Фантастика 2025-150 - Иван Катиш

- А вам не нужен амулет от насекомых? – озарило её.

Все обработанные ею зубы гнаара пришлись очень кстати. Только кузнецу не понадобилось, у него оказался свой навороченный артефакт.

Ронг так резко втянул воздух через нос, что его ноздри раздулись, будто крылья. Вера поняла свою бестактность и попыталась загладить:

- Тут нечего стесняться, я же понимаю, вторая ипостась, блохи… - она смутилась, чуя, что только всё портит.

- У меня нет и не может быть блох! – зло высказался вожак.

- Ой, ну так это же здорово, - обрадовалась она, что он всё-таки разговаривает с ней. Неловко получилось, но интересно, почему это у него не может быть блох? Тут как не зарекайся, а дело это неконтролируемое. Она вопросительно посмотрела на него, но тут же опустила глаза и смолчала. Никаких других идей насчёт выражения своей благодарности не приходило в голову, так как зацепила странная уверенность альфы в своей невосприимчивости или незаселяемости насекомыми.

- Значит, вам амулет не нужен, - зачем-то повторила она – и в общем-то говорить им больше было не о чем. Самое время отойти от него и заняться делами.

Если отправлять караван назад, то можно прекращать расчищать дорогу. Развернуть телеги не удастся, значит надо перезапрягать лошадей. Вера, в качестве извинения, слегка улыбнулась:

- Я пойду, надо сказать всем, что едем обратно.

Она переговорила с Удалым, потом с кузнецом – и все засуетились. Лэра отошла в сторонку, чтобы никому не мешать. Выбрала для себя плоский валун и села на него дожидаться, когда все перестроятся.

- Мои амулеты все на мне, - раздался рядом голос, когда она, пригревшись на тёплом камне под лучами Вариетаса, уже обо всём забыла.

- Что? – Вера развернулась к подошедшему мужчине и усевшемуся в тени других валунов.

Ронг молча показал на татуировки на выбритой части головы.

- Здесь всё. Защита от насекомых, проблемы с одеждой при обороте, смена окраса, обращение к духам.

Вера слушала с удивлением. Ну надо же, а она думала, что никаких проблем с одеждой нет, а тут столько всего услышала. Про блох она дипломатично промолчала, а вот всё остальное было ей интересно.

- Я заметила, что вы одеваетесь не так, как все ваши. Ну, как бы красивее…

- Много ли вы наших видели? – ухмыльнулся мужчина.

Вера пожала плечами и отвернулась от него. Она всё рассказывает его подопечным, будто бабушка-наседка терпеливо отвечает на все их вопросы, а тут каждое слово надо клещами тащить.

- Как можно больше одежды на себя надевают все недавно обретшие зверя. Чем больше одёжек, тем толще подшёрсток, да и сам мех*.

(*прим.авт. Ю.Жукова «Замуж с осложнениями» там оборотни опасались даже раздеваться, чтобы кто-нибудь не стащил одежду, так как от этого зависела толщина меха)

Когда зверь вырастает, то в этом уже нет необходимости, а в старости, можно снова улучшить мех за счёт одежды.

- О, я даже не догадывалась! – Вера развернулась к Ронгу – он её удивил. - А ваша татуировка как влияет на одежду?

- С ней я от своей одежды получаю не столько мех, сколько делаю свою шкуру прочнее.

- Поэтому вы носите кожаные вещи?

- Да, ткань, шерсть, при обороте на нас становится мехом и это дано от рождения, а кожа делает более прочной нашу шкуру, но для этого нужны руны.

- Интересный эффект. А если на вас надеть вещи с металлом?

- Металл при обороте не переходит ни в какое состояние. Мы не становимся бронированными зверьми. Если бы это было так, то нам не потребовалась бы никакая помощь против тварей изнанки.

- Да, наверное. А у кого нет татуировки, тот не преобразует на себе кожаные изделия? И как вы отличаете вещи на себе? Ведь сумка тоже надета на тело, но она ни в какое состояние не переходит?

Вера умолчала о том, что волки с дорожными мешками смотрятся весьма комично.

- Одёжные руны может начертить на себе любой взрослый оборотень. Как только он вырастит своего зверя, так можно наносить на тело, что угодно.

- А вы ещё говорили про окрас?

- Белому волку тяжело в летнем лесу, поэтому я ношу чёрную одежду, чтобы при обороте менять цвет шкуры.

-Ух! А я-то думала… А что вы говорили про духов?

- Что могу обращаться к ним в случае надобности, но об этом вам знать ни к чему.

- А что значит «вырастит своего зверя»? Разве вы не одновременно с ним взрослеете?

- Я думал, что люди всё о нас знают. Это же вы любите собирать знания и хранить всё в книгах.

- Ну, где-то всё это хранится…

- Мы рождаемся такими же, как и вы. Иногда дети в раннем возрасте обретают своего зверя и взрослеют вместе с ним. Чем опаснее и крупнее зверь, тем позже он приходит к человеческой составляющей. Раньше всех соединяются с человеческой половиной лисы, чуть позже кошачьи, ближе к пятнадцати годам волки, самыми последними – медведи. Это для всех тяжёлый период. Человек уже подрос, а зверь – ещё малыш несмышлёный. И если звериное тело растёт довольно быстро, то со звериным разумом сложнее. Для слияния двух сознаний требуется не один год, чтобы стать единым.

- Так вот почему вы молодёжь никуда не пускаете! А как же эти? – Вера кивнула в сторону волков.

- Они молоды, но уже стабильны. Их задача теперь познавать мир единым сознанием.

- Как всё непросто у вас, - покачала головой Вера. - Помните, тогда, во дворе? За что вы так сильно ударили Альрика?

- Вам его жалко? – настороженно спросил Ронг.

- Есть немного. Как же вы собирались отпускать его с нами? Он же медведь и…

- Я думал, что он уже вырастил своего зверя не только телом, но и разумом, и больше глупостей делать не будет. По всем признакам он вступил в стадию активного и разумного общения.

- Лэра Ранс! – окрикнул девушку Удалой. - Можем ехать!

Вера поднялась.

- Вы очень интересно рассказываете, - немножко польстила она оборотню, чувствуя, что он вообще-то не любитель говорить.

Обратно двигались около часа, прежде чем достигли неплохого местечка для стоянки. Расположиться на ней решили надолго. Вера собрала всех и