"Фантастика 2026-192". Компиляция. Книги 1-21 - Никита Киров

этим воспользоваться и призвал на помощь твою аэтер. Вран выступил нашим помощником. Ты веришь мне, и твоя аэтер верит моему Огню. Она пошла на мой зов и пробудила мою Силу. Но когда мой Огонь принялся не созидать, а разрушать, аэтер обратилась против меня.

Несмотря на то что голос Алвара звучал спокойно, я видела: он напуган. Чувствовала это всей собой.

– Я причинила тебе вред? – прошептала я.

– Я жив, краса.

– Но?.. – произнесла я, чувствуя, что это но точно есть.

– Но в том заслуга Альгара и того, что, по счастью, в нем тоже есть Огонь брата Сумирана… Альгар смог последовать за мной и отвлечь твою аэтер, успокоить ее… А еще Вран принял часть твоего удара на себя. Если бы не они, я не знаю, чем бы все закончилось.

Я растерянно посмотрела на обеспокоенного Альгидраса, повернулась к Миролюбу и сказала с упавшим сердцем:

– Получается, я могу вам помешать в решающий момент? Могу случайно вмешаться и не дать причинить вред врагам? Не дать защитить Димку, да?

Мужчины ничего не ответили, и это было самым страшным.

Да, я не хотела никого убивать, однако понимала, что если дело дойдет до боя, то жертв не избежать. Только по всему выходило, что я могла помешать носителям Силы… Но как помешать врагам и не навредить тем, кто на моей стороне? Для меня выбор между смертью Гаттара и моего сына был очевиден, но будет ли он так же очевиден для живущей во мне аэтер?

– А что теперь делать? – спросила я у Миролюба.

– Идти спасать твоего сына, – ободряюще улыбнулся он. – А там видно будет.

– Надия, – подошедший Грит схватил меня за руку, и в меня хлынули злое нетерпение и глухая, сжимающая грудь тоска, – мы убивали детей и женщин. Я был лишь в одном походе, но тех походов было очень много. И это была его воля, – он кивнул в сторону Гарая. – Он заставил твоего мужчину пережить три сотни смертей вместе с его родом. Ты будешь просить за него? Будешь жалеть его?

На изувеченном виске Грита бешено пульсировала жилка, а по левой щеке то и дело проходила судорога. Миролюб коснулся его локтя и кивком попросил убрать от меня руку. Грит послушно выпустил мою кисть, которую до этого сжимал так, что едва не сломал мне пальцы. Я шагнула вперед, и Грит отступил с дороги. Алвар тоже отошел, позволяя мне приблизиться к Гараю.

Тот был чудовищем и, наверное, безумцем, но выглядел пожилым и больным человеком. А еще он любил травы. Искренне любил. Я это чувствовала. Он говорил с ними, слушал их.

– Кто он? – спросила я.

– Сын Харима, – голос Альгидраса прозвучал так хрипло, что я бы его не узнала.

– Сколько же ему лет?

– Много, краса, – ровным голосом ответил Алвар.

– Вы видели это так, как ты показывал нам свое прошлое, да? – Я повернулась к Алвару, и тот кивнул, напряженно глядя на меня.

– Откуда в нем Огонь Сумирана?

– Сумиран дал ему его. Как любому из своих воинов. Это было частью уговора. Гарай хотел вернуть Деву, Сумиран принял под свою защиту опальных кваров, научил их, как искать Деву, но взамен сделал их своими.

– Но если он потомок Харима, то как же Вода?

– Плохо, – откликнулся Алвар. – Вечная борьба двух стихий сводила его с ума веками.

Я посмотрела на ноги Гарая, обутые в те же стоптанные черевички, в которых он приходил ко мне.

– Спроси у него, зачем он искал Деву.

Алвар устало вздохнул, но мой вопрос неожиданно перевел Альгидрас. Веки Гарая дрогнули, и, открыв глаза, он посмотрел прямо на меня. Его взгляд вновь казался на удивление ясным.

– Дева – это вечная жизнь. С ней я мог быть почти всесильным. Гораздо сильнее отца и любого из Истинных.

Альгидрас переводил его слова надтреснутым голосом, и мне хотелось попросить переводить Алвара, потому что Альгидрасу явно было слишком тяжело выступать голосом человека, убившего его род. Но я почему-то не попросила.

– И Сумиран позволил бы ему завладеть Святыней?

На мой вопрос Алвар молча качнул головой. Вот так. В этой истории каждый преследовал свои цели и не гнушался вступать в вынужденные союзы.

– Мне в этот раз не хватило совсем немного, чтобы стать Богом. Самой малости, – неожиданно произнес Гарай.

– Моего сына? – догадалась я.

– Тебя, девочка. Твой сын войдет в силу еще нескоро. К тому же в нем есть стихии, и повелевать им будет ох как непросто.

– Где он сейчас? – не особо надеясь на ответ, спросила я.

– У Гаттара. А я, задерживая вас, невольно вновь ему служу.

Несколько секунд я смотрела на него, понимая, что не знаю, как поступить. Я помнила ужас Альмиры в ту ночь, когда гибла деревня хванов, помнила, как менялось лицо Радима, стоило лишь заговорить о кварах, помнила Алиша, который так здорово ладил с Димкой. Я должна была отомстить, но я… не могла.

– Месть бесконечна, – произнесла я вслух, обращаясь к Альгидрасу. – Его смерть не вернет твоего отца и братьев, не вернет Алиша… Никого не вернет.

Я зажмурилась, чувствуя, как по щекам бегут слезы. Легко было говорить, что я готова убить любого. На деле все оказалось не так.

Смахнув слезы, я посмотрела на Гарая. В этом безмолвном, мертвом мире, где звуки издавали только мы, я вдруг увидела Гарая совсем не так, как до сих пор. Я почувствовала в нем стихии: затаившуюся Воду и израненный слабый Огонь, который пытался спрятаться, опасаясь силы Алвара.

Неожиданно вспомнился рассказ Альтара о Рамине, которая однажды поймала Силы стихий на крючок аэтер и запечатала их в гибнущих детях. Отчего-то сейчас это казалось важным.

– Алвар, дай руку, – не отводя взгляда от Гарая, попросила