Удачное вложение - Евгения Высоковская

в «печную комнату», как я ее для себя окрестила. Рядом с телефоном лежала записная книжка в кожаной обложке с тиснением, правда, мне так и не удалось разобрать, что за буквы или цифры на ней выдавлены. Погладив кожаный переплет, я перевела глаза на лист бумаги под оргстеклом, неровно оборванный с одного края. На нем в столбик неровными, скачущими буквами было выписано несколько имен и слов, некоторые с ошибками.

«Кузьминишна, Семеновна, Никитишна…»

Беззвучно шевеля губами, я пыталась разобрать старческий почерк.

«Знахорь, золотарь, леса повал… Зара (жгёт сахар)».

Возле каждого слова или имени было выведено четырехзначное число. Список был похож на внутренние номера офисных сотрудников или служб. Неужели правда телефоны?

Мобильный остался в «старом» доме, но можно же было позвонить по городскому! Дико, что мне сразу не пришло это в голову. Видимо, его внешний вид заморочил мне голову, и я даже не подумала, что это обычный телефон, пусть и очень старый. Правда, я почти не помнила ничьих номеров. Зачем, если все хранится в мобильном? Действительно, мобильники же никогда не ломаются и мы их не теряем!

Долго рывшись в памяти, я смогла воскресить в голове единственный номер — своей старинной подруги, с которой мы уже почти сто лет не созванивались и даже не списывались. Мы сим-карты покупали вместе, поэтому номера были похожи, так я его и запомнила. Что только я ей скажу, когда дозвонюсь? А какая разница, попытка не пытка. Хоть смогу убедиться, что никакая я не попаданка.

Криво усмехнувшись, я поднесла к уху трубку и принялась вертеть диск. Из динамика при каждом повороте раздавался непривычный стрекот. После набора четвертой цифры, в телефоне что-то щелкнуло, и из трубки донеслись частые гудки.

Я озадаченно повесила трубку, а затем сразу хлопнула себя по лбу: ну конечно! После набранной восьмерки раньше требовалось тоже дождаться гудка. Усмехнувшись, я снова схватилась за телефон, но после восьмерки он не издал никаких звуков. Набрав после нее код мобильного оператора, я с досадой снова услышала частые гудки. Тогда я принялась звонить на все знакомые номера городских служб: сто двенадцать, сто два, сто три. Даже 911 накрутила зачем-то, но после трех цифр старинная трубка лишь тихонько шипела. Наконец я, уже ни на что не надеясь, набрала 100 — номер, который с давних времен и до сих пор использовали для проверки времени.

К моему изумлению динамик щелкнул, пшикнул, а затем хорошо поставленный женский голос с расстановкой произнес:

— Точное время… неизвестно.

После этого снова раздался сигнал «занято». Скрипнув зубами, я легонько стукнула по рычагам и со вздохом набрала первый номер из бабушкиного списка.

___________________________

Дорогие читатели! Пожалуйста, не забывайте оставлять комментарии, чтобы я знала, что вы читаете книгу и вам интересны приключения Ульяны! Это очень мотивирует писать продолжение.

Глава 8

Четыре трескучих поворота диска — и в трубке раздались долгожданные длинные гудки, означавшие, что я дозвонилась. Я хмыкнула и пожала плечами. Мало ли, может, в этом поселении у них какая-то местечковая телефонная станция, и сообщение происходит не через город. Я не очень хорошо представляла себе эту систему, но раз в офисе так делают, может, и в маленьком поселке тоже?

Я ждала с замиранием сердца. Гудки все шли, но мне никто не отвечал. Со вздохом сбросив вызов, я набрала следующие четыре цифры. Гудки повторились, но в этот раз что-то в трубке щелкнуло, и я услышала далекое, приглушенное «алло». Кажется, я не особо на это надеялась и в растерянности продолжала тупо молчать в ответ. Кто-то откашлялся, зачем-то несколько раз дунул в трубку и недовольным старческим голосом повторил:

— Алло, алло? Говорите.

— Алло. Это Семеновна? — Я аж зажмурилась, так нелепо это прозвучало.

— Она самая. А кто спрашивает? — поинтересовалась трубка.

— Меня зовут Ульяна. Я тут, кажется, заблудилась…

На том конце провода помолчали. Мне представилось, как древняя старушка задумчиво жует беззубым ртом, но невидимая собеседница неожиданно бодро и четко произнесла:

— А ты случайно… кхм, хм… не с Шишкина девятнадцать?

— Да. С Шишкина девятнадцать, — с удивлением подтвердила я. Мне показалось странным, что при этой необъяснимой деформации пространства у дома сохранился тот же адрес, что и у купленной мною рухляди. Какая, собственно, улица Шишкина, если тут улицы нет в принципе, и изба стоит посреди леса одна-одинешенька. Откуда у нее взялся номер девятнадцать?

— Хм, очень странно, — проворчала тем временем Семеновна. — Какая Ульяна? Не слышали про Ульяну. Вообще никого не ждали туда.

Повисла пауза, и я снова не смогла отделаться от видения жующей губами бабульки. Наконец Семеновна снова заговорила.

— Уже жечь собирались. — Слова прозвучали неприятно. Что жечь? — Или хотя бы переставить… Ладно, что уж. Ты давай, не сиди там, иди по тропинке, не бойся, не перепутаешь.

— А где я?

— Да сложно объяснить. Вот придешь, тогда и будем разбираться.

Как бы абсурдно ни выглядело все происходящее, старческий голос, с уверенностью вещающий о том, что все будет нормально и мы во всем разберемся, вызывал спокойствие. Даже волноваться не хотелось. Словно кто-то хорошо знал, что происходит, а мне оставалось лишь слушать… ну, и слушаться.

Я на всякий случай ущипнула себе посильнее пару раз, чтобы удостовериться, что все же не сплю. Вышло даже чересчур больно.

А вот что вообще должен в такой ситуации думать человек, особенно если он материалист и не верит в потусторонние силы. Можно ли хоть как-то логично объяснить происходящее, если не брать в расчет действие странных грибов? Тем более, что никогда о подобных случаях я не слышала, чтобы кто-то до такого состояния чем-то надышался в старом деревенском доме. Тогда что? Сдвинулись пласты земной коры, поэтому так близко к дому переместился лес, а улица «уехала» в неизвестном направлении? А вследствие чего это могло произойти, да еще за одну ночь?

Да ну, полный бред. Я тряхнула головой, отгоняя предположения в слишком недоступной для моего понимания сфере.

Оставались лишь галлюцинации. Но обычно во сне, пусть и нездоровом, ты всегда либо принимаешь происходящее за реальность, либо понимаешь, что это сон, и пытаешься его под себя подстроить. А здесь я четко видела несоответствие реального и должного. Может, я вообще умерла? Вдруг такси занесло на мокром шоссе, и мы с водителем разбились где-нибудь по пути? Я просто не доехала до своего дома, а он, возможно, был не такой уродливый и старый, и фотографии в агентстве не врали. Просто разве может быть что-то хорошее и красивое