Настоящий извращенец - Константин Владимирович Ежов

ты толком! — продолжал кипятиться Лейкин, у которого от возмущения даже шея покраснела. — Это же убийство! В XXI веке живем! Зуб за зуб, жизнь за жизнь — вот нормальный расклад! А ты его просто так отмазываешь?!

Лада наконец подняла голову и одарила Лейкина таким взглядом, от которого у того мурашки пошли по спине.

— Лейкин, — тихо проговорила она. — Ты вообще соображаешь, что это за знак?

Чеслав поперхнулся словами.

— В моём ордене Вех было трое мастеров уровня Сократа, — каждый выдох Лады звучал как удар молота. — Сейчас у нас один мастер уровня Сократа, двое на полушаге и семнадцать — уровня Духа. И этот жетон даёт право приказать любому члену ордена всё что угодно. Включая меня.

Аудитория коллективно затаила дыхание.

— Вообще всё? — переспросил кто-то шёпотом.

— Вообще всё, — кивнула Лада. — Вплоть до того, чтобы приказать мне стать его наложницей, выжечь мои энергетические каналы или просто велеть мне сдохнуть.

По коридору разлилась мёртвая тишина. Все снова повернулись к Лисицыну, но теперь в их глазах вместо легкого интереса к "начальному Кристаллу" застыл немой ужас. Это что ещё за монстр?! Лейкин открыл рот, закрыл его, а вся краснота с его лица мгновенно сошла, уступив место мертвенной бледности.

— И… откуда у него эта штука? — хрипло выдавил он.

Лада молчала пару секунд, после чего выдохнула:

— Без понятия.

И она действительно не врала. Она видела этот жетон лишь раз в далеком детстве, ну если это можно так назвать — его держал в руках глава ордена, а потом, по слухам, вещь отдали какому-то великому старейшине за особые заслуги. И концы в воду. Откуда эта реликвия могла взяться у обычного студента, который после переноса вообще нигде не отсвечивал? Разве что… Лада мотнула головой. Да не, бред какой-то.

Лисицын стоял чуть в стороне, и на его губах играла едва заметная усмешка. Цирк, да и только. Этот жетон ему когда-то притащил один из подчинённых. Тот самый орден Вех из другого мира, гордившийся своими тремя мастерами Сократа, в свое время приполз к Лисицыну на коленях. Их верховный старейшина лично притащил этот знак главу ордена в знак полной капитуляции. Лисицын тогда даже смотреть на эту цацку не стал — швырнул в пространственное кольцо да забыл. Кто же знал, что в родном мире она так удачно пригодится?

Лада, бедная, даже не догадывается, что её великий предок уровня Сократа уже лет двести как вымаливал право быть у Лисицына дворовым псом. А она тут трагедию шекспировскую разыгрывает. Смехота.

— Да какая разница, откуда взялось! — подал голос Светлана Власова, и в его тоне слышалась явная усмешка. — Суть-то простая: Лада теперь Лисицына в обиду не даст. Верно?

Лада одарила его холодным взглядом, но ничего не ответила.

Власова пожала плечами и снова откинулась к окну:

— Ну а мне-то что, я не против. Убили-то не меня.

— И мы вот так это просто спустим?! — взвился Лейкин.

— А у тебя другие варианты? — хмыкнула Власова. — Пойдёшь против Лады воевать?

Лейкин поперхнулся и замолк. Власова ухмыльнулась, обвёла взглядом притихшую толпу и снова уставился на Ладу. А девушка, так больше ничего и не сказав, развернулась и молча пошла обратно в кабинет.

* * *

Вернулся домой Лисицын ещё до полудня. Предки торчали на работе, так что в квартире царила благодать и звенящая тишина. Он плюхнулся на диван и на пару минут уставился в одну точку, переводя дух.

Тут карман отозвался вибрацией — прилетела эсэмэска от Лады Вех:

"Лисицын, я выбила тебе условия как для начального Кристалла. Обижен не будешь, выплатят всё до копейки. И всё-таки… откуда у тебя тот жетон?".

Лисицын скользнул взглядом по экрану и небрежно швырнул мобилу на подушку. Ещё не хватало время тратить на всякую ерунду. Он запустил руку в карман и выудил оттуда старые, потрёпанные карманные часы. Ведь как раз перед тем, как его выдернуло назад в родной мир, он намертво сцепился с одним старым традиционалистом на самом пике уровня Сократа. И за что сражались-то? Да вот за эту самую развалюху.

Они сцепились на одной вымершей, выжженной дотла планетке. Ни жизни там не осталось, ни духовной энергии — только руины да обломки хрен пойми каких древних времён. Лисицын поначалу вообще хотел пройти мимо: мало ли таких космических помоек видал? Обычное кладбище сдохшей цивилизации.

Но только он собрался сделать ноги, как уловил тончайший, еле заметный импульс. И ровно в ту же секунду засек своего давнего заклятого дружка — того самого традиционалиста. Старик тоже пронюхал неладное. Оба переглянулись и разом рванули на эпицентр. А там — эти часы. Помятые, в пылищи, стекло треснутое, стрелки замерли намертво. Выглядели как сор, выброшенный на свалку.

Но Лисицын-то сразу понял, что это за штуковина. Часы! Самые обычные земные часы! За свои восемнадцать лет на Земле он их перевидал кучу: и механику, и электронные, и кварцевые. И хоть этот раритет выглядел так, будто пережил бомбёжку, циферблат и заводная головка были сделаны по чисто земным технологиям.

Как, спрашивается, земная цацка оказалась на дохлой планете за тридевять земель? Поразмыслить ему не дали — дед-традиционалист рванул в атаку. А на пике уровня Сократа один взмах руки может материк пополам переломить. В общем, они так сцепились на этой мёртвой звезде, что разнесли к чертям половину планеты, пробили кору и докопались до самой магмы.

В итоге Лисицын оказался на полхвате быстрее и первым цапнул часы. А едва пальцы сжались на корпусе — перед глазами всё поплыло, и вот он уже сидит за школьной партой. И только сейчас у Лисицына наконец дошли руки рассмотреть находку как следует.

Он положил часы перед собой на журнальный столик. Из окна падала полоса солнечного света, высвечивая всё их плачевное состояние. Вид, конечно, удручающий. Корпус весь в царапинах и вмятинах, стекло спереди раскололось — остался только один жалкий обломок. Стрелки застыли навсегда, а потрёпанная цепочка едва держалась на честном слове.

Вот только глаза Лисицына разгорались всё ярче и ярче. Ещё там, у кабинета, когда он вытаскивал жетон Ладе, часы случайно выскользнули из кармана, и он едва успел их подхватить. И в тот самый миг он кое-что почувствовал. Внутри тикала сила. Но не силовая, не философская и вообще не похожая ни на один знакомый вид энергии. Что-то совершенно иное. Лисицын цапнул часы и начал крутить их в руках, рассматривая каждую деталь. Корпус был сделан из какого-то дикого материала: не металл, не сапфир, да и вообще ни