Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

она вроде дочери Теневого Хайнеса. И ты при ней особо о прошлой жизни Мариша не болтай. Здесь берегут её уши, хотя сомнительно, что она ничего не знает и не понимает. Муж-то у неё врать нужным не считает. Нет, ну угораздило тебя связаться с самим Маришем!

— А нас ещё и к нему на постой отрядили, — хмыкнул Мхян.

— Хорошо ещё, что ты на самом деле казну не трогал, — покачал головой Нарий.

Вместо того чтобы кивнуть, Хабдир виновато сжался и окинул присутствующих вороватым взглядом. Лирка непонимающе на него посмотрела, хотя на самом деле поняла, просто не захотела верить. Нарий оторопело вытаращил глаза, даже у Ёриха заплывший глаз открылся почти до размеров нормального.

Первым отошёл от оцепенения Онт. Быстро взглянув на дверь, он задрал брови едва ли не до середины лба. Хабдир неохотно качнул подбородком, и Лирка, вцепившись в собственные волосы, издала беззвучный вопль отчаяния.

«Гы-гыа-а-а-а-а, — бессовестно ликовал Иррес. — А я говорил, что он может!»

Вехна обеими руками покрутил пальцами у висков, смотря на вилария с ужасом. Мхян с открытым ртом переводил взгляд то на Хабдира, то на мечущуюся по комнате Лирку. Женщина с искажённым от ярости лицом остановилась и, ткнув пальцем в командира, знаками показала, как трясёт его, а затем душит. Нарий одними губами высказывал Хабдиру своё мнение, и тот отвернулся, чтобы «не слышать». По губам-то почти все в отряде читать умели. Быстро открыв дверь, Сендар осмотрел коридор, убеждаясь, что никого нет, вновь закрыл её и уставился на командира. Тот устало вздохнул и едва слышно произнёс:

— Казну взял не я.

— Тогда чего ты нас пугаешь⁈ — не выдержал Нарий, срываясь на полушёпот.

— Но я знаю, где она лежит.

Члены отряда обменялись напряжёнными взглядами.

— Даже я такую дичь не творил, — с укором протянул Ёрих.

Все присутствующие, кроме Сендара, не сговариваясь, крепко сбились вокруг Хабдира, чтобы тому не пришлось повышать голос. Даже Ханён высунул нос из-под кровати.

— Я про Ярого не соврал, — продолжил Хабдир. — Мариш незадолго до этого позволил ему отсоединиться. На самом деле он таким образом от него избавился. Убил бы, да Маришу на тот момент были нужны все, кто хоть какой-то вес среди оборотней имел. Вот он и отправил Ярого на вольные хлеба, чтобы потом нагулянную им банду себе забрать. А у того свои ребята остались среди оборотней Мариша. Вот они-то на меня и напали.

— Так чего ты голову всем морочишь⁈ — злился Нарий.

Когда в отряде кто-то вытворял что-то непотребное, больше всех злились виларий, Нарий и Лирка. Но впервые виларий оказался на другой стороне, и Нарий с Лиркой были готовы его растерзать.

Вид у Хабдира стал совсем несчастным.

— Среди них брат мой был. В спину нож воткнул, когда я ею повернулся.

Накал напряжения вмиг снизился. Повисло неловкое, сочувствующее молчание.

— Но я на второй день их нагнал и даже раненый всех положил, — продолжил виларий. — Ну, кроме брата. Рука не поднялась. Это ж я его за собой к Маришу потащил, а потом отказывался замечать, что переменился братец сильно. Припугнул, что всё Маришу расскажу, и велел убираться подальше. Даже не знаю, что сейчас с ним.

Все немного помолчали, словно отдавая дань погубленной братской связи, и Нарий вновь спросил:

— А казна?

Хабдир нахмурился.

— Перепрятал. Подумал, посмотрел, во что брат превратился, во что сам превращаюсь, кто с Маришем идёт, и решил, что не за это я бороться хотел. Остановить Мариша я не мог. Да и не хотел, если честно. Но и деньги эти ему не надо бы иметь. Нечего боли его ядовитой средства̀ давать, а то он в ней и правда всю Салею утопить может.

— Я даже не знаю, что с этим делать, — Лирка закрыла лицо ладонями.

«Оставить на развитие молодой семьи!»

«Помолчи, Иррес», — попросил господин Наэш.

— Сохвой больше не называешься, — строго распорядился Нарий. — А то ещё братец твой объявится, все планы по обретению имени порушит.

— Думаешь, хайнес не узнает про его прошлое? — тон Лирки звучал безнадёжно.

— А думаешь, узнает? — обеспокоился вредитель.

— Этот вынюхает, — с досадой протянула женщина.

— Так давайте я того… выйду… — договорить Хабдир не смог. Слова застряли в горле под злющим взглядом магички.

— Нас и так десять! Куда вы ещё собрались?

— Как десять? — обомлел виларий. — Неужто кто-то из ребят в пути погиб? Леший? Исешка? Боги! Золотинка дороги не перенесла?

— Да что ж ты как бабка зачастил? — с досадой протянул Нарий. — Золотинку род Вотых удочерил. Господин Руахаш в ней свою дочь увидел.

— Да ты что⁈ — поразился Хабдир. — Сами Вотые? Нашу Золотиночку? Повезло малышке. Хорошая ей судьба выпала. С самого рождения боги своей милостью не оставляют!

— А вот нас оставляют, — Вехна вздохнул. — Где мы сейчас одиннадцатого найдём? Не первого же попавшегося бродягу брать?

Лирку, откровенно говоря, сейчас больше всего интересовала казна. Она лихорадочно пыталась сообразить, какой выход найти. И да, вряд ли Сильнейший пропустит такой пикантный момент из прошлого вилария Хабдира. Ей так и чудился ехидный прищур золотистых глаз и вкрадчивое: «Так-так… И что мне с вами делать?»

— Не надо никого искать. Нас и так одиннадцать, — Нарий скривился.

На него непонимающе посмотрели, а Ёрих за его спиной прям напрягся.

— Я пойду за одиннадцатого. Завтра из семьи Шолый выйду, и можно меня в список нашей семьи вносить.

— Ты что… — начал было возмущённо виларий, но Ёрих посмотрел на него страшными глазами, а Нарий едва не оскалился. И было в выражении лица последнего что-то отчаянное, даже обиженное. — Ты прямо сейчас-то от имени не отказывайся, с плеча не руби. Исешка и Леший ещё не вернулись. Вдруг с ним того… случилось что-то в дороге. И плакала наша возможность получить имя, а ты от своего уже отказался. Кто ж нас потом из передряг вытаскивать будет? Нас-то, безымянных, особо не слушают, а тебе хоть слово дают!

Напряжённые плечи вредителя слегка расслабились, а Ёрих ещё и похлопал его ободряюще по спине:

— И будешь ты Жра̀лым!

— Да хоть Ры̀лым, — не расстроился Нарий.

Онт одними глазами спросил у Ёриха, что происходит, а тот едва заметно отмахнулся, мол, потом.

Но решение