Фантастика 2026-93 - Иван Басловяк

— Тот самый отряд, который должен был тебя убить?

— Да, после того как им ввели этот препарат Риверса. А если они бы не справились, то дело закончил бы Босс Разлома.

В голосе девушки звучала неподдельная боль. Видеть бывших товарищей, превращенных в марионеток, было нелегко.

— Сможешь сражаться против них? — спросил я, потому что просто нельзя было игнорировать этот момент.

Хлоя сжала кулаки, и лепестки ликориса закружились вокруг нее быстрее.

— Смогу. Они уже не те люди, которых я знала.

— Хорошо.

— В заборе есть брешь с восточной стороны, — внезапно сказал снайпер. — Патруль проходит там каждые десять минут. Успеем войти.

— Тогда вперед.

* * *

Прорыв к ангарам оказался проще, чем я ожидал. Списанные Охотники двигались по строго определенным маршрутам, не проявляя особой инициативы. Эссенция Риверса делала их сильнее, но менее творческими и разумными.

Мы добрались до первого ангара без происшествий. Диккенс занял повыше, готовясь к снайперской поддержке. Остальные сгруппировались у входа.

— Готовы? — спросил я.

— Всегда, — решительно ответил Бартоломей, доставая свою кувалду.

Хлоя кивнула, ее лепестки уже сформировали сложные узоры в воздухе.

Тень принюхался и тихо зарычал — впереди была опасность.

— Тогда начинаем.

Я открыл дверь ангара, и на нас, стоило нам попасться им на глаза, сразу бросилась группа списанных Охотников. Их было восемь человек, все с черными венами в глазах, все движущиеся с жуткой синхронностью.

Первыми в атаку пошли три мечника. Они атаковали одновременно, словно управляемые единым разумом. Их удары были точными и сильными, но предсказуемыми.

Я уклонился от первого удара и провел контратаку. Мой клинок прошел сквозь защиту противника, оставив глубокий порез на груди. Мужчина отшатнулся, но не издал ни звука боли.

Бартоломей тем временем буквально смел двоих своей кувалдой. Гигант не церемонился — один удар, и противники разлетались в разные стороны. Его магия гравитации создавала локальные поля повышенного притяжения, впечатывая врагов в бетонный пол.

Хлоя танцевала среди противников, ее лепестки рассекали воздух с хирургической точностью. Она целилась в жизненно важные точки, но старалась не убивать. Все-таки это были бывшие товарищи и какие-то моменты даже эта безумная девушка не могла переступить.

Диккенс обеспечивал поддержку. Его энергетические выстрелы пробивали любую защиту, а иногда он использовал свой странный талант — снаряды двигались в такие моменты по невозможным траекториям, словно он знал, где окажется цель.

Тень носился между противниками, используя свои цепи из черного пламени. Он опутывал врагов, сбивал с ног, отвлекал их внимание.

— Справа! — крикнул Диккенс.

Из тени выползли ожившие мертвецы — результат экспериментов Изабель. Их было штук пятнадцать, все в различных стадиях разложения. Но недооценивать их не стоило.

— Мерзость, — проворчал Бартоломей, крушащий очередного мертвяка кувалдой.

Бой был коротким, но интенсивным. Списанные Охотники сражались до последнего, словно не чувствуя боли и усталости. Мертвецы были медленными, но многочисленными.

Но против нашей команды у них не было шансов. Через десять минут ангар был очищен.

— Дальше, — сказал я, направляясь к следующему зданию. Время играло против нас.

* * *

Второй ангар встретил нас более серьезным сопротивлением. Здесь была целая профессионально оборудованная лаборатория: колбы с бурлящими жидкостями, сложное оборудование, клетки с подопытными.

И посреди всего этого — знакомая Хлое фигура.

— Викентий! — крикнула девушка.

Викентий Морган, старший охотник клана Монклер, стоял спиной к нам. Его поза была неестественно прямой, а когда он обернулся, я увидел знакомые черные вены в глазах.

— Хлоя Монклер, — произнес он механическим голосом. — Тебе повезло, что ты выжила в «Кровавых Топях» Мне повезло тоже, как видишь. Несмотря на то, что ты бросила нас там! Своих людей!

— Я не бросала вас! — попыталась достучаться до него девушка. — И в отличие от меня, вас не собирались убивать. Только лишь изменить, превратить в марионеток.

— Что ж, — кивнул он. — Я предпочту служить более лояльному хозяину.

Он атаковал без предупреждения, выхватывая меч. Всего миг, и он преодолел разделяющее их расстояние. Хлоя едва успела увернуться.

— Ты вряд ли до него достучишься, — сказал я, отступив в сторону, как и остальные, чтобы не мешать этим двоим.

— Тогда я освобожу его от страданий, — холодно ответила Хлоя.

Ее лепестки превратились в острые как бритва лезвия и пронзили Викентия в дюжине мест. Мужчина рухнул на пол, но на его лице не было ни боли, ни злости.

Бартоломей молча положил руку на плечо девушки.

— Он больше не страдает.

— Знаю, — кивнула она. — Клан не должен разбрасываться людьми, за которых несет ответственность.

Мы продолжили зачистку. В каждом ангаре нас ждали новые ужасы — экспериментальные монстры, списанные Охотники, мертвецы. Но наша команда работала как единый организм.

Диккенс прикрывал нас с дистанции, его выстрелы никогда не промахивались. Бартоломей крушил все на своем пути, его магия гравитации делала свое дело. Хлоя танцевала, словно вихрь смерти, ее лепестки находили каждую уязвимую точку в очередном противнике.

А я просто прорубал путь вперед. Мой меч с легкостью кромсал как живых, так и мертвых. Руна поглощения энергии, встроенная Арией, заряжалась с каждым принятым ударом, чтобы после высвободить всю накопленную силу и унести за собой десяток противников, если того требовала ситуация.

Тень тоже не отставал. Его цепи из черного пламени опутывали врагов, а три головы разрывали их на части.

К тому времени, когда мы добрались до последнего ангара, наша одежда была покрыта кровью, а в воздухе стоял запах гари.

— Осталось последнее препятствие, — сказал Диккенс по портативной рации, которые он нам выдал до начала операции. — Перед входом в главный ангар кто-то стоит.

Я выглянул из-за угла и увидел фигуру, которая заставила меня нахмуриться. Ведь он напоминал нашего соратника.

Гигант ростом в два с половиной метра, с мускулатурой, которую, казалось, он сделал в одном тренировочном зале с Бартоломеем. За его спиной красовались два массивных баллона, соединенных с респиратором на лице системой трубок. Каждый вдох сопровождался характерным шипением и паром вокруг лица.

Бартоломей остановился как вкопанный.

— Харди? — прошептал он.

— Вы знакомы? — спросил я.

— Это мой двоюродный брат. Харди Реккар. Он считался погибшим полгода назад. Неужели…

Хлоя холодно посмотрела на гиганта.

— Похоже, не только Монклеры продают своих людей Риверсу.

Эти слова