Фантастика 2026-72 - Даниил Сергеевич Калинин

– Вполне! – заверил целитель. – Здоровье у нее отличное, патологий и наследственных болезней нет. Мозг, как я успел рассмотреть, – в норме. Это лишь явно болезненные личности или психически неполноценные если прутся в Нимфу, то через два часа на выходе получается труп. В основном две трети выползают на четвереньках сами. Долго мучаются рвотой, порой по нескольку дней валяются в кровати, не в силах прийти в себя, но, пойдя на поправку, довольно резво сбегают отсюда вообще. Большинство…

– А меньшинство?

– Зависит от характера. Или продолжают разгульную жизнь в кругу рыцарей, или начинают уже серьезно готовиться к повторному посещению Нимфы.

– Вот те раз! Неужели такое возможно?

– О! Еще как! Тут целые школы организованы для этого. Хотя упор в них делается на физическое совершенство, здоровый образ жизни и психологическую закалку.

– Все понятно! – хмыкнул Торговец. – И тут система отбора. Лучших детей должны рожать только самые здоровые и умственно полноценные женщины.

– Ну да, где-то так…

Догонять и пытаться отговорить Тиэль от опасного поступка никто не стал. Даже муж ее младшей сестры. Близкой родственницей она остальным попутчикам не была, да и институт матриархата предоставлял женщине право выбрать собственное будущее.

Мимо кареты от гор проехала повозка. На ней лежали трупы.

– Кому-то не повезло сразу, – констатировал очевидное Торговец. – Может, подобное зрелище остановит самых отчаянных?

– Вряд ли… Всегда так было: рвутся в недра суток шесть, а то и восемь. Пока звон Клоца не достигает поверхности. И уже на второй день начинают устраивать турниры примерно вот на этих километрах.

– Но разве есть смысл в такой массовости? Те, кто выйдет на сутки позже, не имеют ни малейшего шанса успеть раньше первых счастливчиков.

По разъяснениям маркиза оказалось, что имеют. Потому что задержки в лабиринте и в пещерах Повиновения случаются порой не просто на несколько дней, а растягиваются на месяцы.

И эта информация оказалась для Дмитрия весьма шокирующей.

«Да что же в этих недрах творится-то?! Может, и в самом деле следует Прусвета одного отпустить? Пусть он постучит по Клоцу, а я его на центральной площади подожду. В любом случае Крафа туда для разбирательств заявится. Но все-таки лучше уточнить…»

– Крайдар, а когда Герой с Обручем и с тремя малышами в комплекте появляется на площади, что дальше происходит? В смысле, когда сам Высший Протектор является и как он с народом общается?

Маркиз отвечал с солидной неспешностью:

– Ты знаешь, что вначале Крафа является возле священного колокола. Там он интересуется, что случилось, и решает судьбу его вызвавшего. Потом уже действует в соответствии со степенью угрозы нашему миру. И только после устранения этой угрозы, а порой и после отправления рыцаря в паутину забвения Трибун Решающий появляется на главной площади рыцарской вольницы. Да, выступает перед народом… Да, порой ругается, порой хвалит… Все его речи дословно записаны, и я помню некоторые наизусть… Но четких закономерностей его появления не существует…

При этом целитель как-то слишком уж оценивающе, с подозрением посматривал на иномирца. А вот в ауре появились цвета крайнего сожаления. Что-то рассказчика явно не устраивало в возможном будущем.

Светозаров понял, что отправлять разумного кальмара к колоколу в одиночку – нельзя. Он с Крафой не справится. Может не помочь и уникальный метод фаршировки камнями, который он идеально применил против плагри. Гегемон – это монстр пострашней плагри будет. Ведь недаром у него хватило сил не просто поймать кентавра-дракона, но и просмотреть его память, а потом еще и развоплотить.

Как бы ни был друг силен магически, но потакать его желаниям геройствовать не стоит. Погибнет почем зря.

«И кстати, почему его так долго нет?» – заволновался граф.

