"Современная зарубежная фантастика-2". Компиляция. Книги 1-24 - Дженн Лайонс

Стужи, Шипа и Горького? – спросил Лун. Он правда хотел узнать, как там птенцы, да и говорить о них было не так больно. – Стужа сильно безобразничала? – Когда Лун улетел в прошлый раз, юная королева до самого его возвращения сеяла в яслях хаос и пророчила ему погибель.

Нефрита ответила:

– Поначалу да, но потом я сказала ей, что тебя украла другая королева и мне нужно с ней сразиться. Тогда она успокоилась. А вот Шип и Горький решили придержать свое одобрение, пока я тебя не верну. – Она прибавила: – Твоя королева-мать меня пока не встретила, но сестра у тебя, похоже, вменяемая. Они не пытались заставить тебя принять другую королеву?

– Нет. – Лун рассеянно почесал затылок. У него все еще не укладывалось в голове, что Нефрита придумала хитроумный план, чтобы вызволить его. – Кажется, они наперед ничего не продумывали. Все твердят, будто хотели увидеться со мной.

– Удивительно, да? – весело подначила его Нефрита.

Из коридора донеслись шорохи, и Лун вспомнил, что времени у них совсем немного.

– Мне нужно рассказать тебе, что здесь творится.

Нефрита нахмурилась.

– Звучит зловеще.

– Еще как.

* * *

Они сели на шкуры, и Лун рассказал ей о полукровках, о Сквернах и о том, что говорил владыка в Авентере.

Нефрита с растущим ужасом слушала его.

– Не могу поверить, что твоя мать оставила полукровок. И не могу поверить, что она смогла убедить двор принять их. Она, наверное, очень… волевая.

Лун согласился.

– Это уж точно.

– Но если Скверны их слышат…

– Если и слышат, то, думаю, случайно. – Нефрита косо на него посмотрела, и он сказал: – Знаю, но… – Лун с досадой провел рукой по волосам. – Нет, не знаю. Но мы должны остановить Сквернов. Если они захватят Авентеру, то после двинутся на Пределы.

– Да, только я не могу вовлечь в это наш двор. Нас слишком мало, и мы не сможем отбиться от еще одной стаи, даже если заручимся поддержкой другого двора. Нас едва хватает, чтобы просто выживать. – Она раздраженно махнула рукой. – Только, пожалуйста, не говори этого твоей сестре или матери. Мне и так будет непросто тебя вернуть; не хватало еще, чтобы они думали, что с нами ты помрешь с голоду.

Лун возмущенно зашипел.

– Конечно же, я им этого не скажу. И голодать никто не будет. Я один могу добыть дичи на несколько дюжин раксура.

«А Уголек не может», – подумал, но не сказал Лун. Он вообще не хотел говорить об Угольке, да и Нефрита его не вспоминала; однако Луна тяготило то, что в Тумане Индиго остался другой консорт.

– Так ты все еще хочешь меня вернуть? Даже несмотря на то, что среди моих сородичей есть Скверны-полукровки?

– Ты же не полукровка. А остальное неважно. – Нефрита рассеянно постучала когтями по деревянному полу. – Есть у меня одна мысль.

Лун испытал облегчение.

– Какая?

Она помедлила.

– Расскажу, когда встречусь с твоей матерью.

Выведать у нее больше Лун не успел – в чертог вошла Елея. Она откашлялась и сказала:

– Простите, что прерываю, но сюда пришла их воительница. Она говорит, что если ты еще хочешь побеседовать с Ониксой, то идти нужно сейчас.

Нефрита недовольно дернула шипами. Луну она сказала:

– Лучше предупреди Делина о Сквернах.

Он неохотно согласился, и Нефрита с Елеей вернулись к Ониксе. Луну было любопытно, поможет ли Селадонна Нефрите, или станет спорить с ней, или будет сохранять нейтралитет. Он все еще не понимал, что его сестра думает о нем, или что он думает о ней.

Едва королевы ушли, в чертог заглянула Гнедая и еще несколько арборов. Гнедая спросила:

– Хочешь чего-нибудь поесть? Или отдохнуть?

Лун начал понимать, почему Утеса так раздражали надоедливые арборы. Он сказал:

– Нет, – и вышел вон прежде, чем они успели что-либо ему ответить.

Он вернулся к главному входу в колонию. Летучий корабль все еще окружали арборы, которые расселись на скале внизу, и воины, которые прижимались к уступам хребта и лежали на ветвях упавшей половины исполинского древа. Не обращая на них внимания, Лун переменился и в несколько прыжков оказался на борту.

Звон и остальные еще стояли на палубе, но теперь к ним вышел и Делин. Когда Лун приземлился и принял земной облик, старик радостно подошел к нему.

– Ты в порядке! Мы так волновались, когда прилетели в Туман Индиго и узнали, что тебя забрали.

Несмотря на почтенный возраст, Делин обладал даже большей решимостью и упрямством, чем его внук Ниран. Его шелковисто-белые волосы, борода и усы ярким пятном выделялись на золотистой коже, которая обветрилась в долгих путешествиях, проведенных на летучих кораблях его семьи. Под мышкой он держал планшет с листом бумаги, на котором Лун увидел незавершенный набросок расколотого древа Опаловой Ночи, скалистого хребта и долины.

– Я рад, что ты здесь, – сказал Лун и с удивлением понял, что это чистейшая правда. Ему сильно не хватало кого-то, кто знал о раксура, но не был одним из них. – Мы можем где-нибудь поговорить? – А еще Делин многое знал о Сквернах, которых изучал один ученый-островитянин, интересовавшийся различными хищниками. Одержимость видами, которые пожирали земных обитателей, сгубила того ученого, но перед смертью он успел передать свои знания другим.

Делин пристально посмотрел на Луна, а затем жестом позвал за собой.

– Идем сюда.

Когда старик повел их по палубе, Звон взволнованно спросил:

– Ты видел Нефриту? Что она… То есть, как все прошло?..

– Все в порядке. – Лун надеялся, что Звону пока хватит этого ответа. – Она пытается уговорить их вернуть меня. – Затем он не удержался и прибавил: – Так что план украсть меня пока что откладывается.

Звон вздрогнул и смутился.

– Ой, она тебе рассказала, да?

– А план-то был хороший, – сказала Песня, идя за ними. – Даже жаль, что он не пригодился.

Вместе с Делином они подошли к люку, который находился рядом с рулевой рубкой, и спустились в трюм. Тот был разделен на несколько кают и на отсек для грузов и припасов с едой и водой. Из коридора они прошли в длинное помещение, где команда корабля принимала пищу. Посреди него стоял низкий стол, окруженный стульями, а в небольшой каморке, что примыкала к этой комнате, находилась маленькая железная печка, тщательно изолированная от деревянного пола и стен тонкими листами сланца.

Делин выгнал из комнаты двух женщин, которые болтали, сидя за столом, и мужчину, который нарезал корешки, а затем жестом предложил гостям сесть. После этого он сказал Луну на языке раксура:

– Я начал учить ваш язык. – Старик говорил с ужасным акцентом, но Лун без труда разобрал