Лётчик: Дотянуть до горизонта. От Карпат до Амура - Владимир Владиславович Малыгин

Оставшиеся в строю самолеты дозаправили, на скорую руку заклеили пробоины, подвесили на держатели бомбы, бочки и…

Нет, не на взлет мы пошли. Вызвали меня на местный КП. Наконец-то Николай Николаевич обозначился у аппарата, наш верховный главнокомандующий. А то мне прямо удивительно – война вроде бы как очередная идет, явно решающее сражение морское в завершающую фазу вошло, а… Где штаб? Ставка почему молчит? Хорошо еще, что адмирал Эссен всем командует, телеграммы и пакеты присылает. Вроде бы как и достаточно этого, но некое ощущение неправильности происходящего присутствует. Центрального руководства нет…

Верховный главнокомандующий потребовал отчитаться об увиденном, доложить о своих впечатлениях и выводах. Отчитался и доложил. Выводы? К сожалению, результаты нашей атаки, как и атаки торпедоносцев, пока неизвестны, придется ждать окончания сражения. Мысли про союзников решил не высказывать, придержать при себе. Ни к чему.

Разговор завершился приказанием ждать вылета в полной готовности. А куда мы денемся? И потянулось долгое ожидание команды на взлет.

До вечера так и просидели под самолетами. Тут же и пообедали, и поужинали. И уже после ужина поступила команда снять бомбы. А ранним утром, а скорее поздней ночью, перелететь под Маастрихт. Пришлось экипажам в срочном порядке прорабатывать новый маршрут, готовить карты. Сразу все не полетим, первыми отправим разведчика. За час до основной группы. Пусть осмотрится на месте, а при подходе основной группы выйдет со мной на связь и доложит о готовности аэродрома к приему самолетов.

Глава 11

О самом перелете рассказывать нечего, рутина, обычная работа. Экипажи успели попривыкнуть к перелетам в составе нескольких эскадрилий и уже не так шарахались друг от друга, заставляя ходить ходуном весь строй после своих неожиданных маневров. Ну а то, что не все умудрились выдержать заданный временной интервал на посадке, так и это с опытом приходит. Научатся еще лётной грамоте…

Сам аэродром не впечатлил. Ничего особенного, как многие и многие виденные до него. Земля, трава и грунтовая полоса со стоянками. Одно отличие: приходится общаться с местным техническим персоналом на немецком или французском языках. Не хотят русский учить, черти. Общаемся, куда денемся…

Плохо то, что связь со Ставкой приходится держать через Берлин. Пускай Германия и выступает сейчас в роли союзника Российской империи, но многовековое предубеждение к тевтонам у нашего народа никуда не делось. Здесь по определению за каждым кустом прячется враг… Или шпион, что одно и то же. Каюсь, эта и подобные ей аналогичные мысли присутствуют постоянно. И это не есть «гуд», мешает подобный настрой продуктивной работе с местными кадрами. А с другой стороны – все правильно, нечего расслабляться. Как надежные и верные соратники и партнеры, они себя еще никак не зарекомендовали. Короче, ходим прямо, держим морду лица кирпичом, смотрим на все и на всех с высоты Кавказских гор и делаем свою работу. Одно хорошо, порядок на аэродроме идеальный, и работа технического персонала отлажена от и до. Организованность и педантичность у немцев на недостижимом пока для нас уровне. Даже пожалел о своем решении отправить вышедшие из строя самолеты в Псков. Возможно, здесь бы смогли отремонтировать побитые моторы и поставить машины в строй.

Пожалел и выкинул из головы эту явно лишнюю в данный момент жалость. Говорю же, что еще из этих союзнических отношений получится, одному Господу Богу известно. А отдавать в руки местным техникам наши новейшие разработки в моторостроении… Да и не только в моторостроении – глупость несусветная. Джунковский меня точно не поймет. Так что пускай уж лучше наши самолеты тихонечко до дома летят…

Не успели провести необходимые технические осмотры на авиатехнике, дозаправиться и обустроиться, как поступил приказ выделить с утра следующего дня самолет для проведения авиаразведки как раз над Северным морем и у входа в пролив Скагеррак.

Самолет выделили, а вот с авиаразведкой пришлось хорошенько так подумать, поломать голову. Вышли на местную аэродромную службу и узнали об отпущенных нам лимитах топлива. Потому как штурманский расчет показывал невозможность выполнения данной задачи за один вылет. Тут или Северное море лишь в его южной части осматривать, или же тянуться к проливу по кратчайшей прямой. Там разворачиваться и сразу же уходить обратно. Иначе может топлива и не хватить на обратную дорогу. А лучше не одним самолетом, а сразу двумя разведку выполнить. Прикинули возможные варианты. Посчитали, покумекали. Почесал я пятерней макушку, сплюнул, про себя, само собой, и доложил полученные результаты наверх. И уселся тут же на аэродромном узле связи в предложенное местными чинами кресло ожидать ответа. Раз приказ срочный, то и с ответом не должны задержаться.

Сижу, жду. Чаю не предложили – в Германии сейчас с продовольствием туго, продукты населению по карточкам отпускают, поэтому время для размышлений у меня в данный момент имеется. Мысли в голове крутятся, в сторону прикрепленной на стене простенькой географической карты поглядываю. Все сообразить пытаюсь, почему разведку проводить нужно именно отсюда? Почему бы не выделить сразу пару самолетов для подобного дела и не посадить их, например, в Киле? Как один из предложенных мною вариантов? Оттуда-то можно почти все Северное море под контролем держать, не говоря о проливах. Хорошо, что ответ на мой доклад почти сразу пришел, не дал углубиться в размышления. Да и правильно, нечего пытаться проникнуть в замыслы командования, лучше просто выполнять приказы. Так оно проще будет…

Там, наверху, нашлись умные головы, подхватили и обработали грамотно доклад, подтвердили проведение разведок по отдельным направлениям с увеличением количества привлекаемых самолетов и последующим обязательным докладом после каждого вылета. Ну а кто бы в подобном сомневался? И разве может быть как-то по-другому?

Сам на задание не полетел, командирским решением подобрал для этого дела подходящие по опыту экипажи и отправил готовиться к полету. Вылет каждому из них определил через час. Времени на подготовку карт должно хватить с избытком.

Самолеты поднялись в небо, развернулись и ушли на север. Полет практически на максимальную дальность, экипажи вернутся ближе к ночи. Сидеть попусту и ждать возвращения незачем и некогда, у нас и на земле работы море.

Радует, что в своих недавних размышлениях я не ошибся. Вернувшийся практически под закат от Скагеррака экипаж подтвердил затопление нескольких военных кораблей и обнаружил перед проливом эскадру германских кораблей… И подводные лодки рядышком засекли. Глубины небольшие, сверху темные силуэты в воде хорошо заметны. Чужие или