Фантастика 2026-93 - Иван Басловяк

Бартоломей просиял и поднял секундомер.

— Текущий рекорд — три минуты тридцать секунд, — с самодовольным видом посмотрел он на меня так, что не оставалось сомнений, кто его поставил.

Я встал на стартовую линию. Полоса препятствий, действительно, была внушительной, но ничего сверхъестественного в ней не было. Обычные физические упражнения, рассчитанные на выносливость и ловкость.

— Готов? — спросил Бартоломей, держа палец над кнопкой секундомера.

— Давай.

Свисток прозвучал, и я рванул вперед.

Первые барьеры я перепрыгнул, даже не замедляясь. Стенку для лазания преодолел в три движения. Канат… канат я вообще проигнорировал, просто перепрыгнув через яму, которую он должен был помочь преодолеть. Вращающиеся препятствия я прошел, даже не дожидаясь, пока они повернутся в удобное положение — просто пролез между ними на максимальной скорости. На них даже лезвий не было, так что опасности никакой.

Последнее препятствие — ползание под низкими барьерами — я преодолел, одним подкатом.

— Время! — крикнул Бартоломей, щелкая секундомером.

Я встал, отряхнул пыль с одежды и обернулся. Все присутствующие смотрели на меня с открытыми ртами.

— Сколько? — спросил я.

Бартоломей несколько раз посмотрел на секундомер, потряс его, снова посмотрел.

— Тридцать семь секунд, — наконец произнес он тоном, граничащим с благоговением. — Тридцать семь чертовых секунд.

Мари упала на пол и закрыла лицо руками.

— Я сдаюсь, — простонала она. — Это нечестно. Он же не человек.

— Вот видите! — торжественно объявил Бартоломей остальным. — Вот к чему нужно стремиться! К совершенству!

Норрис, который все еще висел на канате, посмотрел на меня, потом на полосу препятствий, потом снова на меня.

— А можно я просто уволюсь? — тихо спросил он.

— Никто не увольняется! — рявкнул Бартоломей. — Все будут тренироваться, пока не достигнут хотя бы половины результата Дариона!

— Половины? — ужаснулся Эрик. — Это же чуть больше минуты! У меня столько не хватит дыхания!

— Тогда развивайте дыхание! — отрезал гигант и невиданным энтузиазмом посмотрел на меня. — Дарион, друг мой, тут явно не хватает бассейна!

Я подобрал свой плащ и направился к выходу. За спиной слышались стоны отчаяния и новые команды Бартоломея, который явно вошел во вкус.

— Еще раз! С самого начала! И на этот раз я хочу видеть настоящие усилия, а не эти жалкие трепыхания!

Кайден ждал меня наверху, его лицо выражало смесь восхищения и сочувствия.

— Ты только что сделал нашу жизнь еще сложнее, — сказал он. — Теперь он будет требовать от нас невозможного, ссылаясь на твой пример.

— Зато вы станете сильнее, — равнодушно улыбнувшись, ответил я. — Это же хорошо.

— Легко говорить тому, кто умеет парить над полосой препятствий как птица.

Я усмехнулся и направился в свою комнату.

* * *

Ария встретила меня на втором этаже, возле своей мастерской. Она была в привычном кузнечном фартуке и белом топе под ним, ее глаза за круглыми очками засветились радостью при виде меня и Тени.

— Наконец-то! — воскликнула она, бросаясь к псу. — Я так волновалась!

Тень позволил ей обнять себя и даже прижался к ней, явно скучавший по знакомому человеку. Ария почесала его за ушами, а он довольно заурчал.

— Как дела в кузнице? — спросил я, наблюдая за этой сценой.

— Отлично! — Ария оторвалась от пса и повернулась ко мне. — Я закончила новый проект. Хочешь посмотреть?

Не дожидаясь ответа, она потащила меня в мастерскую. На центральном столе лежал предмет, накрытый тканью.

— Это специально для Тени, — объяснила Ария, стягивая покрытие.

Новым проектом оказался ошейник. Но не обычный, а явно магический — металл переливался в свете ламп, а по всей поверхности были выгравированы сложные руны.

— Ошейник защиты, — гордо объявила Ария. — Он создает энергетический барьер вокруг носителя при обнаружении угрозы. Автоматически активируется, если жизненные показатели резко падают или если рядом появляется враждебная магия.

Я взял ошейник в руки. Металл был теплым на ощупь, а руны слабо пульсировали. Качественная работа — это было видно невооруженным глазом.

— Сколько времени ты на это потратила? — спросил я.

— Несколько дней, — Ария слегка покраснела. — Но мне хотелось сделать что-то полезное. После того, как он пропал, я поняла, что… ну, что он мне тоже дорог.

Тень подошел и обнюхал ошейник. Видимо, запах показался ему приятным, потому что он ткнулся в него мордой.

— Думаю, ему нравится, — сказала Ария. — Можно я его надену?

Я кивнул. Ария осторожно застегнула ошейник на шее пса. Руны загорелись ярче на мгновение, затем потускнели до едва заметного свечения.

— Отлично, — удовлетворенно сказала девушка. — Теперь он будет в большей безопасности.

Тень обошел вокруг себя, и почесал задней лапой ошейник, привыкая к нему.

— Дарион, — осторожно начала Ария, — а можно вопрос?

— Задавай.

— Ты… ты когда-нибудь думаешь о том, чтобы осесть? Найти место, которое можно было бы назвать домом?

Вопрос застал меня врасплох. Я посмотрел на нее, пытаясь понять, к чему она клонит.

— Зачем мне это? — честно ответил я. — У меня есть крыша над головой, еда, работа. Чего еще нужно?

— Ну… семью, например? Людей, которые бы ждали тебя дома?

Ах вот оно что. Я усмехнулся.

— У меня была семья, и она осталась далеко в прошлом.

Мы смотрели друг на друга несколько секунд. Ария явно хотела сказать что-то еще, но в итоге просто вздохнула.

— Ладно, — едва слышно произнесла девушка. — Но если когда-нибудь передумаешь… если захочешь, чтобы кто-то ждал тебя дома… я буду здесь.

Ее слова прозвучали тихо, но в них была такая искренность, что даже меня проняло.

— Увидим, — мягко улыбнулся я и направился к выходу. — Пойду проверю, не убил ли Бартоломей кого-нибудь из наших.

За спиной раздался тихий смешок Арии.

— Иди. Но помни — предложение не имеет срока действия.

* * *

Вечером я сидел в своей комнате, размышляя о планах на ближайшее будущее, когда решил включить телевизор. Обычно я игнорировал новости — слишком много политической болтовни и слишком мало полезной информации. Но что-то подсказывало мне, что стоит быть в курсе происходящего хотя бы частично.

И я не ошибся.

Ведущий новостей — мужчина средних лет с серьезным лицом — сообщал о событиях, которые заставили