Фантастика 2026-99 - Алексей Викторович Широков

- Стой!

- Ты чё, сука...

- А-а-а, бл**ь! Ты дол***б?!

В общем, очень сержантам не понравилось то, что я вылил содержимое ведра на их стол и часть расплескал по полу... Вмиг они все проснулись, разозлились и было дернулись на меня, но внезапно, все как один остановились.

- Ну! Чё встали?! Идём-идём! Кого первого этим ведром отмудохать? - довольно расхохотался я, наблюдая как они стали нерешительно переглядываться между собой. - Тут ещё чуть-чуть осталось... Первому смельчаку обещаю надеть его на голову! Уж вы то знаете, что смогу... - процедил последнюю фразу и добавил. - Все же в курсе как и за что я здесь оказался?

В помещении повисла тягучая пауза. Озвученное мной действительно немного охладило их пыл. Не из-за страха, конечно – просто пачкаться никому не хотелось.

- Если ты сейчас же это не уберёшь...

- То что? На губу меня посадишь? - продолжал глумиться я, вспоминая им вчерашний вечер. - Или комчасти жаловаться побежишь? - отмечая молчание сержантов, я уже спокойнее добавил. - Следующий раз трижды подумайте, прежде чем мне подлянки такие делать, уроды. Или вы думали я вам забуду?!

На этих словах я бросил ведро под ноги караульным и вышел из помещения, оставляя присутствующих с новой "проблемой" наедине.

Примерно через полминуты мой конвоир опомнился и догнал меня по дороге в столовую.

- Стоять!

- За мной! - вторил я, игнорируя команду сержанта.

- Ты не можешь ходить по территории части самостоятельно! - процедил боец догоняя меня.

- Вот и ходи рядом. А я пошел на завтрак.

Посверлив взглядом мою спину, караульному только и оставалось что скрипя зубами пойти вслед за мной.

К слову, мой вид в столовой произвёл небольшой фурор. Дело в том, что среди солдат ходили самые разные нехорошие слухи о пребывании на гауптвахте, и увидеть меня сегодня вполне себе живым, невредимым и даже в хорошем настроении, было для всех сослуживцев довольно неожиданно.

Впрочем, улыбаться долго мне не пришлось. Едва завтрак закончился и мы с сопровождающим вышли на улицу, к нам подскочил начальник гауптвахты, в окружении десяти бойцов с знакомыми дубинками в руках, и оглядев меня жёстким взглядом злобно бросил:

- За неподчинение приказам будешь наказан! В наручники его!

Сопротивляться требованиям капитана я не стал и спокойно протянул руки осторожно приближающимся ко мне бойцам. Те, кстати, едва браслеты на моих запястьях захлопнулись, стали заметно смелее и наглее.

За те сорок минут пока я не торопясь завтракал в столовой, на охранном посту уже успели провести уборку и здорово всё вычистить. Ныне смотревшие на меня волком бойцы, явно приложили уйму труда чтобы так скоро устранить все следы на месте несения своей службы. И судя по горевшим огнём глазам, образно говоря, и чёрной дымке окутавшей их тела, уже буквально, ничего хорошего обо мне они сейчас не думали.

- Я так понимаю ты решил продолжать эскалацию. Чего добиваешься? - усевшись в предоставленное кресло произнёс капитан, оглядывая меня с головы до пят.

- Всего-лишь вернул ребятам должок, господин капитан. - коротко повёл я плечом.

Помимо самих камер для содержания провинившихся военнослужащих, и небольшого помещения, где находился пост охраны, в этом здании имелось целых два служебных кабинета. Один, как я понял, принадлежал местному начальнику, в то время как другой выполнял роль подсобного помещения, это уже исходя из доклада Кали. На этом небольшое здание гауптвахты заканчивалось, из чего удивляться тому факту, что количество людей определённых на службу в этом месте не превышало десяти человек, не стоило. Собственно, практически все они сейчас и находились в этой комнате.

- Равняйсь! Смирно! - рыкнул капитан, раздражаясь отсутствию реакции с моей стороны. - Значит, хочешь по плохому… Тут таких как ты знаешь сколько ломали? И тебя сломаем!

Психология армейского воспитания солдат мне была доподлинно известна. Забавно вышло, что на этот раз я был уже по другую сторону баррикад, и поддаваться их приёмам был совсем не намерен. И дело было не в гордыне или просто желании выпендриться и поиздеваться над местными вояками.

За прошедшие дни, ещё в больнице, у меня было более чем достаточно времени, чтобы поразмышлять над произошедшим. И то, как поступили со мной Белорецкие, с каждым днём вызывало в моей голове всё больше и больше вопросов. Нет, я допускаю, что у князя имеется там какой-то хитрый план на мой счёт. Только вот сам факт того, что эти планы он придумывает и воплощает в жизнь без моего ведома, участия и желания, не мог не раздражать. Не уходило из памяти и то, что князь вроде как должен был со мной переговорить, но почему-то беседа эта так и продолжала откладываться.

Когда я только вышел из комы и меня поставили перед фактом, что Алексея Обломова больше нет, а мне придётся сменить имя и уйти на фронт, дабы спрятаться от всего мира, я будучи в лёгком шоке кивнул головой и со всем согласился.

Но сейчас... сейчас, несмотря на отсутствие дара и сил, я мог себе позволить свалить от всех них куда подальше. Не идти воевать за интересы империи и лично князя Белорецкого, не получать затрещины от оборзевшего старшины и уж точно не сидеть в камере воняющей дерьмом, из-за того что дал ему сдачи. Покинуть империю? Легко. Покинуть этот мир? Тоже могу, но пока не верну дар, это очень опасно. Опаснее даже чем идти на войну.

Только вот что-то меня здесь держало. Не было, как говорится, на душе спокойно. Уж насколько я лёгок на подъём, не мог я взять и убежать поджав хвост. Смущала вдобавок и подозрительно спокойная реакция деда Акакия, который обычно не стеснялся критиковать происходящее и лезть с советами. Смущал даже замерший на границе сознания подчинённый мной бес, который был единственным выжившим из тёмных в той мясорубке во дворе Потенциала – чертяка даже и не думал пытаться сбежать или завладеть телом. Может восстанавливается, может просто наблюдает...

В общем, я решил что свалить отсюда я всегда успею, но сначала стоит побеседовать с Евгением Константиновичем лично, а уж затем и принимать судьбоносные решения.

Тем временем, капитан кивнул подчинённым, стоявшим в нескольких метрах сзади меня и те приблизились, встав по бокам.

- Если вы хотите ещё одну драку, то я не против, господа. - улыбнулся я бросая под ноги офицеру снятые наручники. - Но чисто для галочки, прошу отметить – утреннего