Фантастика 2026-92 - Роман Валерьевич Злотников

Плюс рынок сбыта для динамита на горном Урале так же должен быть просто огромным. Горы как-никак, а в них рудники и шахты. Ну а когда производство наберёт объём и технологии будут окончательно отшлифованы – можно будет ставить второй заводик где-нибудь поближе к портам. Чтобы начать завоёвывать европейский рынок.

Так что после ухода Карла настроение Даньки изрядно повысилось. Поэтому, когда в дверь кабинета ещё раз постучали, он почти весело крикнул:

– Да-да, заходите… – Но когда дверь распахнулась – Даниил замер. А затем нервно вскочил на ноги и бросился навстречу гостю. А вернее гостье…

– Аврора? Вы?! Но-о-о, зачем вы здесь?

3

Они отплывали одновременно. Те, кому было назначено отбыть на Американский континент, и те, кому выпал путь на север. Девять фрегатов типа «Спешный», три из которых были самой свежей постройки, и три блокшива из старых линкоров, переоборудованные в транспорты, на которые загрузили личный состав взбунтовавшихся полков, отправлялись в дальний путь на другой конец света. Им предстояло пройти более шестнадцати тысяч миль, спустившись вдоль побережья Европы, а затем Африки до островов Зеленого Мыса, после чего преодолеть Атлантический океан и обогнуть Южную Америку, затем подняться вдоль неё до Северной и закончить свой путь у форта Росс, в Калифорнии. И на всём протяжении этого пути нужно было заложить несколько опорных баз, одна из которых должна была располагаться в чилийском городе Икика, название которого зацепилось в памяти бывшего майора неожиданно для него самого. А зацепилось оно там потому, что это был порт, расположенный ближе всего к огромным месторождениям чилийской селитры. Потому что селитра, как известно, является основным ингредиентом для изготовления пороха. И вот когда они с Николаем и Аракчеевым, на которого новоиспечённый император возложил подготовку и руководство всей этой почти авантюрной экспедицией, ломали голову насчёт того, где брать и как организовать доставку пороха для снабжения столь крупной воинской группировки, оснащённой к тому же достаточно большим числом артиллерии, потому как хоть бывшие линкоры и были разоружены, но их снятые с лафетов пушки были погружены на них же в качестве балласта ибо предназначались для оснащения фортов и береговых батарей, – Даниил и вспомнил, как рассказывал внукам, откуда бралась селитра для пороха. И что Россия всегда страдала от её недостатка, поскольку могла рассчитывать только на селитряницы, которые в российском климате были куда менее эффективны, да на заграничные закупки… Нет, в мирные времена ситуация была не такой острой – в отдельные годы селитрой даже торговали с зарубежными государствами, но едва начиналась война, как тут же образовывался дефицит. А вот англичане сумели захапать себе индийскую и чилийскую селитру и потому никакого дефицита не испытывали… Про индийскую селитру он ничего к настоящему моменту не помнил, а от чилийской в голове осталось несколько названий: уже упомянутая Икика, пустыня Атакама и городок с совсем не южноамериканским названием – Хамберстон. Кстати, именно из-за такого несоответствия он его и запомнил. Впрочем, вряд ли это название могло как-то помочь – скорее всего, этот городок появился, когда англичане подгребли добычу селитры под себя, так что в настоящий момент его, вероятно, ещё не существует в природе.

От Икики до Калифорнии тоже было немалое расстояние – судя по карте, около пяти тысяч миль, но таскать селитру оттуда всё равно было куда дешевле, нежели из России. К тому же на тихоокеанском побережье Латинской Америки расплачиваться «фальшивыми» золотыми соверенами или наполеондорами было заметно безопасней, нежели в Америке Северной, имеющей с Европой, и в частности с Англией и Францией, куда более плотные связи…

А вот на север отправлялась всего пара шлюпов. Ну да число тех, кому выпала ссылка в Архангельск, не превышало сотни человек. И большинство из них сейчас входило в состав экипажей двух этих шлюпов. Бенкендорф был против подобного подхода, опасаясь, что «бунтовщики» по пути очередной раз взбунтуются и угонят шлюпы в Англию или Францию, но Данька, успевший пообщаться с офицерами новоиспечённых команд, отметил их горящие глаза, когда они обсуждали новые корабли, и взял ответственность на себя. Ну да – северную часть возглавлял именно он. В общем и целом. Потому как морская часть была поручена «приговорённому» Николаю Бестужеву. Всех офицеров из числа бунтовщиков именовали именно так, потому как они были лишены не только дворянского достоинства, но и прав российского подданного. Лишенцы, так сказать…

– Ну что, господа, будем прощаться, – негромко произнёс Трубецкой. Несмотря на то что князь так и не вышел на Сенатскую площадь и не участвовал в бунте – в число «приговорённых» он попал. Потому как изначально числился главным руководителем, то есть «диктатором» восстания… «Приговорённые» начали обниматься друг с другом. Данька смотрел на это со стороны, он-то «приговорённым» не был. Просто в опале.

– Даниил Николаевич, – обратился к нему Александр Бестужев, – не волнуйтесь, мы помним, что вы за нас поручились – мы вас не подведём.

Данька тут же повернулся и посмотрел на Рылеева. Тот отвёл взгляд. Н-да, похоже, далеко не все так думают, и опасения Бенкендорфа имеют под собой почву. Чёрт, чтобы сделать, дабы они не оправдались? Он несколько мгновений размышлял, а затем внезапно попросил:

– А подайте-ка мне господа, гитару…

Стоявшие на причале бывшие офицеры, одетые в арестантские шинели, замерли, потом начали разворачиваться к нему и подтягиваться поближе. Правда, не все. Тот же Рылеев и стоящий рядом с ним Пестель, наоборот, демонстративно оттянулись подальше. Но большинство их не поддержали. Вокруг послышались возбуждённые голоса:

– Ваша светлость, давайте «Кавалергадов»… нет, лучше «Артиллеристов»… – на заднем плане по-прежнему раздавался громкий топот загружавшихся в транспорты солдат, поэтому «приговорённым» приходилось слегка напрягать голос.

– Прошу прощения, господа, но нет, – усмехнулся Даниил принимая гитару, принесённую Сашкой Пушкиным. Вот ещё один печальный результат его вмешательства – гениальный русский поэт навсегда покидает Россию. И, совершенно не факт, что он сумеет добраться до Русской Америки. Шестнадцать тысяч миль сквозь бури и шторма – та ещё лотерея… – Сегодня я хочу спеть о другом… Знаю – вы хотели лучшего для страны и народа и думали, что предательство будет искуплено пользой… но так не бывает. Высокая цель не может оправдать негодные средства! Однако Господь и император дали вам шанс исправиться. Если вы сможете закрепить за Россией земли, в которые отправляетесь, – ваша жизнь не будет прожита зря. И потомки вас не забудут! Но на этом пути вас точно будет ждать множество препятствий и даже падений… однако падение – это не крах. Помните об этом! – И он ударил по струнам и