Волкодав - Антон Кун

— Около пяти, если не больше, — ответил я, наполняя тело энергией из сердца.

— И чего ты ждёшь?

— Этого… — я сделал шаг в сторону, пропуская перед собой серое тело крупного волка.

На этот раз я не стал хватать тварь, а нанёс несколько молниеносных ударов по корпусу. Раздался хруст ломаемых костей, а за ним и визг, но я уже с разворота футбольным ударом по голове сворачивал шею второму.

Сзади в ногу вцепились, а боль волной прокатилась по нервной системе, пытаясь ослепить и подавить. Но я лишь сжал зубы и резким движением развернулся, вгоняя костяшки кулака в нос твари, и ломая ему что-то внутри. Всё же болезненные ежедневные спарринги приучили преодолевать, а не сдаваться страданиям.

Челюсть разжалась, а я приготовился к очередной драке.

Секунды текли, будто в киселе, а напряженное сердце как бешеное стучалось, но всё было спокойно — волки закончились.

— Как думаешь, укус дикого зверя полезен для здоровья? — услышал я из-за спины знакомый, полный сарказма голос.

От этого адреналин начал утихать, а боль от укушенной конечности стала подниматься снизу вверх.

— Это маловероятно, — поморщился я, сжав зубы и не позволяя вырваться стону.

— Держи, — вздохнул наставник и протянул мне солдатскую фляжку.

— Это что? — уточнил я, принимая сосуд.

— Отвар целебный из листьев волшебной ромашки.

— Это с территории тварей? — я даже забыл о боли, ведь уже знал, что ценники на всю продукцию, производимую из магических ингредиентов, запредельно дорогие.

— Пей! У тебя ещё весь день впереди на истребление волков. А это я потом вычту из твоей добычи, — он хмыкнул и добавил: — Чтобы смотрел по сторонам в следующий раз. Каждый такой косяк будет дорого тебе стоить и отодвигать день, когда ты отправишься на территорию волшебных тварей.

Я вздохнул и сделал глоток. По вкусу обычный ромашковый чай, вот только провалился в желудок он жидким огнём. И спустя мгновение рана затянулась прямо на глазах, будто у какого-то супергероя с повышенной регенерацией.

— Охренеть! — не сдержался я.

— Это ты ещё цены за фляжку этого пойла не знаешь, вот там реально… — Багратион явно хотел выразиться красочно, но махнул рукой. Видимо, решил пожалеть мою юношескую психику.

Я поднялся и встряхнулся. Мотивация получена, и она очень логичная. Мне действительно делать нечего на территории тварей, если меня может достать какой-то волк с начальным источником. По рассказам Багратиона, там водятся твари куда страшнее.

Охота продолжалась до самого вечера. Я убивал волков, после чего таскал трупы прямо к дому Егорыча. И если раньше мне требовалась помощь, то сейчас я уже спокойно взваливал тяжёлую тушу матёрого на плечи и спокойно тащил несколько километров.

Когда солнце уже клонилось к закату, подкрашивая мир алым, на одной из опушек я ощутил присутствие.

Было это ярче, чем в первый раз, но всё равно словно где-то ты кого-то видишь на периферии зрения, но разглядеть не удаётся, картинка всё время ускользает.

— Сколько? — верно понял мою остановку наставник.

Я несколько раз крутанулся вокруг своей оси и неуверенно произнёс:

— Одиннадцать.

— Не плохо для того, кто тут танцевал, пока его обступали со всех сторон, — «похвалил» он меня.

Я же не стал ждать атаки стаи, а ринулся к ближайшим кустам.

На этот раз волчара не успел среагировать, и уже я неожиданно выпрыгнул перед ним и одним коротким ударом в уязвимый нос, прикончил серого.

В этот момент стая осознала происходящее и скопом накинулась на меня.

«Ох, всю ночь вас таскать, — подумал я. — По одному долго будет, надо хотя бы по парочке за раз».

Когда сразу пятеро ринулись в мою сторону, время будто замедлилось. Движения волков казались неуклюжими, а мои наоборот — невероятно быстрыми. Поэтому разобраться с напавшими, а потом и с остатками стаи, проблем не составило. Хрустели и ломались кости под моими стремительными ударами, скулили и рычали хищники.

Когда враги закончились, странное состояние тоже отступило, оставив после себя головокружение и тошноту.

— Ну, как? — раздался рядом голос Багратиона.

— Что-то мне не хорошо, — я опёрся о рядом стоящее дерево.

— Конечно, — уверенно кивнул он. — Ты же только что использовал разгон сознания. Сейчас ещё и боль придёт, — он гадко улыбнулся в бороду.

— Ну а как без боли-то? — скривился я, подавляя волей тошноту.

— Вся жизнь боль, — философски кивнул Багратион. — Рождаемся, живём и умираем с ней.

Пророчество Багратиона сбылось, но благо ненадолго. Мир сделал ещё один оборот, виски сжало и сознание погасло.

* * *

Дуремар, как называли его братья крови из мотоциклетной банды, скрывался. Невероятным чутьём он понял, что за дверью, прикидываясь соседкой, стоит кто-то из стражи.

Уход через окно, где его уже ждали, выстрел в грудь молодому стражнику и бегство.

Он бежал и бежал, избегая людных мест, пока не добрался до тайги. Изнеможденный и голодный, он ощутил в себе инстинкты, которых не замечал никогда.

Голод отступил, а на его место пришли ярость и жажда охоты.

И Дуремар отдался этому первобытному и безжалостному порыву.

Он выслеживал, убивал, выпивал кровь и поглощал мясо, а потом встретился со стаей волков.

Громадный чёрный с белым пятном на шее волк с красными глазами узрел в нем собрата, и Дуремар присоединился к стае необычных хищников, которые все как один были куда больше виденных в зоопарке сородичей.

Он разделил их несложный быт, состоящий из бесконечной охоты, делёжки добычи, редких игр и сна. А потом вожак отвёл его в странное место, где был странный воздух.

Дуремар вошёл в искажение и упал на колени схватившись за голову. Мыслеобразы стаи потекли в его разум, и он увидел нечто, что повергло его в шок.

Светловолосый парень, худой как щепка, убивает его братьев-байкеров.

Дуремар тогда не смог поехать с братьями по крови из-за работы и надеялся нагнать позже. Его мотоцикл был наготове, но он не успел.

Дуремар смотрел и не верил! Почти все были мертвы, а те, кто выжили, оказались связаны. Всё это он видел разными глазами собратьев, с кем его связывали пролитые реки крови.

Он не считал сколько раз умер за сегодня, пока наблюдал за неуловимыми движениями парня, но, когда видение испарилось, будто ничего и не было, он помотал головой и поднял глаза, в которых плескались океаны ярости. Он разорвёт глотку ублюдка собственными клыками.

Рядом рыкнул вожак и перед глазами Дуремара поплыли новые образы — убиваемых волков. Точно так же, как и братьев-байкеров светловолосый убивал братьев-волков.

«Эта тварь убивает моих новых собратьев!» — подумал Дуремар и утробно