Фантастика 2026-91 - Люцида Аквила

Люциан с Фельсифулом обернулись.

– Я смотрю, ты пришел не с пустыми руками? – Бог Войны обратил внимание на два бумажных свертка, которые Хаски прижимал к груди.

– И хотя ты меня сегодня сильно обидел, я решил позаботиться и принести ужин, ведь вы задержались до вечера, – сказал он, вздернув нос.

– Да кто ж тебя обижал? – фыркнул Фельсифул. – Ты сам разобиделся невесть на что. – Он похлопал по месту между собой и Люцианом. – Садись и показывай, что принес. Не заговори ты о еде, я бы и не вспомнил.

Хаски обошел Фельсифула и уселся на предложенное место. Он положил на колени два свертка и вытащил три рулета в тонкой лепешке, два из которых были начинены пряным мясом и овощами, а в третьем мясо отсутствовало.

– Я ведь угадал? – Хаски взглянул на Люциана. – Попросил без мяса и не острое.

– Да, вы со всем угадали. – Люциан проглотил первый кусок. – Очень вкусно, даже не знаю, как отблагодарить вас за заботу.

– Можете обнять меня, – ухмыльнулся Хаски, на что Фельсифул пихнул его локтем.

– Прекрати глумиться над человеком. Армия твоих наложниц не поймет шуток и просто загрызет владыку Луны. Лучше ответь, принес ли ты вино к своим рулетам?

Хаски не глядя протянул второй бумажный пакет Фельсифулу. Тот выудил из него кувшинчик и, откупорив пробку, довольно хохотнул.

– Ты хоть покажешь, что нарисовал? – проворчал Хаски с набитым ртом. – А то когда я пришел, мольберта не нашел.

– Я намеренно убрал его подальше от тебя. Рисунок в любом случае не закончен, я сделал лишь набросок, детально проработаю его позже. – Он наклонился вперед и посмотрел в правую сторону, прямо на Люциана. – Если владыка Луны желает увидеть свой портрет, ему придется навестить меня где-то через пару недель.

– Боюсь, через две недели меня здесь не будет, но если я вернусь, то обязательно загляну к вам.

Фельсифул равнодушно повел плечом, словно его не волновало, увидит он собственное отражение на картине или нет.

– О чем вы тут болтали, пока меня не было? – спросил Хаски, забрав у Бога Войны вино.

– Я рассказывал владыке Луны о том, какой ты врун. Теперь он ни единому твоему слову не поверит.

Хаски потрясенно ахнул и уставился на Люциана.

– Владыка Луны, скажите, что это неправда. Когда же я вас обманывал?

Люциан задумчиво почесал кончик носа.

– Да ты постоянно всех обманываешь, – вмешался Фельсифул, чтобы спасти Люциана. – Если ты Бог Обмана, это еще не значит, что нужно становиться воплощением лжи. Я ведь не прихожу сюда с войной.

– А стоило бы! Ты Бог Войны и Разрушений, в конце концов.

Фельсифул фыркнул и, отобрав у Хаски вино, сделал показательный глоток.

Если бы неделю назад Люциану сказали, что он будет сидеть на озере, смотреть на карпов кои и трапезничать в компании древних божеств, он бы не поверил. Он общался с Фельсифулом и Хаски так, словно они были обычными людьми, особенно если скрывали силы. Встретить одного бога за всю свою жизнь казалось чем-то невероятным, а Люциан встретил двоих, да еще и владыку тьмы, сущность которого до сих пор оставалась необъяснимой. Осознавая это, он чувствовал себя счастливым и обеспокоенным одновременно.

Когда с рулетами и вином было покончено, Хаски и Люциан распрощались с Богом Войны. Они больше не стали докучать ему, ведь тот, казалось бы, не стремился к компании, да и слишком часто переругивался с Богом Обмана.

Как только они вышли на городскую улицу, Хаски ловко взял Люциана под руку и уже собирался направиться к замку Сладострастия, как вдруг остановился.

– Что с вами? – спросил он, заметив задумчивое выражение лица Люциана.

– Эм… – неуверенно протянул тот. – Прошу прощения за наглость, но Бог Обмана может сопроводить меня на рынок и помочь отыскать сахар, сливки, соль и сливочное масло? А потом показать, где в замке владыки тьмы находится кухня?

– Зачем? Наша еда пришлась вам не по вкусу?

– Нет-нет, что вы! Мне все понравилось, и… это не для меня. Я хочу приготовить что-нибудь Каю в качестве благодарности.

– Благодарности? – переспросил Хаски, вздернув бровь. – Могу я поинтересоваться, за что вы хотите его поблагодарить? Неужели за то, что он позволил вам жить в замке и предоставил удобства? Так это не вызвало трудностей.

– Не только. Пока мы добирались до Асдэма, Кай дважды спас мне жизнь… даже трижды. А я его толком не отблагодарил. К тому же я пришел в его дом без гостинца, а это совсем невежливо.

Хаски усмехнулся.

– Хорошо. – Он кивнул. – Я отведу вас на рынок и помогу, только если вы пообещаете и мне приготовить ту вкусность, которую хотите поднести Киайю. Жутко интересно попробовать, но он со мной ни за что не поделится.

Люциан согласился и поблагодарил его за помощь.

По правде говоря, он думал, что в изобилии диковинных вещей на рынке Асдэма сложно будет отыскать простые ингредиенты, однако Хаски не повел его на торговую аллею, а направился в совершенно другую сторону. Немного поодаль от центра города примостился еще один квартал, где торговали лишь продуктами, – еще одно безумное место. Вместе с обычной мукой здесь можно было купить и вяленые ноги бларгов, и маринованные глаза курлык, и политых соусом живых крысят, и прочую мерзость.

Люцин с отвращением взглянул на сырой окорок саблезубого пса.

– Неужели местные демоны питаются этим?

– Вовсе нет. Из этого делают блюда для пришлых, а потом подают в различных заведениях. Заранее вас успокою: сегодня мы ели нормальную пищу. Кстати, мне вот интересно, – Хаски подвел Люциана к прилавку с молочной продукцией, – почему вы решили что-то приготовить, а не просто купить в Асдэме подарок?

Люциан поприветствовал торговку маслом и сливками и ответил:

– Я подумал, глупо покупать Каю то, что продается в его собственном городе. К тому же приобрести готовое всегда проще, а я хочу, чтобы благодарность исходила от самого сердца.

Хаски лукаво улыбнулся.

– Вот уж не думал, что владыка Луны так расстарается ради демона. Мне казалось, вы к нему равнодушны.

– А разве для того, чтобы быть благодарным, нужно быть неравнодушным? – Люциан вопросительно взглянул на Бога Обмана. – Благодарить или нет – дело совести. Если мне поможет незнакомец, я отблагодарю его чем смогу, потому что ценю оказанную поддержку.

– Вы очень порядочны. Родители наверняка гордятся тем, что воспитали такого прилежного сына.

Вздохнув, Люциан попросил торговку продать ему кувшин сливок и масло, а затем обернулся на Хаски.

– Может быть, родители и гордятся мной, но я никогда не узнаю этого. Они умерли полтора года назад.

– Вы