Снова в строю - Константин Геннадьевич Борисов-Назимов

кем она вызвана⁈ Актриса на нее не смогла повлиять, как ни старалась, а тут бах и от скромницы, опускающей глазки в пол и следа не осталось. Нет, она и так за словом в карман не лезла, если только это касалось отношений между мужчиной и женщиной. Если вспомнить, то краситься и подходящие наряды подбирать ее Вера научила. С другой стороны, госпожа Исаева работала бок о бок с журналисткой и главным редактором в одном лице. Госпожа Зотова та еще штучка! Не знаю, останется ли она с Эдуардом Игоревичем или нет, при том, что тот к ребенку Нелли относится очень и очень хорошо.

— Анастасия, ты изменила свои взгляды или играешь со мной? — поинтересовался я, а потом добавил: — Учти, если продолжишь, то не посмотрю, что стала моей помощницей.

— Это ты о том, что разделяешь работу и личное? Так и я так же считаю! Наверное, слишком соскучилась и рада тебя видеть, вот и подначивать стала. А еще, — она дотронулась до уголка своих губ, — кто-то переступил черту! Теперь же наступило мое время для ответки!

Пару раз прокрутил в голове ее ответ и ничего не понял. Судя же по довольному лицу Анастасии, то та так и намеревалась сделать, чтобы меня запутать. Только хотел продолжить разговор, как в вагон-ресторан зашел Ботвинов и сразу к нам направился. При виде доктора госпожа Исаева сразу подобралась и стала прилежной пай-девочкой. Даже ладошки на колени положила! Понятно, она со мной действительно играла, возможно, за момент слабости, когда на поцелуй ответила и в собственных эмоциях запуталась.

Аристарх Георгиевич тепло поздоровался с девушкой, после чего, та его вопросами завалила, как прошла поездка и что произошло с супругой князя и ее ребенком.

— Господин Голицын поставил предварительный диагноз еще в тот момент, когда мы находились в поезде, — принялся рассказывать доктор, предварительно испросив взглядом у меня разрешения. — Откровенно говоря, его умозаключения, после того как сам профессор Берг дал неутешительный прогноз, у меня вызвали настороженность. Тем не менее, прибыв в княжеский дворец, все подтвердилось. За тем исключением, что связь матери с ребенком оказалась намного сильнее предположений.

— А что за связь-то? — с горящими глазами, уточнила Настя.

— Наследство по отцовской линии, контролируемый хаос в источнике, вызывающий сильнейшие эмоции, — вздохнул доктор. — Этакая гремучая смесь, которой постоянно требуется подпитка. А с кого новорожденному тянуть силы? Правильно, с тем, кем он связан. При этом магическая зависимость укреплялась и усиливалась с каждым днем. В том числе и ментальная, так называемая пуповина, разумеется, соединяющие два дара, оказалась не перерезана. Источники матери и ребенка эту связь всячески маскировали, а целенаправленно ее никто до нас не искал, так как всегда считалось, что после рождения малыша она истончается за пару часов. В нашем же случае такого не произошло и, если говорить аллегорией, то там уже канат образовался.

— Надо дополнить, что у княгини ярко выраженная склонность к целительству и задатки сильного воина, разумеется, речь про ее дар, — уточнил я.

— И вы справились? — удивилась Настя.

Ответить ей не успели, по ушам резанул резкий противный звук, вагон дернулся, посуда полетела на пол. Господина Ботвинова отшвырнуло в сторону, а я, сам не знаю как, оказался возле Насти и накрыл ту собой. В этот момент прогремел взрыв, автоматически выставленный защитный щит принял на себя удар, стремительно опустошая энергию в моем источнике. Я даже хотел пошутить, дабы успокоить прижавшуюся ко мне девушку, но тут раздалось еще несколько хлопков. В мою спину впились какие-то осколки, стало очень горячо, а вагон-ресторан накренился. А может это я стал заваливаться? В ушах возник какой-то гул, перед глазами только раздвигающиеся губы госпожи Исаевой, которая начала меня тормошить и что-то кричит. На лицо девушки стала капать кровь из раны на моей голове. Во всем теле возникла резкая, острая, нестерпимая боль. Перед глазами пошли круги, и я потерял сознание.

Глава 4

ПОСЛЕДСТВИЯ

Картинки мелькают перед глазами, но ухватить реальность не получается. Однако, приходит понимание, что произошел теракт. Взорвался багажный вагон, где находились мои законные трофеи. На какой-то миг даже зубами заскрежетал, мысленно уже прикинул, как использовать против врагов империи их же средство. Всего-то и следовало переправить печатный станок в Германскую империю, арендовать укромное поместье на окраинах Берлина, а потом обменивать в банках рубли на марки. И никто отловить моих людей бы не смог! Доказать, что купюры не настоящие невозможно. Точнее, нет в этом времени таких технологий, как и кучи степеней защиты на банкнотах. В какой-то степени, рай для фальшивомонетчиков. Кстати, отливка серебряных монет тоже очень прибыльное дело, но там возникает проблема с весом. Следует проработать этот вопрос и дать поручение Васильеву, чтобы отыскал печатные денежные станки, которые достались революционерам. К тому же, пора выходить и на другие рынки, а то ограничиваться одной Российской империей не дальновидно. Если отправлю в эмиграцию родню и близких, то им на что-то нужно будет жить! А если разобраться, то человек десять уже набирается. Хотел крикнуть, чтобы ко мне срочно позвали Эдуарда Игоревича, но вместо этого с трудом прошептал:

— Пить.

— Наконец-то очнулся! — раздался встревоженный голос Анастасии.

Приоткрыл веки и ощутил головокружение и слабость. Двинуть не в состоянии ни рукой, ни ногой, а энергии в даре ни капли. Мои губы смочила влажная марля.

— Михаил, прости, но пока не могу тебя напоить, — склонилась надо мной госпожа Исаева.

У девушки под глазами мешки, лицо усталое, волосы в беспорядке. Удивился тому, что у нее нет апостольника. И куда господин Ботвинов смотрит? То, что нахожусь в госпитале уже догадался, по специфическому запаху, цвету стен и тому, что перебинтован с головы до ног. А потом осознал, что и как произошло!

— Ты не пострадала? Доктор цел? — хрипло спросил девушку.

— Пару синяков получила и даже не порезалась, ты меня собой закрыл. Спасибо! — улыбнулась Настя, а потом поспешно добавила: — Не переживай, все живы-здоровы. Аристарху Георгиевичу осколок стекла в плечо вонзился. Господину Васильеву меньше повезло, двойной перелом руки, сильный ушиб грудной клетки, но опасности для жизни нет.

— Погибших много? — успокаиваясь, выдавил из себя вопрос и прикрыл глаза.

Голова кружится, во рту солоноватый металлический привкус. Похоже, открылась какая-то ранка. Я даже провел языком по зубам, боясь, что один, а то и