Фантастика 2026-168 - Светлана Волкова

Простояв у картины словно в трансе, пытаясь найти скорее отличия с собой, нежели сходства, Клэр потеряла счёт времени. Её пробудил лежащий в кармане куртки телефон.

Звонок от Кати.

Клэр взглянула на часы и, вернувшись в реальность, направилась к выходу, срываясь на бег. Телефон всё не замолкал. На пути испуганной девушки, почти у самого выхода, столпились люди. Клэр невнятно попросила дать ей пройти, и собственный голос показался ей до жути чужим. Экскурсионная группа не сразу заметила худенькую девушку, и Клэр ещё какое-то время безрезультатно проталкивалась наружу. После долгих усилий ей всё же удалось покинуть дворец. Прерывистое дыхание оглушало и сводило на нет всякие попытки расслышать звуки вокруг. Сориентироваться. Успокоиться.

От резкого бега и возникшего животного страха у Клэр разболелась голова. Словно чугунным молотом ударили. Она не могла понять, почему эта ноющая боль оказалась такой внезапной. Приступ паники и беспомощность сдавливали горло, отчего Клэр едва могла пропустить воздух в лёгкие. Из последних сил она держала всё под контролем, до последнего стремилась оказаться на улице, не теряя при этом сознание. Парадные ворота Зимнего дворца с сияющим в свете огней золотым двуглавым орлом остались позади.

Было чуть больше шести, когда на город опустилась темнота. Желтые одинокие фонари хорошо освещали всю Дворцовую площадь, но даже их свет не позволял Клэр в полной мере разглядеть мир вокруг. Она судорожно моргала. Щурилась. Моргала снова. Наконец остановилась, чтобы отдышаться и хоть как-то успокоиться, но её ноги тут же начали слабеть. Это напоминало предобморочное состояние, от которого может избавить лишь резкий запах нашатыря. От колен и до кончиков пальцев будто образовалась вата, мягкая и волокнистая, неспособная удержать вес целого тела. Тёмные пятна мелькали перед глазами, срастаясь с вечерней тьмой. Девушка едва нашла силы взять телефон и ответить на звонок подруги.

– Клэр! Господи! Где тебя носит уже час? – прерывистыми фразами тревожно завопила Катя.

– Я… я пошла в Эрмитаж… Кать, мне что-то нехорошо. Я плохо себя чувствую. Вот-вот в обморок свалюсь.

– Твою мать, Клэр… где ты находишься? Какого чёрта ты попёрлась одна?!

– Я… возле Александровской колонны, – девушка отчаянно попыталась оглянуться на гранитный столб позади себя, словно он был её спасением.

– Стой там! Рядом с Дворцовой сейчас Коля с другом. Я позвоню ему, и он тебе поможет, слышишь? Я выбегаю! Только оставайся на месте! Клэр?

Не дослушав последних слов подруги, Клэр почувствовала, как чудовищно затрещало в ушах. Все известные законы мироздания потеряли смысл, когда всё, что было перед глазами, стало ускоряться и изменять свой привычный вид. Казалось, что время обратилось вспять. Она часто моргала, не освобождая голову из тесно сжатых рук, в надежде, что странное явление скоро пройдёт. Люди замерли, затем зашагали вновь, но уже обратно.

Вокруг всё затихло.

Лишь внутри продолжали трепетать разные необъяснимые звуки. Клэр выронила из рук телефон и погрузилась в темноту.

* * *

Неизвестно, сколько прошло времени, пока Клэр была лишена чувств. В зияющей тьме, которая показалась ей мгновением, постепенно стал появляться просвет. Белый, слепящий, пугающий. Когда она попыталась открыть глаза, первое, что бросилось взору, – это сидящая напротив девушка. Очень милая и юная, с большими, как блюдце, карими глазами. Голова всё ещё трещала, словно по ней колотили деревянными ложками, но Клэр не смогла сдержать нарастающего удивления. Она принялась рассматривать девушку, не сразу сообразив, знакомы они или нет. Очень странное платье из тёмно-зелёного льна облегало худое тело незнакомки. Белый фартук с карманами и рюшками, причудливый чепчик, скрывающий тёмные кудри.

Клэр перевела взгляд на потолок, что-то бормоча про себя. Руки и ноги были уже не такими слабыми. Сознание постепенно возвращалось. Она медленно приподнялась на локтях, встрепенулась.

– Боже… угораздило же! – голову распирало от боли. Постепенно нарастало чувство тошноты. – Прости, не подскажешь, как я тут оказалась? И кто ты? – подозрительным, тихим голосом спросила Клэр, держась одной рукой за висок.

– Вот ведь, проснулись! Дюже напугали там на площади. Меня, барышня, Майей зовут. А вы чьих будете? – сжимая в руках белый кувшинчик с водой, смущённо ответила девушка.

– Барышня? – невозмутимо переспросила Клэр. – Ах-ха-ха, а ты прикольная. Меня зовут Клэр. Та-а-а-к… что я здесь делаю, да и здесь – это где? – переспросила она, стараясь быть вежливой, но от волнения это выходило с трудом.

– Вы потеряли сознание на Дворцовой площади, аккурат возле императорского дворца. Рядом оказался мужчина с бричкой, который помог мне привезти вас сюда. Слава богу, ехать недалеко, – девушка мило улыбалась пухлыми губками, отчего на щеках появлялись неглубокие ямочки. – Простите моё своеволие, но рядом не было людей, которые бы вас знали, я спрашивала! А… выглядели вы весьма и весьма странно. Я решила, что вы, барышня, иностранка. За такую одежду вас по ошибке могли свезти в какое-нибудь непристойное место или, того хуже, признать лазутчицей! – на последнем слове у говорящей с Клэр девушки будто появилось сомнение на этот счёт.

– Свезти куда-нибудь? А что не так с моей одеждой? Я не понимаю тебя… И почему ты сама так странно одета? Сейчас в городе косплей, что ли? – дополнила Клэр секундой позже.

– Что-то я вас ни в коем разе не понимаю, барышня. Это моя завсегдатая одежда. Насколько мне известно, сейчас все крестьяне, даже вольноотпущенные, так одеваются… – с ещё большей неуверенностью отвечала Майя.

– Что, крестьяне? Какие крестьяне? Ты прикалываешься надо мной? Крепостное право отменили ещё… – она запнулась, вспоминая школьные уроки по истории, – в 1861 году, так что придумай шутку поактуальнее!

– Должно быть, вы сильно ударились головой, – белый лобик сморщился, образовав залом между бровями. – Я так этого боялась! Необходимо вызвать вам лекаря. А лучше я расскажу о вас своей барышне, графине Милановой. Вы, видимо, запамятовали, сейчас 1811 год от Рождества Христова, – на этих словах Майя поднесла Клэр стакан с водой из кувшина и с сожалением стала рассматривать её слегка дёргающееся от истеричного смеха лицо.

– Очень интересно! – Клэр резко поднялась с кровати, проигнорировав протянутый стакан.

Расхаживая по незнакомому ей дому, она нервно хохотала через каждое слово.

– Так, ладно, ребята, выходите-е-е! И выносите свои камеры, потому что это действительно забавно. Очень круто сработано! Кать, ты участвуешь в этом спектакле? – громко говорила она в пустую комнату, доказывая Майе, что не верит ни единому её слову.

Пранк постепенно выходил из-под контроля, при этом никто не появлялся и ниоткуда не выходил, а Майя продолжала стоять у кровати с выражением полного недоумения.

Клэр резко замолчала, словно её лишили