Кошмар для инспектора, или Скандал в академии магии - Наталия Журавликова

этому прикладывает руку и сам ведущий дисциплины, Марк Рош. Приятного вида тролль. Да, и такое тоже случается, сама удивилась, когда с ним познакомилась. Лишний раз поняла, что нельзя быть слишком предвзятой.

Идея провести конкурс на составление лучшей парфюмерной композиции “Ароматы страсти”. Что ж, недурно. Может оживить окончание года. Скрасить подготовку к экзаменам и сгладить общую атмосферу нервозности.

Постепенно я дошла и до других стопок. Признания деканам в чувствах я чаще всего не читала. Но сегодня взялась за них с интересом. Да, мне хотелось прочесть об Ишере, чего скрывать!

“Как приятно видеть среди этих заучек настоящего мужчину! Инспектор Дракон, вы удивительный. Я готова лично вымыть каждую ступеньку лестницы, прежде чем туда ступит ваша нога!”

Десять сердечек, последнее обведено так жирно, словно художница с наклонностями уборщицы выпала из реальности и сама не видела, что делает.

Смешно, но я почувствовала укол ревности. Словно Родрик все еще имеет ко мне отношение.

— Лавиния! — дверь приоткрылась, инспектор заглянул в мой кабинет. Как чувствует, что я о нем думаю! — Будьте добры пройти ко мне.

Вид у него был до того встревоженный, что я не стала медлить. Так и выбежала с этой запиской в руке. Будто с флагом полной капитуляции.

— Это мне?

Ишер осторожно высвободил из моих пальцев листок, мельком прочитал. Его брови взметнулись вверх.

— Очень мило, декан Элмин. Я ценю ваше хорошее отношение ко мне. И понимаю, что вслух всего так сразу не скажешь.

Кажется, он растерялся. Но не больше, чем я.

— Что? О, нет, Родрик, то есть инспектор. Это не я написала.

— Правда? Немного разочарован.

Он вздохнул. И тут я поняла — издевается. Он прекрасно знал, чем я сейчас занимаюсь в кабинете, поскольку Бетрам заходил ко мне с подносом, где были разложены записки.

Что ж, если он шутит, значит все не так ужасно.

— Я вас позвал, потому что…

Продолжать не потребовалось, поскольку в деканат на этих словах зашли двое молодых мужчин. Один — эльфийской расы, второй мог быть кем угодно, но я сразу решила, что он оборотень. Слишком уж волосатый.

— Позвольте представить вам лучших криминалистов. Местер Крим и местер Дрим. Они будут проводить сравнительный анализ всех образцов волос, которые мы сегодня должны взять у студенток и преподавательниц.

— Здравствуйте, декан, — сказал оборотень и смущенно покраснел. Кажется, он из тех, кого называют “зубрилами”.

— Нам нужны ваши волосы, — добавил эльф.

— Все? — я изобразила притворный ужас.

Оборотень стал совсем пунцовым.

— Нет, только одна прядь. Вы позволите?

Я кивнула. Мужчина подошел ко мне неловко, бочком, отчего я уверилась, что он впервые находится настолько близко к живой женщине.

В руке его появились маленькие серебристые ножнички. Оборотень осторожно взялся за мой локон, я увидела, что пальцы его дрожат. Поднес свой инструмент к самым корням волос, пропуская лезвия под прядь.

— Так, Дрим, подождите, — вмешался инспектор, — вы сейчас изуродуете прическу нашей мису Лавинии. Позвольте, я помогу.

Он подошел вплотную, так что я чувствовала его дыхание. Оно меня обжигало. Родрик пропустил локон моих волос сквозь пальцы, перебирая и словно лаская.

Я застыла на месте, чувствуя, как по спине в панике разбегаются мурашки.

— Вот так. И ничего не заметно.

Кажется, он тоже дышал через раз. Волнуется?

— Возьмите, Крим, — Родрик протянул тоненькую прядку эльфу.

— Отлично, — кивнул тот, — мы постараемся дать результаты по этому образцу завтра утром.

— Можем так рано не успеть, — оборотень подергал товарища за рукав, — но вот к вечеру уж точно.

Мои волосы сличат с двумя остальными прядями. Что ж, я почти уверена — они совпадут.

Только вот как это в принципе стало возможным?

ГЛАВА 18

Я пила кофе и услышала шум в коридоре. Да что там шум! Кажется, в академии женской магии начиналась революция. В приемной деканата никого не было. Ишер забрал Бека и отправился с ним вместе стричь преподавателей.

Что же такое происходит?

Может, поймали преступника?

Я осторожно попыталась выглянуть за дверь, но меня впихнули обратно. Рой Апери смущенно собирал волосы в хвост и немного испуганно смотрел на меня.

— Что случилось? Твои поклонницы решили наконец выяснить отношения? — не утерпела я, вспомнив утренние послания.

— С ними мы уже все выяснили, — сказал он с упреком, словно я должна быть в курсе, — и не советую в коридор выходить. Сиди тут. Можешь пачичино меня напоить.

— Какая честь для меня! — восхитилась я. — Смочить горлышко самому привлекательному дракону академии.

— Ты правда считаешь меня самым привлекательным? — Апери расплылся в улыбке. — Знаешь, ты тоже ничего. Вообще, я против служебных романов, но… тебя возможно скоро отстранят. До окончания расследования. И мы сможем сходить вместе куда-нибудь.

Он и правда думает, что меня это должно порадовать? Наверняка да. Рой очень высоко ценит возможность отправиться с ним на свидание. Считает себя ценным призом. Интересно, его мамочка-драконица таким воспитала?

Вздохнув, я пошла делать ему кофе. Надо же себя чем-то занять.

— Так что у нас стряслось? — все же решила я выяснить, когда подала команду горшочку изобилия.

— Инспектор и твой секретарь собирают образцы у всех преподавателей. Причем, не только у рыжих!

— Локоны и покрасить можно, в том числе магией, — сообщила я, — к тому же, как сказал Ишер, в первой шкатулке были ресницы, которые не принадлежат обладателю волос.

— Тогда почему ресницы никому не дергают? — озадачился Апери. И на всякий случай коснулся своих ресничек. Длинных, загнутых, пушистых, как кисточка. Где мои ножницы?

— Можно и по волосам все понять, — я подала ему кружку.

— Так вот, — продолжал красавец-дракон, тряхнув пышной шевелюрой, — сначала все спокойно давали себя слегка подрезать. А потом кто-то… кажется, Мила Хипс со стихийной магии, заявила, что это нарушает ее личные права. И не поверишь, все сразу о них вспомнили.

— И потребовали вернуть волосы на место? — хихикнула я.

— Ну, их приращивать долго. Целители провозятся, и Вепс спасибо не скажет. — с сомнением протянул Апери.

Прозвучал первый колокол. Всего их три, после третьего начинаются занятия.

— Как думаешь, они угомонятся и разойдутся по аудиториям? — спросила я Апери, кивнув на дверь.

— Не знаю, Вин, отстаивание личных границ и права на неприкосновенность стрижки — дело серьезное.

Да, тут не поспоришь. Я вспомнила, как утром вторгся в мои личные границы Родрик Ишер. С серебристыми ножницами. И это было так интимно.

А сейчас он ходит и собирает чьи-то кудри по всем факультетам. И кто-нибудь этому мимолетному контакту наверняка радуется. Если сегодняшнее мероприятие не даст результата, Ишер с Бегом отправятся уже к студенткам. Вдруг