Фантастика 2027-127 - Геннадий Борчанинов

После экзамена, где половина учеников отправилась на пересдачу, я решил немного прогуляться. И сейчас приближался к стадиону, где проводили экзамен по физкультуре. Оттуда доносились звуки движений, тяжёлые вздохи, свисты и всё такое прочее. Веселуха, в общем.

Если бы Особый отдел принял во внимание все мои рекомендации, то экзамен по ОМБ тоже проходил бы на стадионе. Или полигоне. Ну или в учебке на крайняк. Ведь третий вопрос был чаще всего связан с практикой, а отвечать на словах совсем не то, что действовать по-настоящему.

Но Марат Игоревич уверял, что остальные ОМБ-шники просто не потянут мои идеи, а ученикам ещё нужны силы для других экзаменов. Ну да ладно. Мои ученики и так регулярно проходят практику. Особенно бесята.

Но всё же меня беспокоило состояние многих учеников. Одни плевать хотели на знания, что плохо. Как, например, Ракушкин. Не, он подтянется, но не по своей воле, а потому, что я ему спуску не дам. Но были и другие, которые бездумно гнались за оценками и создавали иллюзию знаний. Как та же Зоя, что просто зубрила учебники, но шаг влево, шаг вправо — и она терялась совершенно.

Знания нужны не просто как заполненное место на жёстком диске. Они должны стимулировать способности к мышлению, их нужно уметь проверять.

Какой смысл зазубривать билет, чтобы получить свою «отлично», а после выхода из аудитории забыть всё, на что потратил столько времени?

Тот же Лебедев получил у меня четвёрку, но твёрдую и заслуженную. Он не мог полностью ответить на один из вопросов просто потому, что не смог разобраться в его смысле. И я ему помог это сделать.

Да, он остался хорошистом, но знаний и понимания у него осталось куда больше, даже чем у той же Зои.

Но самое главное, что дети не сами так поступают. Они ведь действуют так, как им вдолбили другие учителя, родители и прочие «советчики».

Я не хочу, чтобы мои уроки превратились в бессмысленное времяпрепровождение, по результатам которых ученики просто получат свои отметки.

Я хочу, чтобы в следующий раз, когда произойдёт чрезвычайное происшествие, все отчётливо знали, как нужно действовать. И умели это делать.

С такими мыслями я и не заметил, как добрался до стадиона. А из размышлений меня вырвал очень уж громкий возглас Сёмы, нашего Кабанчика:

— Вот так, ребята! Ха-ха!

Я невольно обернулся и заметил, как он поймал мой взгляд, словно ожидал, пока я обращу на него внимание.

— Я вам покажу, что эти нормативы полная фигня! Детсадовский уровень, не больше! И вы точно сможете их преодолеть!

Сёма зачем-то направился к тяжеленой глыбе. Не знаю, откуда она появилась прямо посреди стадиона, но явно была вкопана в землю минимум на метр.

Он же не хочет…

— Вот, глядите! — воскликнул он, остановившись напротив глыбы.

Он снова бросил взгляд в мою сторону, словно хотел убедиться, что я смотрю.

— Что Семён Семёнович собирается делать? — раздался неподалёку голос.

Это был Василий Павлович, который шёл в противоположную сторону, но тоже решил понаблюдать за происходящим.

— Надеюсь, не то, что я думаю, — нахмурился я.

— От так берёте! — поднатужился Кабанчик и присел, ухватившись за выступы толстыми пальцами.

— Но, кажется, именно это он и задумал…

— И тя-я-яните! — запыхтел Кабанчик и начал, собственно, тянуть.

Глыба даже чуть пошатнулась. Земля у её подножия немного приподнялась, но меня больше волновала жутко покрасневшая морда нашего физрука. Ученики второго «А» тоже с сомнением наблюдали за ним и начали перешёптываться. А сёстры Калугины, кажется, о чём-то поспорили.

— Тя-я-я-яни-и-ите-е-е… — тужился он изо всех сил. — Тут главное те-е-ехник… — *ХРЯСЬ!* — А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!

Кабанчика резко скрутило, лицо его перекосило, а сам он рухнул на землю и принялся выть от боли.

— Да! Я победила!! — подскочила Анфиса. — С тебя сотка, сестра!

— Твою ж м… — чуть не выругался директор, но затем вдруг взглянул на меня.

Очень странно так взглянул. Подозрительно, я бы сказал. И тревожности добавляли завывания Сёмы со стадиона:

— Сергей Викторович…

А я тут же повернулся к нему и ответственно заявил:

— Я не виноват!! На этот раз он сам! Я только смотрел!

— Да не, я не об этом, — махнул Палыч. — Кхм, то есть… вы же уже замещали Семёна Семёновича, верно?

— Угу, — настороженно кивнул я и уже присматривал, куда бы смыться.

— Полагаю, других вариантов нет, — хищно оскалился Палыч. — Вы же не откажете в помощи родной академии, а? А то ведь Елене Алексеевне будет крайне сложно найти другого физрука в такое непростое время.

Грёбаный ж ты ёж!!!

Глава 25

Ну, Сёма. Мать твою… чтоб она жила долго и счастливо, блин!

Я стоял напротив шеренги второго «А»-класса и хмурился, глядя в записки Семёна, чтоб его… спина поскорее выздоровела, Семёновича!

К ведомостям были прицеплены какие-то пометки Кабанчика, но они все были исписаны кривым почерком, будто писал реально какой-то хряк. Но более важными были листы с нормативами, которые составил Особый отдел.

Я ознакомился с ними и пришёл к немного неожиданному выводу. Если бы я занимался рекомендациями по нормативам для физической культуры, как делал это для ОМБ, то составил бы похожие требования.

Видимо, не зря они свой хлеб едят. И один из инспекторов сейчас сидел в дальнем углу стадиона, словно молчаливый серый инквизитор. Он даже не шелохнулся, когда Сёма надорвал спину. Только сделал какую-то пометку в блокноте и продолжил наблюдать.

— Итак, на чём вы остановились? — спросил я учеников.

— Да мы и начать-то особо не успели, — пожала плечами Вика Калугина.

— Ага, — кивнула Анфиса. — Веня, вон, только успел ахнуть, что нормативы высокие. И Семён Семёныч решил, хех, — прыснула девушка, — показать нам пример.

— Показал, блин, — насупился Веня, а точнее, Вениамин Баснер. — Готовьте носилки, в одной палате рядом с ним будем лежать.

Я усмехнулся и пробежался по списку класса. Вообще Баснер изначально не был особо одарённым физически. Он скорее напирал на мозги и контроль магии. Но пока я замещал Сёму, парень так-то поднабрал мышц и немного приобщился к физкультуре.

Походу, все старания насмарку. Вениамин снова превратился в Веню.

— Что ж, начнём с… — хотел я сказать, но взглядом зацепился за булыжник, который победил Сёму. — А откуда здесь вообще эта хреновина взялась?

— Не знаем, — пожал плечами Марк. — Вчера ещё не было.

У меня закрались смутные сомнения, и я решил пролистать записи Кабанчика. Там было много всякого. КБЖУ блюд, отметки о подходах и повторениях, рисунки голых мужик… кхм, в смысле, атлетов, которые