Глава девятнадцатая

Неожиданные рогатки

Но не прошло и минуты, как разумный кальмар появился. Причем не из камня выскользнул и не из горы, а серой тенью примчался со стороны Плиты.

– Загораете? Или ждете у моря погоды? – воскликнул он, притормаживая расставленными в стороны щупальцами возле самой кареты. – А ведь гляньте, за вами уже десяток повозок пристроился, и уже очередной шлагбаум воздвигли. Кстати, скорость продвижения вскоре возрастет, ибо рыцари стали проводить турниры уже чуть ли не на всем протяжении очереди. Вот-вот потоки раненых и убитых и сюда на повозках докатятся. Рубка идет такая, что никакого лабиринта не надо. Почитай все, кто до Плиты дойдет, – уже стопроцентные герои.

Прислушиваясь к каждому слову товарища, Дмитрий уже стоял внизу и навешивал на себя те детали амуниции, которые лежали до того в карете. Маркиз Бейшун так и остался в молчаливом покое на крыше. Пока он ни во что не вмешивался и ни о чем не спрашивал.

Закончив экипировку, граф Дин прикрыл себя широким плащом с капюшоном и обратился к конюху, который скромно топтался рядышком:

– Ну что, парень, спасибо за отличную доставку. Можешь разворачиваться и отправляться домой. Ну разве что пару деньков подожди на всякий случай возле выхода из горы Нимфа, вдруг твоя свояченица там появится… С едой у тебя – комплект. А деньги – вот, держи.

Парень даже не посмотрел на врученные ему золотые монеты.

– А как же… – он махнул рукой в сторону Плиты. – Вдруг вернетесь? Может, тут подожду, в очереди?

– Не переживай! Мы везде прорвемся! – заверил его Прусвет, хотя поглядывал уже на маркиза.

Граф Дин тоже взглянул на крышу, после чего жестом попросил друга подкинуть его наверх. Мгновение, и он оказался рядом с Крайдаром:

– Спасибо за помощь и за интересные рассказы. Очень хочется надеяться, что еще когда-нибудь свидимся. Приятно было познакомиться!

– Взаимно! – кивнул целитель. И тут же в его ауре опять четко наметились волнение и досада. – Я вот что хочу спросить… – начал он неуверенно. – Каковы твои отношения с Крафой?

Хотелось ответить и честно, и скрытно, и дипломатично. И лучшего Дмитрий не придумал:

– Скажем так, я иногда вступаю с Крафой в союз для решения определенных, стоящих перед нами негативных проблем.

– Ага! То есть мир между вами не постоянен? А в остальное время вы воюете?

– Да как сказать… Тоже не могу утверждать, что вот так прямо и воюю с Гегемоном всю свою жизнь. Если и были трения, то на неделю, на две… Правильнее будет сказать, что мы с ним не всегда сходимся во взглядах.

Не мог же местный целитель ведать, что Светозаров узнал о Крафе только недавно!

Собеседник поверил, распрямился, задышал спокойнее:

– Да уж! Высший Протектор – личность ну совсем неординарная. С ним порой очень сложно бывает даже его ученикам, родным и соратникам. И понять его действия очень трудно, порой совсем невозможно. Поэтому я хочу посоветовать… а скорей просто по-дружески пожелать вам обоим: не делайте скоропалительных выводов и не начинайте военных действий, не обдумав тщательно каждое его слово. По мне, Крафа – очень и очень правильный, очень умный правитель. Жаль только, что при всех своих талантах он… – маркиз замялся, подбирая точное определение, а потом решился: – Он слишком одинокий.

Торговец почувствовал вибрацию щупалец, которыми Прусвет его поддерживал почти на весу, и завершил разговор:

– Прощайте!

В следующий момент он с набором высоты и скорости летел к новой цели. И с недоумением пытался понять: что обозначает определение «одинокий»? Да, узурпатора ненавидели в покоренных мирах, он не доверял окружающим его лизоблюдам, но в любом случае у него могли отыскаться