Часы без стрелок - Кайла Май

« Слэйт», «Кодовое имя Верити», «Поместья Холлоу Оук» и «Призрак Грейлока».

Эта девушка, вероятно, любила читать. Рядом с её книгами стоял фотоальбом. Я взяла его и сунула в свою дорожную сумку, полагая, что позже смогу просмотреть и определить с помощью своих видений, суждено ли другим студентам подготовительной академии стать жертвами этого человека.

Содержимое полок не оказалось интересным, поэтому я обратила своё внимание на комод. В большинстве ящиков лежала только одежда, но в одном маленьком ящике над зеркалом находились разные предметы. Все вещи были перемешаны, а на некоторых висели жёлтые бирки-улики. Там было много маленьких безделушек, таких как кубики Рубика, милые ластики и брелоки. Маленький тюбик красной помады привлёк моё внимание. Я осмотрела его мерцающий футляр, но не нашла ничего необычного. Обескураженная, я захлопнула ящик слишком громко. Звук бьющегося стекла пронзил воздух. Осколки зеркала посыпались мне на голову, и я тут же подняла руки, чтобы защитить лицо. На моих предплечьях появились маленькие пятнышки крови, и я почувствовала волну тошноты.

Я напрягла шею, чтобы выглянуть в окно и посмотреть на полицейскую машину, но успокоилась, увидев, что её двери оставались закрытыми. Очертания лиц полицейских в окнах патрульной машины были чёткими даже в темноте. Оба пили кофе их больших стаканчиков, несомненно, стараясь не заснуть в это время ночи. Я задумалась, куда они ходят, когда им нужно в туалет, и молилась, чтобы это был не этот дом.

Повернувшись к стене, где несколько минут назад было зеркало, я посмотрела на беспорядок передо мной. Полиция наверняка поймёт, что здесь кто-то был. Мое внимание привлекла трещина в дверце, где ранее находилось зеркало.

При дальнейшем осмотре я поняла, что трещина была очень глубокой. Я глубоко вздохнула и засунула пальцы внутрь, где они наткнулись на какой-то твердый лист. Взяв его двумя пальцами, я вытащила маленькую фотографию. На фотографии были изображены две девушки, одна из которых была Табита. Я присмотрелась к другой девушке в кадре, и моё сердце чуть не остановилось. Светлые волосы Джастис развевались на ветру. Обе девушки смеялись, как будто никто кроме них не мог быть счастливее. Я никогда не слышала, чтобы Табита и Джастис были друзьями. Откуда они знали друг друга, если даже не ходили в одно учебное заведение? И почему Табита спрятала такую невинную фотографию там, где её никто не сможет найти?

Звук двигателя прервал мои мысли. Фары патрульной машины осветили улицу. Я боялась, что шум разбитого зеркала насторожил полицейских, но они не сделали ни единого движения, чтобы выйти из машины.

Дрожь пробежала по моему позвоночнику, и у меня внезапно пропало желание оставаться в этом доме. Я засунула фотографию в сумку, закинула её на плечо и на цыпочках спустилась вниз, откуда поспешила на задний двор. Дверь тихо закрылась за мной. На этот раз я перелезла через забор, а не через ворота, и вышла на улицу позади дома.

Я вздрагивала от любого малейшего движения, боясь, что по улице проедет машина, полная людей, которые спросят, почему я гуляю в три часа ночи. Им не понадобилось бы много времени, чтобы связать странную девушку с незваным гостем в доме Табиты, если бы полиция начала задавать вопросы. От жужжания цикад у меня побежали мурашки по коже, пока я шла. Кредитная карта в моём кармане подпрыгивала при каждом шаге, но что-то было не так. Я наклонилась и вытащила кредитную карту. В нижней части живота образовалась тяжесть, и я на мгновение перестала дышать. Кредитная карта сломалась пополам, когда я отперла дверь, но только одна половина осталась в моём кармане. Это означало, что я, должно быть, уронила вторую половину где-то в доме Табиты. Кредитная карта была привязана к имени моей мамы, и полиция точно не поверит, что карта на месте преступления – просто совпадение. С учётом всего, что уже произошло, я определённо стала бы одним из их главных подозреваемых, если уже не была им.

Я взвесила все варианты. Возвращаться за картой было рискованно, но оставлять её было не менее опасно. Что-то внутри подсказывало мне, что нужно вернуться. Я решила, что будет быстрее идти без сумки, поэтому выбрала густой куст в боковом дворе случайного дома. Зелёная листва довольно хорошо скрывала сумку.

Я прокралась обратно к дому Табиты тем же путём, решив забрать сумку на обратном пути. К счастью, задняя дверь всё ещё была не заперта – это стало ясно после того, как я подергала дверную ручку. Я не хотела включать свет в доме, поэтому воспользовалась фонариком на своём телефоне.

Белый свет прорезал темноту. Я заслонила рукой свет насколько могла – на случай, если полиция увидит его через окно.

Я обшарила взглядом паркетный пол в поисках кредитной карты. Мне очень хотелось увидеть блеск её цифр, но карты нигде не было видно.

Лестница тихонько скрипела, когда я поднималась по ней. Я заметила, что осколки стекла всё ещё были разбросаны по ковру в комнате Табиты. Маленький красный квадрат между осколками привлек мое внимание. Я вздохнула с облегчением, узнав кредитную карту моей мамы. Должно быть, она выпала, когда разбилось зеркало. Та же трещина всё ещё зияла в дверце, теперь уже пустой.

Снизу донёсся лёгкий шорох.

– Как ты могла быть такой глупой? – ругала я себя, ныряя в ближайшее укрытие, которое только смогла найти.

Я спряталась за одеждой, висящей в шкафу. Это было далеко не идеальное укрытие, но лучшее, что я могла придумать за те несколько секунд, которые у меня были.

Одежда в шкафу источала затхлый запах. Шорох становился всё громче, и я поняла, что наверх поднимаются полицейские. Затем всё стихло – возможно, они заметили беспорядок на полу в комнате Табиты и замерли.

Топот сапог подсказал мне, что они приближаются к моему укрытию. Моё сердце так громко колотилось, что я боялась, что они его услышат. Скрежет быстро поворачивающейся дверной ручки заставил каплю пота скатиться по моему лицу, а затем на меня уставилось дуло пистолета.

– Не двигайся! – приказал полицейский.

Двое офицеров смотрели на меня.

– Положи руки так, чтобы я их видел! – потребовал один из них.

Я медленно огляделась, но не