Фантастика 2026-97 - Ольга Кобзева

— О! Точно! — «бормотуха», булькающая на дне желудка, гнала Сашка на подвиг: — Давайте сегодня к ней и пойдем.

Пошли на дело в десять часов вечера. Подготовились капитально — дверные глазки дверей, выходящей на площадку, залепили жеванной бумагой от газет, что взяли в чьем-то газетном ящике. Колек сказал, что телефонный провод, уходящий в большой распределительный щиток он оторвет. После того, как Колек подал знак, что все готово, Сизый решительно навалился на дверь. Пять минут ковыряния в замочных скважинах и толчков в металлическую дверь торговки возымели действие — из-за двери раздался испуганный женский голос:

— Кто?

Глава восьмая

Выгодная позиция

В очередной раз возвращаясь с прогулки с Демоном, услышал, как внутри квартиры разрывается дребезжащими звонками телефон. Время было половина двенадцатого ночи, значит что-то плохое случилось с кем-то из близких, либо вызывают на работу. Пока я открывал входную дверь, телефон резко умолк. Надеюсь, что это звонил дежурный по РОВД, который больше не позвонит, и его вопрос разрешиться сам собой. Через час, когда я уже находился между сном и явью, аппарат затрезвонил вновь. В поднятой трубке раздавались какие-то крики.

— Алло! Вас не слышно! — я собирался уже положить трубку на рычаг, когда понял, что среди ночи мне позвонила Алла.

— Алло, это я звоню! — голос женщины звенел, как натянутая струна, чувствовалось, что сейчас мать моего ребенка сорвется в неконтролируемую истерику.

— Алла, говори медленнее, тебя очень плохо слышно. Что случилось?

— Ко мне кто-то пытался ворваться в квартиру. Сильно били в дверь, пытались ее расшатать. И угрожали, орали через дверь. Я стала звонит в милицию, а гудков в трубке не было. Я поняла, что телефон не работает, и стала стучать в стенку, к соседям, чтобы они милицию вызвали. У всех квартир на лестничной площадке глазки были обрывками газет заклеены. Соседи милицию вызвали, эти двое убежали…

— Откуда ты знаешь, что нападавших двое было?

— Они меня убить угрожали в два голоса.

— Алла, ты сейчас от соседей мне звонишь?

— Нет, когда милиция приехала, то сосед нашел обрыв провода в коробке, поэтому я сейчас из своей квартиры звоню.

— И что они от тебя хотели? За что угрожали?

— Ну, если убрать из их слов мат, то они хотели, чтобы я отдала им все наворованное у народа, что храню у себя в гараже.

— Понятно. А теперь объясни, что они конкретно хотят, чтобы ты конкретно сделала?

— Они сказали, чтобы завтра вечером, в двадцать часов ровно, я вышла из дома и пошла в сторону станции метро. Они сами меня найдут и ко мне подойдут. Я должна отдать им ключи от гаража. Паша, что мне делать?

— Алла, мне надо немного подумать. Ты, когда утром просыпаешься?

— Твоя дочь каждое утро будет меня в пять часов утра.

— Хорошо. В пять пятнадцать утра я тебе в дверь потихонечку подскребусь. В это время ни одна сволочь за твоей квартирой следить не будет. Откроешь дверь, и я тебе объясню, что и как надо делать. Выгляни в окно, с твоей машиной все в порядке? Женщина испуганно охнула, я услышал топот ее ног, а через минуту раздалось ее испуганно— обиженное:

— Паша, ну зачем так меня пугать? С машиной все в порядке.

— Алла, я не пугаю, просто от этих сволочей всего можно ожидать.

В пять часов утра я передал заспанной и взлохмаченной Алле ключи от гаража и угнал ее «жигуленок» к отделу милиции, заодно подарил Демону длительную утреннюю прогулку.

Кузнецов Александр Евгеньевич, подследственный.

Эту богатую сучку мы вчера напугали знатно. За малым ей дверь не расшатали, навалившись на нее вдвоем с Сивым, что тупая баба за дверью в конце концов даже подвывать стала от страха. В конце концов она обещала нам все сделать, что мы велели. Правда, под конец, приехали менты, хорошо, что Колек, что стоял на шухере, на подъездном балконе, загодя, разглядел несущуюся в сторону этого дома «ментовскую» канарейку. Очевидно, кто-то из соседей, кому мы провода не оборвали, до мильтонов, все-таки дозвонились. Сегодня мы собрались в половину восьмого вечера, во дворе соседнего дома. Сивый оббежал все окрестности, поводил по сторонам жалом и сказал, что ментов он в округе не чует. Мы засели в беседке на территории детского садика, пили «Жигулевское», из трехлитровой и наблюдали за подъездом, где жила торгашка. Ровно в восемь часов вечера хлопнула дверь подъезда и на крыльце показалась женская фигура в белом, приталенном пальто. Тревожно оглянувшись по сторонам, баба двинулась в сторону станции метро.

— Ну что, парни, пошли — Колек толкнул меня в плечо и мы, держась в отдалении, двинулись вслед за нашей белым силуэтом. Пройдя метров пятьсот, до проспекта осталось пройти всего пару домов, мы с Кольком ускорились и вскоре догнали тетку — дальше тянуть было нельзя, возле проспекта уже было много пешеходов, а если женщина, испугавшись, поднимет крик или начнет сопротивляться, все сорвется. Мы с Кольком подхватили испуганно охнувшую и попытавшуюся оглянуться девку под руки:

— Не оборачивайся, сука, а то порежем! — зашипел как змея Колька: — давай ключи, быстро!

Женщина, испуганно ойкнув, сунула руку в сумочку, откуда достала связку ключей с большой деревянная бомбошкой на металлическом кольце. На бомбошке был выжжен какой-то трехзначный номер.

— Иди до метро и не оборачивайся, если что не так, то тебе и ребятенку твоему конец! — я подтолкнул бабу в спину, и мы быстро двинулись в обратную сторону. Через десять минут мы с кентами стояли во дворе моего дома, не зная, что делать раньше.

— Ну что, сегодня пойдем смотреть или завтра? — меня, после всего, охватила, какая то эйфория, как будто я опрокинул в себя пару стаканов. Мне до зубовной боли хотелось быстрее увидеть мои богатства.

— Пошли сейчас, а то вдруг она завтра передумает, да попросит кого ни будь, чтобы ей замки поменяли, лови ее потом. — пожевав бледными губами, пробубнил Сивый.

— Я ей поменяю! Я ее, если что, на перо посажу! — неожиданно сурово сказал я, сам поверив в то, что я это сделаю: — Чтоб этой барыге неповадно было пацанов кидать.

— Точняк! Давайте, сейчас пойдем! — решительно бросив бычок в снег, сказал Колек: — Только я с той стороны гаражи обойду, а вы с этой стороны смотрите, чтобы менты не приняли вас.

Коля исчез в сгустившейся темноте, а мы с Кислым, потоптавшись еще пять минут во