"Фантастика 2025-123". Компиляция. Книги 1-32 - Александр Сергеевич Конторович

шаг приближает меня к обозначенной законами сна цели. Из-за того, что немного нервничаю в ожидании неприятных сюрпризов, начинаю потеть. Причем сильно – пот буквально заливает глаза. Да и в жар постоянно бросает. Снимаю с себя рубаху и на ходу обтираюсь ей. Но помогает это ненадолго. Пот вновь выступает уже по всему телу. Тяжело вздохнув, останавливаюсь, озаренный догадкой. Вдыхаемый полной грудью воздух прогревает меня изнутри. Дело не в волнении. Температура вокруг незаметно для меня растет. И чем дальше, тем быстрее. Пока я стоял, она стала уже практически нестерпимой.

Что ж, вот он классический выбор: бей или беги! Прошлый раз я сбежал от нестерпимой вони, и в этот раз рискую стать блюдом, запеченным в собственном соку. Если убегу еще раз, меня, наверное, ждут еще более неприятные испытания. Хотя, куда уж хуже?!

Меж тем, думаю я это все уже набегу. Куда бегу? Для разнообразия – вперед!

Вы давно были в раскочегаренной на совесть сауне да еще и на самом верху?!

Я вот был относительно недавно, и соскучиться еще не успел, но тут об этом меня никто не спрашивает.

Воздух вокруг сухой и раскаленный. Пота уже нет. Кожа на глазах сохнет и становится чуть ли не пергаментной. Губы, кажется, уже вечность как изрезаны десятками трещин и просто устали болеть от этого. Или я начинаю терять способность чувствовать?

Идти тоже уже не получается. Ползу. В голове две мысли: хочу, чтобы все это закончилось и воды!

Потом мысли уходят, по раскаленной мертвой земле ползет еще одушевленное, но уже неразумное существо. Куда и зачем оно ползет – неважно. В него заложена программа и она будет выполняться, пока у существа есть хоть какие-то силы.

Вода…

Это сон во сне? Или это просто облегчение кошмара? Можно ли умереть во сне? Наверное, можно. Во сне все можно.

Как же я рад воде. Я был бы рад еще сильнее, но сил, как раз и нет. Их не хватает даже на то, чтобы хоть как-то проявить свою радость. Я просто всей поверхностью тела ощущаю легкий приятный ласковый дождь.

Я дополз. Я смог. Да, это все происходит во сне, и я это прекрасно осознаю. Но, боже мой, я бы все отдал, чтобы проснуться тогда, когда я отчетливо понимал, что вот-вот потеряю способность мыслить и бороться!

Но я смог…

Это не просто дождь. Это просто какая-то живая вода! С каждой минутой мое мумифицированное тело наполняется живительной влагой. Оно воскресает. Я уже могу перевернуться на спину. Делая это, открываю рот и начинаю ловить им капли. Сначала получается плохо, и меня это немного огорчает, потому что, правда, безумно хочется пить. Но вот, словно потакая моему желанию, дождь постепенно усиливается, и я быстро и вдоволь напиваюсь. Теперь можно просто расслабиться, лежа под струйками воды, смывающими с тела и с души все пережитые трудности.

Но миг блаженства, как обычно, краток…

Не проходит и нескольких секунд, как тугие струи воды начинают неприятно бить по лицу, не забывая в прочем и об остальных участках тела.

Дождь – это не спасение, это очередное испытание! Как же я сразу не догадался?! Вскакиваю, шатаюсь, бегу.

Бегу, радуясь тому, что ливень еще не полностью перекрыл обзор и я вижу очертаний близкого уже замка.

Однако, спустя уже пару шагов, видимость становится нулевой. Ноги по щиколотку в воде и она продолжает прибывать. Идти становится все сложнее, а потоки воды, льющиеся сверху уже давят на голову так, что она уже полностью ушла в плечи, забыв о существовании шеи! На плечи, впрочем, давление не меньше…

Лишь бы не упасть! Если упаду, то уже не встану и рано или поздно захлебнусь.

Воды уже по колено. Еще чуть-чуть и я просто не смогу идти.

Что-то большое касается ноги…

Глава 16

Склочный сапожник и хамоватый библиотекарь

Вздрогнув всем телом, я проснулся. Мое счастье от того, что кошмар закончился, не могла омрачить, даже заброшенная на меня бледная в предрассветных сумерках голая нога Флина. Мальчишка во сне скатился со своей перины, как-то преодолел пару метров, разделяющих наши перины. При этом умудрившись не проснуться. Вот что здоровый сон и незамутненная совесть делают!

Сдвинув эту цыплячью лапку в сторону, я встал на ноги, прошелся по комнате и выглянул в окно. По всему выходило, что рассвет не за горами. Пока в комнате было еще недостаточно светло, я надел штаны и сделал хорошую душевную зарядку, стараясь при этом не топать и дышать потише, чтобы не перебудить всех сегодняшних обитателей башни.

Еще неплохо было бы умыться и что-то придумать с гигиеной рта, Но эти вопросы подниму, когда проснется хоть кто-нибудь из местных. А пока, раз уж что-то уже можно рассмотреть, я примусь за воплощение в жизнь планов помощи Флину. Потому что вчера у Гарра обнаружил местный аналог карандаша, когда Рина перерисовывала им себе на бумагу часть рисунка Флина. Карандаш этот остался лежать на столе, а бумагу, как вы должны помнить, я выцыганил еще раньше.

Поначалу у меня не получалось: художник из меня, как из свиньи – балерина. Но я старался. Увлекся так, что даже не услышал, что в помещение зашел Гарр и остановился у меня за спиной, рассматривая из-за плеча наброски рисунка.

- Это нужно, чтобы перевозить небольшие грузы без лошади и телеги? – неожиданно спросил он, вызвав у меня рефлекторное желание развернуться к источнику звука, прикрывая собой драгоценный рисунок.

- Нет, - ответил я, немного поколебавшись, - это для Флина, чтобы ему было удобно работать.

- И насколько будет удобно этим пользоваться? – с сомнением протянул маг.

- Зависит от качества дорог и тротуаров. Если бы они были совершенно гладкими, то ездить на этом – одно удовольствие. И весело, и быстро, и все вокруг первое время радостно провожают тебя взглядом.

- Ну, да, статусность у вещи на первых порах будет неоспоримой, тем более, что их будет всего две, - согласился со мной Гарр.

- Тебе тоже приглянулось мое изобретение?

- Как видишь, у меня тоже есть проблемы с перемещением в пространстве. К тому же, без меня вам такое точно не сделать. У вчерашнего мальчишки и у глуповатого на вид незнакомца никто заказ на детали не примет. А целиком показывать изобретение вы уж точно до последнего никому не будете.

- Я пока над этими