Консультант - Александра Торн

пробормотал что-то успокаивающее, держа наготове револьвер. Джен осмотрела единственную комнату на первом этаже, и по кивку ведьмы Бирн впустил Маргарет в дом. Едва она переступила порог, как детектив захлопнул дверь. Засовы изнутри и снаружи с лязгом вошли в пазы. Мисс Шеридан провела пальцем по запору: брус и скобы были расписаны мерцающими светло-зелеными узорами, которые, как живые, поползли по двери, расцветая сложными переплетениями. Маргарет восторженно охнула.

– Это тебе не над компаньонками издеваться, – усмехнулась ведьма. – Это настоящая магия.

– Я просто такого еще не проходила! – возмутилась девушка, хотя с какой стати ей оправдываться перед каким-то дворецким. – Я тоже когда-нибудь так смогу!

– Не сможешь, – презрительно бросила Джен. – Мистер Лонгсдейл – не такой, как вы, людишки.

– А какой?

Ведьма не ответила. Она остановилась перед небольшим очагом и щелкнула пальцами. Вспыхнул огонь, уютно затрещали дрова, и комната озарилась мягким домашним светом. Маргарет завистливо посопела. Джен пинком подтолкнула к ней кресло.

– Сядь и не отсвечивай. Надеюсь, ты не описаешься от страха.

– Не дождешься, – холодно ответила мисс Шеридан, опускаясь на краешек сиденья. – Мне не семь лет.

– А сколько?

– Семнадцать.

– Врешь! – недоверчиво вскричала ведьма и вылупилась на девушку как на чудо света.

– Семнадцать, – раздраженно повторила Маргарет. – Что тут такого?

– Да ты же еще вообще младенец! Как ты можешь так выглядеть в семнадцать лет?!

– Мы, люди, в семнадцать уже выглядим нормально, в отличие от… – Девушка смолкла, поразмыслила секунду и вкрадчиво спросила: – А тебе сколько лет? А мистеру Лонгсдейлу? Давно ты ему служишь?

– Я ему не служу!

– Да? А что же ты, по-твоему, сейчас делаешь?

Ведьма наклонилась к ней и прошипела:

– Сиди молча, самочка, не то превращу в лягушку!

– А ты можешь? – встрепенулась Маргарет. – Нет, действительно можешь?

Джен озадаченно на нее покосилась, пробормотала «Вот же полоумная!» и отступила к окну.

Очаг весело пылал, и в комнате постепенно теплело. Маргарет сняла муфточку, шляпку, расстегнула пальто и сбросила его на спинку кресла, тихо чихнула от пыли. Обиднее всего будет просидеть в этой развалине до утра, потому что никто не придет. За разговором с ведьмой она не услышала, как уехал детектив Бирн. Маргарет не рассказывали план операции – на случай, если маньяк умеет читать мысли. Девушка нервно переплела пальцы. Вообще-то полная неизвестность пугала ее еще больше, чем сумасшедший убийца.

– Каково это – быть ведьмой? – спросила Маргарет.

– Что значит – каково? – Оранжевые искорки в глазах Джен ярко сверкнули. – Я такой родилась!

– И… и как это? Ну, быть такой… – Девушка поискала слово. – Такой… самостоятельной.

– Неплохо. Мне нравится.

«Ага, – с тоской подумала мисс Шеридан, – ходишь куда хочешь, делаешь что хочешь, и никто тебе не указ».

Жизнь очень несправедлива!

– Почему Энджел говорит, что у вас нет души?

– Потому что нет, – сквозь зубы процедила Джен.

– Но в чем разница? Вот, допустим, у меня она есть. И что?

– И ничего. Пока не потеряешь – не поймешь.

Маргарет заинтересованно посмотрела на ведьму. Определенно, разговор ее задевает. Но почему? Разве она не сильнее человека во всех отношениях? Владеет магией, живет наверняка дольше, всякие твари ей не страшны… в чем тогда дело?

– Что, завидно? – с усмешкой спросила Джен.

– Да, – призналась Маргарет. – Будь я ведьмой, я бы разорвала этого гада в клочья. Сама!

