"Фантастика 2026-192". Компиляция. Книги 1-21 - Никита Киров

– Закрой глаза.

Голос у него оказался таким низким, будто принадлежал чревовещателю. Я в сотый, наверное, раз кивнула и зажмурилась, доверившись едва знакомому воину. С Гвеном мы до этого не перемолвились и парой слов. Однако сейчас я послушно шла, ведомая его рукой, и следовала командам, которые из-за особенностей его голоса звучали почти потусторонне.

Гвен заставил меня развернуться спиной к обрыву и опуститься на колени. Сам он, ухватившись за руку одного из савойцев, наполовину сполз с утеса и уперся ногой в камень, выступавший справа от каната. Затем, вцепившись в мое плечо мертвой хваткой, он велел мне взяться двумя руками за канат и потянул меня вниз.

С закрытыми глазами начать спуск оказалось не так уж и страшно. Я почувствовала, как Альгидрас поймал мою ногу и прижал ступню к камню, но она тут же соскользнула, и я невольно вскрикнула, вцепившись в веревку. Правой ногой я пока еще упиралась в первый выступ, а Гвен продолжал держать меня за плечо. Внизу послышался шорох посыпавшихся камней. Веревку мотнуло раз, потом другой, я еще немного сползла вниз и услышала тяжелое дыхание Альгидраса. Пластины его нагрудника скрипнули по таким же пластинам на моей спине. Обхватив меня за пояс, он прошептал мне в ухо:

– Я не дам тебе упасть. Просто не смотри вниз.

Я кивнула, и Гвен наконец выпустил мое плечо. Камешки вновь посыпались по склону, когда товарищ втащил его обратно на утес.

Альгидрас обмотал мою талию невесть откуда взявшимся куском плаща и привязал меня к себе. Умом я понимала, что если сорвусь, то эта страховка ничем мне не поможет, просто утянет вниз еще и его, но я решила выключить здравый смысл. Кажется, сейчас пришло время чудес.

В мире по-прежнему было неправдоподобно тихо: не шелестели деревья, не щебетали птицы, сам воздух, казалось, замер, и оттого было слышно дыхание каждого человека в нашем маленьком отряде, скрежет оружия, скрип кожаных шнурков на доспехах, редкие реплики. Спустя целую вечность снизу послышались ругань и перестук падающих камней.

– Что там? – глядя прямо перед собой на шершавую поверхность скалы, спросила я.

– Кто-то из савойцев сорвался, но не упал, – пояснил Альгидрас.

Я перевела взгляд на свои руки. Торчавшие из-под обвязки места были белыми от напряжения. А вот смотреть на веревку определенно не стоило. Та была бурой.

– Откуда кровь? – шепотом спросила я и почувствовала, как в голове зашумело.

– Кто-то стер руку, – тон Альгидраса был совершенно будничным. Если бы не его тяжелое дыхание, можно было бы представить, что мы просто гуляем и беседуем ни о чем.

– Нам еще долго?

– Почти все, – тут же ответил он и быстро добавил: – Только вниз не смотри.

Я послушно кивнула и вновь отключилась от происходящего, слушая лишь его короткие инструкции: «Правую ногу чуть ниже… упирайся… переставляй руки… не смотри вниз». Переход на следующую веревку прошел не так страшно, как я успела вообразить. Сложно было разжать руки, но голос Альгидраса звучал так уверенно, что я смогла это сделать. Правда, в следующую веревку я вцепилась мертвой хваткой.

Спустя вечность мы вновь остановились.

– Что опять?

– Нижняя веревка не достает до земли, – пояснил Альгидрас.

– То есть никто до сих пор не спустился? – с упавшим сердцем уточнила я, понимая, что сил держаться почти нет.

– Вран на земле, но ему пришлось прыгать.

– Господи! – вырвалось у меня.

– Люди Алвара расчистят площадку от камней. Все будет хорошо. Ты мне веришь?

Я кивнула. Он, конечно, больше не мог видеть будущее, но я все равно готова была поверить, потому что иначе просто сошла бы с ума.

Перебравшись на самую нижнюю веревку, я поняла, что дальше двинуться просто не в силах. Кровь грохотала в ушах, а дыхания не хватало. В доспехах было невыносимо жарко, и по моей спине ручьями тек пот. Я не понимала, как Альгидрас умудряется спускаться сам, контролировать меня… Да что там «контролировать»? Спускать меня! Потому что сама я уже сорвалась бы раз десять. Справедливости ради, у опытных альпинистов спуск не вызвал бы проблем, потому что по обе стороны от канатов в скале были вырублены углубления для ног. Вот только скалодром, на котором мне довелось побывать в моем мире, был раза в четыре ниже, и там использовали защиту, страховку и прочие прелести современности. Здесь же единственной моей страховкой был Альгидрас. Большую часть пути я прошла с закрытыми глазами, поскольку то и дело норовила взглянуть вниз, а это каждый раз заканчивалось приступом головокружения. И пожалуй, наш спуск стал для меня проявлением наивысшего доверия. Никому и никогда я не доверяла так безоговорочно.

– Еще немного, – подбодрил меня хванец, хотя сам, кажется, едва дышал.

Я кивнула, потому что ничего другого не оставалось. Последний отрезок пути оказался самым сложным, потому что канат снизу не был закреплен, и, когда моя нога соскользнула с одной из насечек в скале, нас мотнуло в сторону по такой амплитуде, что я едва не слетела вниз. Альгидрас, извернувшись, подставил плечо – и основной удар о скалу пришелся на него. Если бы он этого не сделал, я бы стесала себе щеку. Снизу послышались советы на кварском, но я уже не понимала ни слова. Панику оттого, что я не смогу дойти, удавалось пригасить лишь мыслью о том, что я нужна сыну, а значит, не имею права бояться и подводить наш небольшой отряд.

Выяснилось, что веревка не достает до земли метров пять. К тому моменту, как мы добрались до ее конца, мужчины успели расчистить внизу довольно большой пятачок, откатив крупные камни в сторону. Пока Альгидрас совещался с Алваром и Гритом, я сжимала канат изо всех сил, молясь о том, чтобы все поскорее закончилось. Пот застилал глаза, а руки неотвратимо скользили по пропитанному кровью канату: к концу спуска кто-то окончательно стер ладони. Наконец