Принц Дарий - Alex Nik

никого не подпускали к Дарию, даже моих Теней, — обида была написана на лице Ботоса буквами размером с дворец императора. — Громила на полном серьезе оповестил всех, что идею своего принца и ученика он претворит в жизнь как можно скорее. В результате Жутос упал в обморок, и его срочно утащили в храм его соратнички. Тени шоке, они-то знают, что Громила шутки плохо понимает, и его слова редко расходятся с делом. А если еще за его спиной стоят Лис и Ветер с ухмылками больше похожими на оскал, тут всем конец.

Ботос уже и сам еле сдерживался от смеха, а император и канцлер просто ржали, как стадо безумных белок.

— Потом главный храм обступила гвардия Дария. Следующий круг пришлось выставить уже из гвардии императора, уж слишком рьяно народ хотел присоединиться к дарийцам.

— Каким дарийцам? — император удивленно поднял брови.

— А это так прозвали гвардию Дария, — Ботос ухмыльнулся, — после того, как к нему, вслед за Громилой, Лисом и остальными, всеми правдами и неправдами перевелись все главные головорезы Вашей армии, мой император. Ее очень сильно начали уважать в народе. А после святого убийства самим Дарием ей вся слава и почет от народа.

— Стоп, — император удивленно уставился на Ботоса. — Какого святого убийства? Это когда уже Дарий успел?

— А вот это самое замечательное, — Ботос победно ухмылялся. — Как мне доложили мои соглядатаи, со стороны площади все выглядело просто замечательно. Когда этот придурок ринулся на Дария с ножом…

— С кинжалом, — поправил Менис.

— …Да хоть с половником, — не стал обижаться Ботос на поправку. — Дарий поднял руку, и убийца умер в страшных судорогах, а потом еще и его лицо вдруг пожелтело и покрылось синими крапинами. Теперь народ эту смерть уже по-другому и не называет.

— Ну и что? — император сделал удивленное лицо.

— А то, что теперь полгорода и все послы видели, что Дарий способен делать своей святой мощью с отступниками! — Ботос, довольный, откинулся на спинку кресла. — Вояки точат мечи и ждут отмашки Вашего Величества.

— На что? — опасливо спросил император.

— На любые действия против всех. У них за спиной теперь, помимо любимого императора, есть еще и святой принц. Им теперь и море по колено. Народ боготворит принца, а так же его отца-императора, то есть Вас. Правда, боготворит его по-своему, то есть в городе идет грандиозная пьянка, а в закрытых клубах принимают огромные ставки на то, когда гвардия будет резать святош: ночью или утром. А гвардия делает недвусмысленные намеки Лису, что пора уже Жутосу начинать рожать медведей.

— Ух ты! — Менис выдохнул воздух из себя и задумался. — И что теперь? Ну, вояк мы успокаивать не будем, пусть пойдут с Горешом повоюют. И так собирались, а тут такое событие. Народ завтра с похмелья, надеюсь, будет более спокойный. А вот что делать со святошами, я не знаю.

— Что делать с дарийцами, вот это да, — Ботос вытер рукавом пот, выступивший на лбу. — Они же так это не оставят, это же пятно на их репутации, а там все ветераны, они такое просто так не прощают.

— Так, — император встал, — гвардии объявить, что Дарий еще не решил, что делать со святошами. Пусть успокоятся. Святоши пусть посидят в осаде до утра — это им будет уроком. А Жутос, как я и сказал, это проблема Дария. Что он с ним будет делать, я не знаю и знать не хочу. И доведите до сведения всей империи, что еще один такой праздник, и одним сословием может стать меньше. И мне без разницы какое это сословие будет. Все понятно?

В ответ кивнули даже Тени.

— Ну и хорошо, пойду-ка я посплю. Ботос, надеюсь, я теперь могу спокойно выйти из этой комнаты? — молчание с его стороны было воспринято как положительный ответ.

Дарий уже засыпал. Варая напоила его вкусными настойками, и глаза слипались. Его последними мыслями было, что подарки он точно получит, но попозже. До белки он все-таки доберется. Единственная проблема — как все-таки поступить с Жутосом? Громиле он доверял. Раз он сказал, что Жутос родит — значит родит. Но медведей уже было жалко. Какое странное ощущение возникает внутри при слове «жалко». Никогда такого не испытывал. Все-таки хорошо его приложил желтый медведь.

Глава 4

Святой принц и его гвардия

Комната, где находился принц, была маловата, что неудивительно, ведь на военный совет дарийцев она не была рассчитана. Если бы не Громила, все бы, наверное, смогли более-менее пристойно разместиться, но габариты самого могучего из наставников принца, к сожалению, не дали сбыться этой надежде.

— Это не совет, а курятник какой-то! — голос Ветра раздавался из верхнего угла и изобиловал недовольными нотками. — Громила, прижмись что ли куда-нибудь! А то я, кроме тебя и Лиса, никого больше не вижу! Ты весь обзор загораживаешь.

— А кто тебя просил залезать на шкаф? — Лис был не более доволен, чем Ветер. — Другого места найти не мог?

— И где ты видел в этой конуре свободное место?

— В шкафу место есть! — Громила, как всегда, ляпнул, не подумавши.

— Я тебя щас самого туда запихну! — вопль Ветра говорил о том, что его терпение скоро закончится. — За что Варая нам мстит? Что мы ей такого плохого сделали?

— Она ясно выразилась, что Дарию нельзя вставать с постели. Даже переносить его запретила. Боится, что последствия удара этого тупого охранника могут быть непоправимыми.

— Да, здоров я, — Дарий, несмотря на непрекращающееся легкое головокружение, пытался выглядеть бодренько.

— Ага, если бы ты не грохнулся на глазах у Вараи и императора, может быть, сейчас мы тебе и поверили бы. Но место и, главное, время своего падения ты явно выбрал неудачно. Если бы не острая нужда решить проблему с Жутосом, она давно бы накачала тебя лекарствами и снотворным, — Лис поудобнее устроился в ногах на кровати принца. — Нам нужно срочно решить, что делать с Жутосом! Гвардии надо что-то сказать, а иначе главный храм спалят на фиг и скажут, что так и было.

— Его не спалишь, он каменный, — Громила укоризненно посмотрел на Лиса. — И не такие гвардейцы кровожадные, как ты тут представляешь.

— Ага, — Лис зло ощерился, — ты вспомни, что они творили в городе, когда сообщили, что на Дария покушался помощник Жутоса. Все святоши, которые не успели спрятаться в главном храме, были задушены. Типа даже кинжалы марать об них не будем.

— Ну, придушили мы сами, допустим, не всех, какую-то часть жители и военные к Святому ветру спровадили, — Громила недовольно повел плечами.

Лис посмотрел на него укоризненно, но промолчал, зная, что вряд ли сейчас любые его слова дойдут до мозга друга-здоровяка.

— Ладно, давайте определимся, что нам делать дальше. Бездействовать нынче очень опасно.