Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

тому, кого он выбрал буквально несколько минут назад. Тот даже не успел достать свой обрез из-за ремня. Раздался глухой звук, похожий на удар по свиной туше. Громилу выгнуло дугой, он отлетел на пару метров и рухнул на камень, забавно дернув ногами.

Артемий действовал изящнее, но не менее эффективно. Второй бородач только хотел направить на меня свое ружье, как аристократ сделал молниеносный выпад. Его рука в перчатке схватила бандита. Он поймал запястье врага, и раздался сухой, отвратительный щелчок. Тот завизжал, и ружье упало на пол. Артемий тут же нанес ему короткий точный удар основанием ладони под подбородок. Визг оборвался, и второй громила осел на пол, пуская слюни.

Вся драка заняла меньше пяти секунд. Не сказать, что достойное зрелище, но очень эффектное.

— ЧТО⁈ — взревел Йорн, отпрыгивая назад. Матросы Альфреда засуетились, но были дезориентированы.

Я поднял арбалет и выстрелил. Не в потолок. Я выстрелил в каменный пол прямо перед ногами Альфреда.

БА-БАХ-ТРАХ-БУМ!

Звук в замкнутом пространстве пещеры был чудовищным. Он ударил по барабанным перепонкам, заставил содрогнуться и зазвенел в ушах. Каменная пыль взметнулась в воздух. Матросы Альфреда вскрикнули, инстинктивно закрывая головы руками. Сам Альфред с визгом повалился на пол, накрывшись каким-то корытом, что лежало рядом, как черепаха. Йорн ахнул и отпрянул к ящикам, его свиное лицо побелело от страха.

— ВСЕ НА ПОЛ, СУЧЬИ РОЖИ! НИЧЕГО НЕ ТРОГАТЬ И НЕ ДВИГАТЬСЯ! — проревел я, вкладывая в голос всю свою ярость. Старался говорить так, чтобы они поняли, что перед ними не какой-то мальчишка, а новый босс. — Руки за голову! Кто пошевелится, получит огненную стрелу себе в задницу, и его больше никогда не на найдут!

Эффект был магическим. Шестеро матросов, Йорн и сам Альфред послушно, с леденящим душу страхом в глазах плюхнулись на холодный камень. Альфред что-то бормотал, моля о пощаде.

— Сашка, Артем, клетки! — скомандовал я, не опуская арбалета.

Сашка подошел к клетке с мужчиной. Он не стал искать ключ. Он просто ухватился руками в перчатках за два толстых прута и со страшным усилием, с хрустом рвущегося металла раздвинул их, создав проход. Артемий проделал то же самое с клеткой девочек, действуя более аккуратно, но не менее эффективно.

— Выходите! — мягко сказал я пленникам. — Вы свободны!

Мужчина, с недоверием и осторожностью выполз из клетки. Его дочери, выбежали и бросились к нему, рыдая. Он обнял их одной рукой, второй опираясь о стену. Его глаза, полные боли и недоверия, смотрели на меня.

— Как тебя зовут, добрый человек? — спросил я, подходя ближе, но не опуская оружия, следя за лежащими на полу негодяями.

— Да… Даниил, — его голос был хриплым от боли в груди. — А это… Ольга и Катерина, мои дочки.

— Даниил, мы выберемся отсюда. А потом ты расскажешь нам, как вы сюда попали. Но сначала давайте покинем это проклятое место.

— О да… Это длинная и неприятная история, — он кашлянул.

— Ничего, пока будем плыть, время у нас найдется, — я повернулся к Сашке и Артемию. — Загоняйте эту публику в клетки. Пусть посидят в своем же дерьме.

Мы начали грубо поднимать матросов, Альфреда и Йорна с его помощниками и заталкивать их в освободившиеся клетки. Йорн бормотал проклятия, Альфред плакал и умолял о пощаде, матросы покорно шли. Вдруг я заметил движение краем глаза. Один из бородатых громил, тот, что был с обрезом, пришел в себя. Он лежал в стороне, притворяясь все еще отключенным, но его рука медленно, черепашьим шагом, ползла к голенищу сапога.

— Эй! — крикнул я.

Но было поздно. Громила выхватил из голенища маленький, но смертоносный пистолет старого образца и, не целясь, выстрелил в нашу сторону.

Выстрел грохнул, эхом умножаясь в пещере. Пуля не задела никого из нас. Она ударила в один из ближайших ящиков с кристаллами.

И все замерли на долю секунды.

Потом из пробоины в ящике рванулся сноп ослепительно-белого, холодного света. Раздалось злобное шипение, будто лопнула оболочка, сдерживавшая бурю. Ящик дернулся, опрокинулся.

— ВСЕ НАЗАД! — заорал я, но было уже поздно.

Словно по цепной реакции, другие ящики, стоявшие рядом, начали падать, сталкивая друг друга. И с каждым ударом, с каждым новым разрушением деревянной обшивки в пещеру вырывалось все больше дикой, нестабильной магической энергии. Воздух затрепетал, загудел. Запахло озоном и чем-то сладковато-горьким.

— БЕЖИМ! — завопил я, уже не следя за пленниками в клетках.

Мы схватили Даниила и девочек. Я и Артемий потащили обессиленного мужчину, взяв его под руки. Сашка, не долго думая, взвалил обеих перепуганных девушек себе на плечи, как мешки с картошкой, и рванул к выходу.

— Беги! Беги, черт побери! — кричал я, подталкивая всех вперед.

Сзади нарастал гул. Шипение перешло в рев. Оглянуться было равносильно самоубийству. Мы неслись по темному тоннелю, спотыкаясь о неровности пола, почти не дыша от ужаса. Даниил пытался бежать сам, но ноги его не слушались. Очень уж давно он ими не пользовался, как следует. Девочки на плечах у Сашки вскрикивали от каждого толчка.

И вот впереди забрезжил серый свет входа. Свежий, соленый воздух. Последние двадцать метров.

Тогда нас и настигла взрывная волна.

Со спины донесся не звук, а ощущение — как будто гигантская кузнечная печь распахнула свои двери. Волна адского жара, смешанная с ослепительной белизной, рванула по тоннелю, сметая все на своем пути. Она не горела — она испепеляла. Свет за спиной стал ярче тысячи солнц.

— ПРЫГАЙ! — заорал я, выталкивая Даниила и Артемия вперед.

Мы все, как по команде, выпрыгнули из узкого отверстия пещеры в открытое пространство подземной лагуны. И полетели вниз, в ледяную темную воду.

Я успел увидеть, как из жерла пещеры вырвался гигантский язык бело-голубого пламени. Он выстрелил на добрых тридцать метров, опалив скалу над входом, и с шипением погас, встретившись с водой. За ним вырвалась чудовищная ударная волна. Вода в лагуне вскипела, поднялась огромным бугром и обрушилась назад, подхватив нас и швырнув, как щепки, к борту корабля Альфреда.

Я вынырнул, отчаянно хватая воздух. Уши заложило, в голове гудело. Рядом вынырнул Артемий, отплевываясь, и Сашка, по-прежнему умудряясь удерживать девочек дрейфовал на спине по волнам. Даниил барахтался, но держался на воде. Мы все были целы.

Подняв голову, я увидел, как на нас смотря Кувалда и Сайгак, стоя на корабле. Их лица, обычно такие невозмутимые, выражали неподдельное, чистейшее изумление. Они смотрели на дымящийся обугленный вход в пещеру, из которого еще валил пар, потом на нас, выплевывающих воду.

Кувалда медленно, очень медленно поднял руку и почесал затылок.

— Босс! — прокричал он с невозмутимой серьезностью. —