясо и в самом деле было вкусное. Правда, не так уж оно и отличалось от того, что подавали здесь всегда. Вернее всего, народу просто нужен был повод, чтобы собраться и повеселиться.

Но время провели и в самом деле весело. Была и музыка: и из Содружества, и местная, которую наяривала группа ребят и девчат на каких-то странных местных инструментах. А когда народ слегка подпил, начались танцы. Правда, танцевали кто на что горазд, но на это никто внимания не обращал. Мы с Линдой тоже попрыгали. Она меня пыталась научить какому-то местному танцу, но у неё ничего не получилось. Да и зачем? И так всё здорово и весело. Домой вернулись уже заполночь, и тут же завалились спать. Именно спать, хотя в ресторане только и думал: вот сейчас придём домой, вот уж я оторвусь, но только голова коснулась подушки, как тут же вырубился.

На острове мы провели полторы декады. Отдохнули прекрасно, и можно было бы остаться ещё, но пора было улетать, всё-таки мы собирались на мир посмотреть, а не сидеть на одном месте, хоть и очень комфортном. Да и не навсегда мы отсюда улетаем. Уверен, что ещё не раз вернёмся. Так Линде и объяснил, а то уж очень сильно она загрустила. Собственно, и мне тоже улетать очень не хотелось, даже проскальзывала мысль: а не остаться ли здесь жить? А что? Денег у меня полно, во всяком случае, лет на пятьдесят безбедной жизни хватит. Днём буду валяться на пляже, по вечерам с мужиками сидеть в кабаке и попивать винцо, ведя длинные разговоры обо всём подряд. Заведу кучу детей. Линда будет счастлива, да и мне неплохо. Вот поэтому и решил улетать: ещё декада – и уже никуда мы отсюда не улетим.

Собирались недолго. Единственное, что сделали, – это купили у Лика местных фруктов, овощей и сладостей. Ну и вина, конечно, оно здесь хорошее. Загрузили всё в свой бот. Из системы тоже улетали быстро, как будто убегая. Хотя так и есть – именно убегали, от мирной и счастливой жизни. Пока не ушли в гипер, сидел, сжав зубы – и не только зубы, но и всю свою волю, чтобы не развернуть корабль. В гипере стало легче. Пошёл в кают-компанию и завалился на диван. Линда пристроилась рядом, прижавшись ко мне. Так и лежали до самого обеда. А после обеда разбежались каждый по своим делам: Линда – учиться, я – в тренажёр.

А со следующего дня всё вошло в свою колею. Об острове вспоминали с лёгкой грустью и со смехом. Линда меня частенько называла Великий Охотник, гроза тигров и медведей. Ни тигров, ни медведей она, естественно, никогда не видела – я ей о них рассказал, как раз в том повествовании о нашей охоте. Правда, я их тоже видел только в зоопарке, и неизвестно, водятся ли они вообще на Паоле, но какая разница? Хорошо, что я тогда ещё динозавров не приплёл, даже не знаю почему, сам своей скромности удивляюсь. Как на самом деле прошла та охота, Линда, естественно, в тот же вечер узнала, но до сих пор иногда меня просила рассказать о ней. А я и не отказывался. Думаю, скоро и до динозавров дойду. Зато есть над чем посмеяться.

До королевства Керет нам лететь около полутора месяцев. Два прыжка по нашему фронтиру, семь – по фронтиру Конфедерации. В принципе, можно долететь, нигде не останавливаясь, топлива хватит, но решили всё-таки остановиться на какой-нибудь станции. Вдруг удирать от кого-то придётся, тогда баки лучше иметь полные. Да и Линда уже выучила базы по третий ранг и начала четвёртый, так что наличие медицинского тренажёра стало необходимостью, иначе толку от учёбы не будет. Кстати, учить базы она стала намного быстрее. Не так, как я, конечно, но с тем, что было раньше, не сравнить.

Решили лететь на станцию, находящуюся практически на границе с Конфедерацией. Ещё во фронтире, но метрополия уже рядом, до ближайшей планеты всего прыжок. Да и к королевству Керет близко, тоже один прыжок. Не до самого королевства, а до фронтира. Хотя и до самого королевства всего полтора прыжка, но кто ж нас туда пустит на боевом корабле?

А станция очень большая, транзитно-торговая. Через неё как раз шла торговля с королевством. Летать из метрополии в метрополию мало кому охота – тут и постоянный шмон патрульных, и куча налогов. А по фронтиру намного проще – и никаких налогов, и любого патрульного можно просто послать, если решимости, конечно, хватит. Но досматривать патрульные во фронтире никого не имеют права, если получили код идентификации и нет явного нарушения закона.

И контрабанды во фронтире априори не существует: вози и продавай что хочешь. Единственно, страны из центральных миров следят