Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

Я предупреждаю… — моя левая рука уже была в кармане. Пальцы сомкнулись вокруг холодной, отполированной грани кристалла. Я чувствовал его пульсацию, едва уловимую. — Положи руки на стол. Сейчас же. Иначе я превращу тебя в такую же груду костей, в какую ты превратил Третьякова. Только будет намного больнее!

Я вытащил кристалл из кармана и высоко поднял, чтобы было хорошо видно. От него исходило странное свечение.

И вот тогда я увидел это. Впервые за все время нашего знакомства в глазах у Севера, непробиваемого преступного авторитета, циничного монстра, убийцы, промелькнул настоящий животный испуг. Это была не просто настороженность или удивление, лишь чистый, неконтролируемый страх перед неизвестным, перед силой, которой он не мог управлять. Он знал энергию кристаллов, видел, на что они способны, осознавал всю их потенциальную мощь.

И он понял, что я не блефую! Мои глаза были полны решительности, и я был готов пойти до самого конца! Если мне и суждено умереть сегодня, я заберу этого ублюдка на тот свет вместе с собой, чтобы он больше не смог никому причинить вреда. А я, сука, парень фартовый! Один раз мне уже повезло переродиться, может, будет и еще один. Кто знает…

Он застыл. Его рука так и осталась лежать в кармане, но он больше не двигался, лишь смотрел на кристалл, а потом перевел взгляд на мое лицо.

Глава 17

Еще некоторое время мы с Севером вот так вот стояли и смотрели друг на друга. В какой-то момент эмоции взяли надо мной вверх я крикнул ему прямо в лицо:

— Я сейчас сожгу тут все нахер, спалю к чертям собачьим, понял меня, мудак ты старый? Вместе с тобой, твоими деньгами и этим твоим кабинетом, складом и всем остальным! Ясно⁈ Быстро положи свои грязные руки на стол, сука! Ты меня понял⁈ — мой голос полнился твердостью, не присущей восемнадцатилетнему мальчишке. Говорило не моё тело. Говорил мой дух, который был намного сильнее, чем казалось визуально.

Кристалл в моей руке казался теперь не просто магическим артефактом, он стал продолжением гнева, который горел адским пламенем в моей груди. В тот момент я был готов на все. Главной задачей было сделать так, чтобы мне больше никогда в этой жизни или в какой-либо следующей не пришлось больше иметь ничего общего с Севером, и я решил добиться этого любой ценой.

Север не двигался. В какой-то момент мне показалось, что он даже перестал дышать. Он сидел и смотрел на меня. Его глаза, эти узкие хищные щелочки, изучали меня с головы до ног. Он искал слабину, пытался анализировать ситуацию и найти из нее выход. Реально ли я готов все сжечь? Малейший намек на сомнение, на блеф, на то, что это просто истерика, и он был готов действовать, но не мог пробить мою психологический оборону.

Он сканировал мое лицо, напряжение в плечах, искал легкую дрожь в руке. Но ее не было, совершенно не было. Только холодная, отточенная ярость в глазах и стопроцентная уверенность в том, что я сделаю это. Что я готов превратить кабинет в братскую могилу для нас обоих.

— Эй, давай поосторожнее, пацанчик! — прошипел он наконец, но в его голосе уже не было прежней властности. Была некая осторожность. — Ты же понимаешь, что у тебя в руках не просто игрушка… Тише-тише…

— Тише-тише? — передразнил я, делая крошечный шаг вперед. Я хотел показать ему свою решительность.

— Пацанчик, тормози! Ты что, реально думаешь, я тебя убить захотел сейчас? Прямо тут? Серьезно? Ты думаешь, я стал бы делать это вот так, в своем кабинете? — спросил меня Север.

Он слегка нахмурился, посмотрел на меня, потом — куда-то в сторону, потом — снова на меня.

— Зря вы все так думаете. Я много раз слышал фразы, что Север — маньяк, кровожадный психопат и прочее… — продолжал он. — Но это нихера не так, Алешенька! Север, сука, умный. Я — умный, и плохо, что никто этого не понимает! Если бы я хотел тебя убить, то сделал бы это где-нибудь в подъезде твоего нового дома или по дороге сюда. Или, на крайний случай, забил бы тебе стрелку в каком-нибудь ангаре, и там сжег бы в пепел! Но я этого не сделал, а значит и не было у меня такой цели.

Я видел, как он закурил новую сигару.

— Ты давай держи свой камушек покрепче, — сказал он, и его рука в кармане наконец зашевелилась, но не для того, чтобы достать арбалет. Он медленно, очень медленно стал вытаскивать ее оттуда. — А я… Я кое-что достану. Окей? Без резких движений. Договорились? Это не оружие, но кое-что безумно интересное для тебя, Леха.

Я кивнул, не опуская кристалл. Моя рука была так же высоко поднята, а его рука наконец-то появилась из кармана. В пальцах Север держал не оружие, а обычную фотографию: что на ней было изображено я пока что не видел. Он положил ее на стол и кончиками пальцев осторожно подтолкнул в мою сторону. Движение было уверенным. А после он опрокинулся назад в кресло и, улыбаясь, продолжал курить сигару.

— Что это? — спросил я, не отводя глаз от его лица.

— А ты посмотри повнимательней, Алешенька, родный! — в его голосе снова появились знакомые ядовитые нотки. — И все вопросы, думаю, сами собой пропадут. Надеюсь, эта фотография всю дурь из твоей головушки разом выбьет нахрен!

Я бросил быстрый взгляд на фотографию которую он мне дал, и мир вокруг на мгновение остановился. Холод резко пробежал по спине, я не ожидал такого поворота событий. На снимке, сделанном длиннофокусным объективом сквозь стекло машины, была Ирина. Она шла по Литейному проспекту, закутанная в легкое пальто, в руках — сумка с книгами. Рядом с ней, чуть сзади, шел ее личный водитель, Игорь. Снимок был явно не случайным. Его сделал профессионал, с задачей отслеживать каждый ее шаг.

Я медленно поднял свои глаза. Ярость во мне закипела, я сжал свободную руку в кулак…

— Откуда это у тебя это? — прошипел я тихо, сквозь зубы, но зная, что Север прекрасно меня слышит. — Да ты знаешь, что с тобой сделает ее отец, если ты хоть пальцем ее тронешь? Если хотя бы волос с ее головы упадет на землю? Он тебя вместе с этим офисом с землей сравняет, кретин! — закричал я.

Старый ублюдок улыбнулся. Широко, во все зубы. Искренне, как человек, который только что выиграл миллионы в уличной лотерее. Мерзкий черт.

— Пацанчик, ты что,