Фантастика 2026-44 - Мария Александровна Ермакова

посреди нигде. Под покровом тьмы, когда, уже слегка выспавшись, я помылся в реке, вернув себе человеческий вид, а затем, слегка обсушившись на теплом ветерке, вернулся в шалаш, но меня внезапно обрушилось тело, а губы этого самого тела, оказавшегося слегка раздетым, горячечно прошептали мне в ухо, что сейчас у меня будет секс.

Ну, другими словами, конечно же. В этих словах сквозили упрёки, жалобы, претензии, старые обиды, несколько легких угроз, и всё это под звуки ошарашенного раздеваемого волшебника. Случившееся далее было покрыто мраком, но только сначала, потому как законы природы велят солнцу вставать и освещать, но, когда-то справилось со своей функцией, уже никаких причин для стыдливости не оставалось. Вообще довольно сложно ожидать этой самой стыдливости от всяких там эльфиек, общающихся с разными сомнительными типами (и богами), но, тем не менее, я наивно ожидал. Ранее.

И зря. В некоторые моменты мне даже казалось, что если я суну два пальца в рот самозабвенно отдающейся страсти девушке, то она обязательно свистнет. Я ж влюблюсь после этого! А мне нельзя, у меня богиня беременная…

В общем, сбрехал Санс. Нормально так эльфы на людей возбуждаются! Даже лучше, чем сами люди! К полудню, по крайней мере, я уже хотел прервать такой отдых и вернуться к нормальному изнурительному путешествию (тем более что принц был уже какой-то бледный и изнуренный, прямо как я), но племянницу великолепного декана Исследователей было не остановить! Она явно собиралась меня таким образом грохнуть. За всё хорошее.

— Так, хватит этих извращений… — прохрипел взмыленный я, кладя потерявшую сознание от моего заклинания эльфийку на расстеленный ковер, — … настало время выкопать стюардессу…

Нет, она меня натурально чуть не заездила! Вот это я понимаю — коварная месть! И ладно бы хоть какие-то сигналы раньше давала, так нет, смотри, копила, видимо, злобу. Я теперь на женщин недели две смотреть не смогу, наверное.

Благо, опыта теперь у меня был вагон, так что, получив два совершенно вырубленных тела, я знал, как их устроить так, чтобы они не причинили больше хлопот мне и себе. Ковер был достаточно длинным, чтобы, расположив эльфийку и принца пяточками друг к другу, а головами наружу, завернуть в ковер эту восточную шаверму, превратив в узкое, длинное и комфортное средство передвижения. Затем я всё-таки повалился наземь, обнял эльфийскую часть, да и заснул часиков на двенадцать, с ощущением многократно перевыполненного супружеского долга.

Проснувшись же, умылся, доел рыбу, заколдовал «шаверму» как положено, а затем, оседлав её, отправился в путешествие на поиск башни волшебника. Оно продлилось менее половины дня, да и то, большую часть времени я затратил на то, чтобы посадить свой летательный аппарат возле населенного пункта, а не в нескольких километрах от него, прямо под носом огромной хищной кошки. Та, впрочем, оказалась неагрессивной — кошатина мирно спала в тот момент, когда её бок протаранила голова принца султаната Пиджах, служащего у меня носом судна, от чего сильно испугалась и убежала.

Волшебник башни оказался человеком мирным и домовитым, в точности как я. Он держал огородик, садик, загончик для свиней, курятник, ослиную ферму… в общем, вовсю пользовался около башенным пространством, оставив для чрезвычайно редких клиентов лишь узкую тропку между заборами. Мне пришлось отдельно переносить принца и Наталис, но вот когда понёс ковёр, очумелый взгляд бородатого парня в потрепанной робе стал таким завистливым, что я не выдержал, подарив свой транспорт ему. Схватившись за сердце, тот с радостными криками умчался прочь, но успел вернуться с ответным подарком к моменту, когда я устанавливал своих бессознательных товарищей в телепортационном зале. Домой мы отправились впятером — я, эльфийка, принц и два жирных здоровенных гуся. Серый и белый.

— Это что такое? — с некоторым сомнением спросила чуть ли не сразу же заглянувшая в зал Аранья Редглиттер, проходившая, видимо, мимо. Гоблиншу интересовала вовсе не скучная эльфийка, сопящая во все дырки, а атакуемый гусями принц.

— Да вот мужика Наталис нашли! — ловко отбоярился я, гоняя гусей, которым сильно не по нраву пришелся пиджахский аристократ, — Щас я их унесу.

— Погоди… — нахмурившись, гоблинша подошла к нашей лесной соседке, а затем зачем-то тщательно её обнюхала, заключив вердикт, — Да от неё тобой несет! Вы что, пожахались, наконец-то⁈

— В смысле «наконец-то»⁈ — не понял я.

— Ой дура-ак… — поставили мне диагноз, отправляясь ловить гусей.

Блин, женщины, вот никогда не понимал, что они имеют в виду!

Дом, милый дом! Никакого песка, никаких подлых старых колдунов и тупых громогласных богов, никаких откровений фальшивых пророков, никакого кумыса! Правда, остается эльфийка, которую я узнал и познал с нескольких довольно-таки внезапных сторон, но, когда это Джо поворачивался спиной к друзьям? К такой поди повернись, она тебя самого того. Познает. Так что мирно отнесем прекрасную уже-не-деву перворожденной породы в её домик, затем, проведя переговоры с Кумом, превратим его загончик в нормальный такой номер нормальной тюрьмы, туда уложим Ахриза как Махнуддиба, выдадим ему попить, насыпем поесть (несоленое!), оставим быка охранять…

Всё, можно, наконец, идти домой, вкушать отдых и…

— Вернулся? — брюзгливо спросил меня валяющийся на кровати Шайн, обнимая передними лапами Шайна-поменьше, — Долго же тебя носило!

— Сдристни… те…! — вяло поведя рукой, потребовал я, — Барин почивать изволит.

— Барин облизнется, — хамски хмыкнул кот, щуря свои подлые глаза.

— Чё? — начал злиться мечтавший о своей теплой и мягкой постели я.

— За ним уже выехали… — злорадство пёрло из обеих версий Лунного кота бурной струей, — Так что покеда, неудачник!

— Чё-ё⁈ — повторил я, ощущая, как пространство вокруг меня поддёргивается и искажается.

А затем меня переместило.

Не сказать, что в отделанных золотом мраморных дворцах есть хоть какая-то оригинальность, да и облака везде, то есть не только сверху, а даже по бокам и снизу, тоже тот еще шаблон, зато, как говорится, компания прикольная. Лючия собственной персоной, Шакалот тоже, только куриной, Вермиллион натуральный одна штука, ну и… злой как сорок две собаки, орущий, исходящий ненавистью и слюной Арахат. Адын, совсем адын.

Кажется, я попал.

Глава 18

Конфликт политесов

Знаете, жизнь меня помотала. Серьезно так помотала. Я охотился на вурдалаков в вечно темных топях проклятых лесов, заговаривал зубы русалке-убийце с трехсотлетним стажем, подрывал дирижабль с африканским посольством, будучи шантажируем инопланетянами, убивал дракона, качался на саблезубых муравьедов среди вулканических полей, а как-то раз, правда, по очень сильной пьяни,