Фантастика 2026-75 - Валерий Кобозев

— Хлоя выпила яд, — спокойно ответила Эрано. — Она сама так захотела. Дворцовый лекарь составил его для нее.

— Сколько она умирала? — прищурился Клеон.

— Два дня, — скучным голосом ответила Эрано. — Я приказала уменьшить дозу, чтобы эта тварь помучилась подольше.

— Понятно, — вздохнул Клеон. — Надо назначить дату коронации и выбить новую монету с моим профилем. Я полагаю, остальным легионам тоже придется дать денег, матушка. Мне не нужны волнения в армии.

— А еще нам нужно женить тебя на царевне из Фригии, — раздраженно ответила Эрано. — Мы ждем ее со дня на день. Бедная девочка и не знает, что у нее уже третий жених за полгода. Она ведь к Гектору едет. Можешь себе представить?

— Да плевать мне на нее, — жестко ответил Клеон. — Мне нужны земли для моих солдат. Найди их где хочешь. Миллион плетров! На Сикании!

— Да нет тут столько, — охнула Эрано. — Только если государственные отдать.

— Значит, придется отдать, — решительно кивнул Клеон. — Подумай, как их возместить. Проверьте все кадастры. Гоните с земли всех, кто по любой причине не посылал сыновей в армию. Казни тех, кто был с Хлоей. Забери их земли в Италии и Ливии. Матушка, я ведь тебя знаю. У тебя в голове целый список тех, у кого нужно отнять все, пока они не пришли в себя.

— О да! — зловеще усмехнулась Эрано. — У меня есть список. И ты удивишься, до чего он длинен.

— Я собираюсь набрать еще три легиона, — сказал вдруг Клеон. — Ищи деньги.

— Великие боги! — Эрано даже рот закрыла в испуге. — Да ведь казна пуста! Мы едва сводим концы с концами, а впереди похороны Архелая, коронация, твоя свадьба и очередной День Великого Солнца. Нам еще игры устраивать! Зачем тебе новое войско?

— Кельтику надо раздавить, — поморщился Клеон. — Кельты могут стать слишком сильны. Пока там Бренн, мне не спать спокойно. Это очень опасная сволочь, матушка. Сейчас у нас нет большего врага, чем он. Я дал ему пять лет спокойной жизни, но пяти лет у нас с тобой нет. Я выйду в поход сразу же, как только соберу войско.

1 Впечатления о поведении в столице провинциального легиона написаны в полном соответствии с воспоминаниями римлян о том, как в город вошли солдаты императора Септимия Севера. К тому времени армия комплектовалась провинциалами и слегка романизированными варварами. Их поведение привело горожан в ужас, что отразилось в источниках.

Глава 20

Тупые крестьянские дети бесили сотника Агиса так, что он даже кушать не мог. Глаза бараньи, мозги куриные, левую руку от правой не отличают, а все, что больше пяти, называют словом «много». Это было невыносимо тяжело, а потому палки десятников ходили по жилистым спинам шестнадцатилетних парней почти без остановки. Когда дело уже подошло к бунту, Агис приказал десятникам свою ретивость унять, а юнцов построил в четыре шеренги, на что ушло полчаса, не меньше.

— Слушайте внимательно, босяки, — Агис шел вдоль строя парней, которые сверлили его ненавидящими взглядами, и мерно постукивал по ноге украшенной резьбой палкой. Он и сам не понимал сейчас, что все это уже было в его жизни. Только это он сам с лютой ненавистью смотрел на своего сотника, старого седого козла, на котором не было живого места от ран. И это сотник постукивал палкой по ноге, шагая вдоль строя пополнения. А вот теперь он делает это сам.

— Кто думал, что солдатская служба — это пьянки, визжащие бабы и дележ чужих коров, пусть проваливает прямо сейчас. Мамкина сиська и отцова соха вас ждут. Вы будете кланяться воинам, как кланялись ваши отцы и деды. Но кто хочет научиться воевать по-настоящему, будет слушать своего десятника как божий глас. Потому как главное в армии что?

— Отвага!

— Смелость! — раздалось из строя.

— Главное — это дисциплина, — спокойно ответил Агис. — Или послушание старшим. Так велит нам Маат — истина, порядок и справедливость. Без этого воин — не воин, а что-то вроде ваших кельтов. В настоящем сражении вы сначала орете, как ненормальные, дуете в свои трубы, несетесь, размахивая мечами, волосы в дурацкий белый цвет красите, а потом бежите прочь, поджав хвост. Мы вас били, бьем и будем бить.

— Врешь! — раздалось из строя.

— Спроси у аллоброгов, — небрежно ответил Агис. — Они теперь слуги ванакса Архелая. Мы били их во всех сражениях, пока дошли до Виенны. И Виенну мы тоже взяли. Арверны и вовсе испугались и сдались без боя. Полтора месяца, и двух сильных племен нет.

— Трусы эти арверны! — снова раздалось из строя.

— Ну ты, вояка, всему легиону задницу надрал бы, — насмешливо произнес Агис. — Там урожденные всадники побоялись воевать. Наверное, потому, что тебя с ними не было.

Строй грохнул веселым смехом, а рыжеватый паренек побагровел от стыда и закрыл рот. Арверны — враг старинный, но никто и никогда их в трусости обвинить не мог. Они всегда отважны были, да и воевали честно.

— Я даю вам последний шанс, щенки, — Агис тяжелым взглядом окинул строй. — Все, кто службу по здоровью не потянул, уже ушли домой. Теперь уйдут домой те, кому солдатские порядки не по сердцу. Не держу. Кто не хочет служить, пусть идет прямо сейчас, потому что потом уйти будет нельзя. Вы дадите присягу своему роду, и непослушание будет караться без жалости. За непослушание в бою — смерть на месте, за побег — виселица, за измену — костер. Думайте до заката. Скоро собирать брюкву. Вы еще успеете.

Строй мрачно молчал, а потом вышли двое и, не оборачиваясь, пошли прочь. Агис облегченно выдохнул. Всего двое. Остальные стоят, сопят мрачно, но не уходят. Потому как уже почувствовали себя настоящими воинами, воспарили над убогой сельской жизнью, где от урожая до урожая прозябают их семьи. Все они младшие сыновья, и всем им нет места на отцовых наделах. Про них уже забыли дома, выдохнув с облегчением, что ушел лишний рот.

— Сотник, а когда нам оружие дадут? — раздался голос из строя.

— Нале-во! — рявкнул Агис. — Бегом, марш! Три круга вокруг лагеря! Потом на занятия! Сегодня щит и копье! В