Ведьма снова наклонилась к ней – так низко, что поля ее шляпы бросили тень на лицо мисс Шеридан, долго вглядывалась в нее совершенно черными глазами и наконец сказала:

– Ну, когда-нибудь, лет через двадцать, если будешь прилежно учиться…

– Хотела бы я быть ведьмой, – прошептала Маргарет.

– Ага, вот с этого они все и начинают, все эти ваши Душители и маньяки. Все-то им хочется заполучить то, чего вам, людишкам, от природы не положено. Спроси-ка у своего ангела, как он стал…

Вдруг Джен замолкла и напряженно замерла. Маргарет оцепенела, вмиг покрывшись холодной испариной. Ведьма повернулась к окну и положила ладонь на пристегнутую к бедру кобуру с револьвером. Ее сюртук распахнулся, и под ним обнаружилась мускулистая, фактически лишенная груди фигура, так что в темноте ведьму и без иллюзий можно было спутать с парнем.

Джен прижалась к стене у окна и чуть-чуть приоткрыла ставень. Маргарет перестала дышать. Снаружи потянуло холодным воздухом, донесся звук размеренных шагов. Ведьма вытащила револьвер и чем-то в нем щелкнула. Шаги замерли. Мисс Шеридан встала и прижала к груди медальон. Сердце бухало в груди тяжело, как колокол.

«Выходи, – вдруг прозвучало в ее голове. Он больше не принуждал ее. Голос просто звучал в ее мозгу, возникая ниоткуда. – Выходи».

– Он просит меня выйти, – сказала Маргарет.

– Стой где стоишь, – процедила ведьма и дулом револьвера еще немного приоткрыла створку. В темноте снаружи девушка ничего не видела. – Там двое, – сказала Джен. – Низкорослые и довольно тощие. Это люди.

«Выходи», – потребовал голос.

– Не выйду, – прошептала Маргарет, прижимая к груди медальон. Сердце так часто колотилось, что дышать было трудно; края медальона врезались в кожу.

«Выходи, или они умрут».

– Никто не умрет. Здесь нет никого, кроме меня.

«Посмотри в окно».

– Еще чего!

«Освети их. Ты увидишь».

– Освети их… – повторила Маргарет. – Освети тех, кто снаружи!

– Недурная мысль, – кивнула Джен. За окном вспыхнул огненный шар и озарил двоих: мальчика лет двенадцати и девушку, которой было пятнадцать или шестнадцать.

«Выходи», – повторил голос; Маргарет почудилось, что он стал глуше и отдаленнее. Мальчик поднял руку: огонь блеснул на лезвии ножа. Маргарет испуганно вскрикнула, и вдруг мальчик всадил нож в бок девушки. Она покачнулась, но осталась стоять, а он бил ее ножом механически, как заводная кукла.

– Нет! – Маргарет метнулась к окну. – Прекрати!

Джен перехватила ее одной рукой и прижала к себе; дуло револьвера уставилось в лоб мальчишке.

«Выходи или…»

– Motus! – взвизгнула мисс Шеридан и ткнула пальцем в мальчика. Невидимый кулак ударил его в грудь и отшвырнул ярдов на пять. Мальчишка ударился об остатки изгороди и выронил нож. Тот утонул в рыхлом сугробе.

«Выходи», – прошелестел голос. Девушка тоже подняла руку, в которой сжимала кусок стекла. Она пошатывалась и дрожала, и потому первая полоса вдоль горла осталась неглубокой царапиной.

– In ignis! – в отчаянии крикнула Маргарет, представляя, что стекло раскаляется и трескается на множество осколков, но у нее не получилось.

«Выходи. Ты нужна мне».

Джен выстрелила. Пуля пробила девушке локоть. Она пронзительно взвыла от боли и рухнула в снег, который мигом окрасился в темный.

«Иди ко мне, – прошептало в голове Маргарет. – Или я найду еще».

– Нет, нет!

– Сиди тихо! – прорычала Джен и жадно втянула носом воздух.

«Мне нужна такая же, как я. Выходи, и