Фантастика 2026-57 - Марина и Сергей Дяченко

Когда Караннон возвращался к своему ополчению, с ним поравнялся пророк Бревиль, он сегодня выполнял обязанности обычного телохранителя:

– Кое-что мы не предусмотрели, – задумчиво промолвил Бревиль. – А если они сядут на корабли, чтобы на том берегу Петронелла вновь сойтись на ратном поле?

Феомант рассмеялся:

– Исключено по той же причине, по какой они не могут объединиться против нас. Для этого им нужно хоть чуть-чуть доверять друг другу. К тому же подобный исход – смертельный приговор армии Лиги, ведь южное побережье по-прежнему в руках Шенка.

– А что мешает Шенку вернуться одному?

– Тогда мы официально заявим, что Фаркрайн решил поддержать слабейшего, и лишим Мирру такой возможности. Но не это остановит некромантку. Другое. Не понимаешь? – спросил Караннон с легкой улыбкой. – Позор. Неизгладимое пятно позора в веках на имени Мирры Банши. Нелюди исповедуют каноны Чести. Такой исход не допустим для нее, как для командующего. Итак, бегство неприемлемо. Что остается? Мирный договор.

– Стало быть – дело сделано?

– Нет, наступает самое главное. Вечером с командующими будем беседовать не мы, а их бывшие соратники. Пора передавать слово Шакнару и Громмарду. Наступает их звездный час.

– Тяжело ребятам придется после. Клеймо предателей.

– От знати. И вечная благодарность от простых жителей, когда те поймут, какое сокровище им подарили два отважных воина, два мужественных командира – Галвин Громмард и Шакнар по прозвищу «Жизнь в сапогах».

Глава 4

Исход болезни

Ханчи с душераздирающим вздохом снял с головы фиолетовый бархатный берет и аккуратно водрузил его на стопку своей одежды. Любовно погладил сложенное барахло ладошкой. В стопке лежали: сшитые по фигуре полосатые штаны, кушак из яловой кожи производства товарищества «Гей, Армакод!» и роскошный костюм-тройка из отборной шерсти. На спинке стула висел витой купеческий аграмант с серебряной бляхой гильдии. Под стулом стояли лакированные туфли со слегка загнутыми кверху носами. Каблуки туфель прибавляли Ханчи роста на целую ладонь. А вот на армейских сапогах каблуков не наблюдалось. Только стоптанная о камни Саравакского хребта подошва. Продолжая жалобно вздыхать, гоблин облачился в военную форму, подпоясался ремнем и браво втянул под него образовавшееся за год брюшко. Крутнулся на пятках к Шакнару:

– Советник штаба вернулся к исполнению службы! Честь имею, командир.

Орк рассмеялся:

– Вот кому пришлось тяжелее всех. С прибытием, ваше непотребство!

– Герр блатмейстер, если уж на то пошло!

– Ах, ты уже и карьеру сделал, мошенник? Отъелся, смотрю. Ничего, я муштрой быстро выведу твое пузо.

– Только на декаду, Шакнар, – сварливо отозвался Ханчи. – Дольше не могу. У меня же ДЕЛОВЫЕ обязательства, понимаешь? Не могу.

– Вообще-то, милейший герр блатмейстер, ты до сих пор являешься военнообязанным, – ядовито заметил Шакнар. – Или ты подавал прошение об отставке? Не помню такого.

– Да, ладно тебе. Не пузырься. Я же все понимаю. Примчался быстрее ветра, едва получил твой вызов.

Вот уже действительно примчался. Новенький квадроцикл Ханчи стоял около палатки Шакнара, сверкая в солнечных лучах рубиновой эмалью словно детский леденец. Многие воины заворачивали поглазеть на такое расписное диво. На багажном отсеке агрегата была прикреплена табличка: «Мастерская Грома, Скаллен, Третья Механическая. Реально боевые машины».

