"Фантастика 2026-192". Компиляция. Книги 1-21 - Никита Киров

Я на миг прислушалась к себе.

– Нет. Но из всего этого выходит, что аэтер вправду обладает огромной силой. А значит, у нас есть шанс. Понимаете?

Я поглядела на Миролюба. На его уставшем, осунувшемся лице появилась улыбка:

– Поверила, что сдюжим?

– Я не знаю, как это будет, но мы вместе, понимаете? Стихии и аэтер…

Алвар тоже наконец улыбнулся, тепло и привычно.

– Ты – лучшее, что случилось с этим миром, – вновь сказал он, будто и не сердился на всех и вся последний час.

Грит успел встать с земли, и Вран с Кришем помогли ему вновь закрепить дочь на спине.

Перед тем как продолжить путь, я подошла к замершему ручью. Сама я бы не рискнула сунуть в него руки, но опыт мужчин показал, что здесь можно умыться и напиться. Зачерпнув неподвижную воду, я с удивлением обнаружила, что та ожила в моей горсти. Умывшись, я зачерпнула еще одну порцию и сделала глоток. Вода была вкусной и прохладной.

Миролюб замешкался у ручья.

– Идем? – позвала я, но напряженно прислушивавшийся к чему-то княжич неожиданно произнес:

– Я не могу идти дальше. Она не пускает.

– Дева?

– Нет, – с легким удивлением ответил он. – Похожа на Деву, но не она.

– Эй, у нас проблема! – крикнула я. – Миролюб не может идти.

Миролюб, явно смутившись, принялся неловко объяснять вернувшимся мужчинам, в чем дело. Впервые я видела его таким неуверенным. Будто он опасался, что его могут заподозрить в трусости, хотя все присутствовавшие здесь, за исключением разве что Грита, знали, что княжич не из тех, кого можно испугать или заставить свернуть с пути.

Однако именно Грита ситуация смутила меньше всего.

– Святыня пускает не всех, – серьезно произнес он. – Савойцы считаются братьями ему, – Грит указал на Алвара, – а через него, – кивнул он на Альгидраса, – входят в род старейшины. Я тоже туда вхожу. Как и Надия. Ты чужак.

– Красота, – пробормотала я, понимая, что оставлять Миролюба одного в шаге от места, где начнут сбываться пророчества, не только подло, но и глупо. – Нам нужно быть вместе.

Грит пожевал губу и достал кинжал.

– Если ты готов… – Он указал на свою ладонь, и Миролюб без раздумий кивнул.

– Можешь выбрать любого из нас, – предложил Альгидрас, на что княжич мотнул головой.

Грит полоснул себя по левой ладони и что-то произнес на кварском. Миролюб тоже достал кинжал, и… произошла заминка. Левой ладони у него не было. Грит, будто ничего необычного не случилось, подошел к княжичу и разрезал рукав его рубахи на левом плече. Царапнув плечо Миролюба кинжалом, он приложил к нему свою ладонь и что-то произнес.

– Принимаю тебя в свой род и становлюсь частью твоего, и будет это родство нерушимо, – произнес Миролюб, прикрыв глаза.

В пустом мертвом мире, казалось, что-то изменилось. Я огляделась по сторонам. Ветра по-прежнему не было, но что-то стало иначе.

– Вы чувствуете? – спросила я.

Грит сделал шаг назад и вытер кинжал о штаны.

– Меримаш нас услышала, – с чувством удовлетворения произнес он.

Миролюб вдохнул полной грудью и расправил плечи.

– Она не враг, – с легким удивлением произнес он.

– Но враги те, кто ею управляют, – отрезал Альгидрас. – Идемте.

Он взял меня за руку и потянул по дороге. Я скользнула взглядом по плечу Миролюба, где в испачканной кровью прорехе ткани виднелся след новорожденного побратимства.

Тревога, державшая меня за горло, стала понемногу отступать. Святыня не враг. Враги те, кто ею управляет. А что, если их можно обойти?

Минут через десять шедший впереди Гвен остановился и что-то сказал. Грит поднял руку, потом, видимо, вспомнил, что мы не его отряд, и скомандовал:

– Стоять!

Вокруг послышался лязг обнажаемого оружия. Альгидрас, выпустив мою ладонь, достал меч из ножен и двинулся вперед. Шедший чуть впереди Миролюб притормозил, вытащил свой меч и оттеснил меня с тропы поближе к кустам. Вран, замыкавший нашу процессию, тут же оказался рядом и придержал меня левой рукой за запястье. В правой он тоже сжимал оружие.

– Кажется, мертвый, – сказал Гвен, склонившись над тем, кого мне не было видно. Его неправдоподобно низкий голос под сенью безжизненного леса прозвучал зловеще.

Вран сильнее сжал мое запястье. Я шагнула вперед, и он пошел следом, так и не выпустив мою руку. Миролюбу пришлось посторониться, пропуская нас.

В поле моего зрения попал Альгидрас. Его лицо было очень бледным, а рука, сжимавшая меч, заметно подрагивала.

– Не подходи, – произнес он, заметив, что я на него смотрю.

– Кто там? – спросила я, потому что Альгидрас выглядел так, будто знал погибшего.

Я утешалась мыслью, что, если бы это был Дима, хванец вел бы себя иначе. Судьба остальных жителей острова меня, признаться, мало сейчас заботила.

– Ведун, – ответил Альгидрас и хрипло добавил: – Это он вводил меня в обряд.

Сказав это, он повернулся к Гриту. Я не видела лица Грита, зато видела, как смотрел на него Альгидрас.

– Ты ведь тоже был там? – спросил хванец.

– Альгар, сейчас не время, – подал голос Алвар.

– Ты знал? – повернулся Альгидрас к Алвару.

Из-за спин Криша и Грита мне не было видно Алвара, однако по лицу Альгидраса я поняла, что тот кивнул.

– Я так вижу, он здесь никому не друг, поэтому хоронить его не будем? – буднично произнес Миролюб, и это, казалось, заставило всех очнуться.

Альгидрас наконец отвел взгляд от Грита.

– А раз не хороним, так идем дальше, – продолжил княжич. – После все. Мальчонку найдем, потом думать будем. Только давайте голову ему отрубим. Кто его знает, ведуна этого… Не люблю за спиной такое оставлять.