"Фантастика 2025-10". Книги 1-31 - Макс Вальтер

мог испытывать чувства, то таким чувством стала бы досада — наше с ним фехтование чарами оказалось вовсе не боем не на жизнь, а на смерть, Эгор всего лишь проверял, как хорошо я сделал домашнюю работу, так что, когда ко мне присоединились помощники, принялся за нас всерьёз. К счастью, у меня появилась короткая передышка, во время которой я успел создать аватара. Конечно, мне приходилось разделять внимание, растрачивая ментальные ресурсы, но, благодаря элир Кениры и уменьшению нагрузки на органический мозг, теперь я мог это себе позволить. Быстро открыв подсумок на поясе, я принялся наощупь выхватывать эликсиры и с размаху вкалывать себе в шею. Когда последний шприц полетел в сторону, я вновь ринулся в атаку. Члены моей команды, прикрывая друг друга, тоже применили эликсиры, но их движения не ускорились, а словно наоборот замедлились — даже сквозь форсированный режим я почувствовал, как разгоняется моё восприятие.

Рядом с Эгором возник такой же двойник, и ситуация, начавшая клониться в нашу сторону, вновь стала тяжёлой. Каменный пол под нами задрожал, словно где-то по прерии пробежало стадо буйволов.

— Големы! — закричал Ксандаш. — Много!

Через восприятие двойника я видел, что со всех сторон надвигается бронзовая волна — впереди неслись Ирвизы, за ними дробно семенило лапами целое полчище Таагов, а сзади, размеренно переставляя ноги-колонны, топали массивные платформы големов Кирутал.

Тааг-18, до сих пор стоявший неподвижно, игнорирующий творящийся вокруг Армагеддон, встрепенулся. Из-под его кожуха взметнулись два щупальца, на концах которых ослепительно сияли эффекторы декомпозиционых резаков. Не скажу, что не ожидал чего-то подобного, но, если бы сейчас мог испытывать эмоции, у меня бы сжалось сердце.

— Протоколль тройбрух! — воскликнул я.

Тааг рухнул, словно марионетка с обрезанными нитями, распластав щупальца по каменному полу. Тускло-зелёное сияние в его фасетчатых глазах погасло, потоки элир внутри его корпуса прекратили циркуляцию. Кенира вытянула руку, и Тааг исчез в пространстве её кольца. Хотелось бы похвастаться своей предусмотрительностью, решить, что я заранее предвидел действия Эгора и предсказал превращение голема в «троянского коня». Вот только это было бы очень далеко от правды.

Во время инспекции Таага, изучения его логики и плетений я установил несколько прерывателей главных энергетических магистралей, завязав их на первичные когнитивные функции. Пусть я и выбрал в качестве кодового слова «предательство», но ничего такого я не подозревал. Мне просто показалось разумным оградить себя от возможных сюрпризов, если Цитадель каким-то образом перехватит управление, обратив верного друга и союзника против меня самого. Простой и грубый прерыватель не отображался на схемах, игнорировался системой восстановления, а кодовые слова, что я выбрал для активации, являлись для жителей этого мира бессмысленным сочетанием звуков.

Эгор не обратил на отключение голема ни малейшего внимания. Он и не делал на него никаких ставок — видать, развернул против нас просто потому, что это было бы «хорошей практикой». Без эмоциональной немоты форсированного режима от такой небрежности мне стало бы очень обидно, как и от того, что Эгор пока явно не выкладывался на полную. Он использовал только стихийные атаки, мощные, но предсказуемые. Противостоять плазменным шарам, воздушным лезвиям, каменным шипам и пучкам когерентного света оказалось несложно — против классических атак имелись такие же классические способы защиты, а по чистому объёму элир для подпитки чар мы ему ничуть не уступали.

Моё разделённое надвое сознание с бешеной скоростью анализировало атаки Эгора, его двойника и армии големов, просчитывало векторы и силу, подбирало способы противодействия. К сожалению, реликвии Фаолонде не позволяли объединить нашу команду в подобие роевого разума, но на необходимые подсказки хватило даже этого.

Множество алых лучей ударило из глаз Ирвизов, концентрируясь на Кенире. Та подставила модулированный рефракционный барьер, превращающий смертоносную атаку в безобидную световую вспышку. Ксандаш вскинул руку, из которой вылетела яркая искра и полетела по дуге в сторону армии големов. Полыхнуло огненное кольцо, расходясь широкой волной, но големы объединились, установили общий щит, который с лёгкостью выдержал атаку. Мирена составила вместе обе ладони и выпустила ослепительный зеленоватый луч, который преодолел защиту и поразил несколько големов. Тана послал вслед лучу два десятка энергетических конструктов, летящих по непредсказуемой виляющей траектории, которые успели влететь в не до конца затянувшуюся дыру и вгрызлись в двоих Ирвизов.

Тем временем мы с Кенирой непрерывно давили двоих Эгоров, комбинируя наши атаки, составляя их так, чтобы против них требовались разные способы защиты. Вот только Повелитель Чар не только умудрялся их отражать, но и даже удерживал на лице — двух лицах близнецов — снисходительную усмешку, словно взрослый, наблюдающий за играющими детьми. Его атаки становились всё сильнее и сильнее, одновременно прибавляя в сложности. И через некоторое время мне пришлось сосредоточить сознание на основном теле, просто для того чтобы выжить.

Впрочем, с совокупным нападением армии големов команда справлялась прекрасно. В своё время я прекрасно изучил конструкцию каждой модели, знал обо всём имеющемся оружии и защитных контурах. Не один субъективный год тренировок включал в себя штурм Цитадели, и сейчас не происходило ничего, чего бы мы не ожидали и к чему бы не готовились. Так что серые разлагающие органику лучи Кируталов, яркие искры их дезинтеграционных орудий, выстрелы встроенных в руки Ирвизов Толстушек Берт, а также множественные плазменные шары, пучки света и излучений, разогнанные до гиперзвуковых скоростей снаряды дестабилизированной материи и прочие смертоносные подарки неизменно наталкивались на соответствующее противодействие.

Как мы выяснили давным-давно, божественные силы являлись чистыми концепциями, так что ограничение дальности Связи Сердец не зависело, является ли реликвия Фаолонде материальным предметом, или же создана из той же псевдоматерии, что и тело моей проекции. Когда Ксандаш, Хартан и Мирена бросились к армии големов, их сопровождал мой аватар, подсказывая, координируя и направляя. Команда прикрывала друг друга, наносила совместные удары и действовала, словно постоянно пребывала в сложном, но очень красивом танце. Артефактные комплексы обеспечивали надёжную защиту, а бурлящие в крови специально подобранные эликсиры позволяли выложиться гораздо сильнее, чем это было доступно даже самому тренированному человеку. Поэтому армия врагов постепенно редела, пусть и не с той скоростью, которой бы хотелось.

Эгор словно закончил какую-то свою проверку. Как только ситуация начала клониться в нашу сторону, он резко изменил интенсивность и, главное, характер атак. В ход пошла пространственная магия, фрактальные разломы, сдвиги мерностей и полчища автономных атакующих структур-паразитов. Мне пришлось почти полностью забросить аватар, оставив ему лишь столько умственной активности, чтобы тот мог передвигаться, не путаясь в ногах. Проанализировав паразитические конструкты, я принялся за контрмеры, создав свой рой структур-перехватчиков.