Галвин рассказывал, что Ханчи вовлек его в какую-то шкурную схему. Правда, от него всего-то и требовалось – передать чертежи таашурских драндулетов местным механикам. Громмард недоумевал – скалленские трициклы лучше, качественней, безотказней, кому понадобятся лигийские уродцы? Но в результате к заморской конструкции прозорливые умельцы Скаллена приделали четвертое колесо, появилась новая броская окраска «Громовой колер», и эти машины на удивление ходко-ходко стали продаваться. По слухам они особенно пришлись ко двору заносчивым золотодобытчикам Тарнеги. По Драйоне не так давно на восток отбыла целая барка с «громовыми» квадроциклами, а спустя пару дней Ханчи нашел Галвина в Скаллене и торжественно вручил ему целый мешок вешек. «Доля партнера». Шакнар получил половину этих денег с письмом от Громмарда, в котором гном недоумевал, где Шакнар раздобыл такого проныру-советника и как от него избавиться? «Никак, – лаконично ответил Шакнар. – Ханчи является загадочным природным явлением, которое возникло стихийно, в результате выброса зловонных газов из преисподней. Придется терпеть».

Они выбрались из солдатской палатки в рассветную свежесть. Хмелевые поляны искрились миллионами капелек росы на побегах молодой травы. К Шакнару подскочил рыжий крепыш Сонгал. Физиономия бравого орка была красна и пахло от него духами.

– Простился с женой? – спросил Шакнар подчиненного.

– Да. Плачет.

– Ты объяснил, что это временно?

– Угу, – сопя носом, проронил Сонгал, потом потупился и сообщил: – Как хочешь, «Жизнь в сапогах», но против армии Фаркрайна я не пойду. И ребята тоже. У моей жены в ополчении два родных брата, у остальных – тоже хватает служивой родни. Да и друзьями все обзавелись за год. Мы посовещались с парнями… Нет, не будем мы их рубить.

– А против Шенка? Против своих калимдорцев?

– Против них тоже не пойдем, – решительно ответил Сонгал. – На родичей рука не поднимется. Уж лучше смерть.

– Успокойся, Сонгал. Погоди себя в жертву приносить. Ничего такого не предвидится. Мы в статусе военнопленных Фаркрайна, не забывай. В качестве жеста доброй воли нас отпускают в лагерь Шенка. Повидаться с сослуживцами. Но мы связаны словом чести. И помним про свой статус. Зови остальных. Я скажу речь.

– Командир… А если возникнет вопрос… Мы же почти год были военными инструкторами в их учебных лагерях. Гоняли новобранцев так, что даже во вкус вошли… Кто же знал, что мы окажемся на одном поле боя… Вон, как все вышло… Ребята волнуются. На трибунал, случайно, не тянут наши действия?

– Вы выполняли мои приказы, так?

– Так.

– Вот и предоставь эту проблему мне. А сами не слишком болтайте. И, Сонгал!

– Чего?

– Медаль Фаркрайна отцепи от калимдорского мундира. Не время сейчас ей светить. К остальным тоже относится.

– Ой, а я и не заметил! Жена видать приколола после стирки. Сниму, конечно.

Когда Сонгал убежал, Ханчи от избытка чувств даже захлопал в ладоши.

– Кому это ты аплодируешь? – с подозрением поинтересовался Шакнар.

– Караннону. Вот деловая хватка у мужика. Все рассчитал, каждую вешку учел.

– Ханчи!!!

– Ладно, ладно… Уж и восхититься нельзя.

– Лучше помолись своим гоблинским богам, чтобы наша затея прошла, как надо.

Ханчи панибратски хлопнул Шакнара по плечу:

– Да не переживай ты! Все сообразно сложится, вот увидишь.

Через час к лагерю Шенка с северной стороны плотным строем подошел отряд воинов. Часовые издалека увидали его появление, поэтому оконечность расположения войска сразу ощетинилась луками, которые, впрочем, опустились в руках стрелков, едва