Фантастика 2026-160 - Вахтанг Глурджидзе

Склеп.

Настоящий склеп героев древности, если судить по символам на стенах. Зал был огромным — метров сорок в длину, двадцать в ширину, с высоким сводчатым потолком, покрытым фресками. Даже сквозь слои копоти и плесени я различал изображения: феникс, восстающий из пепла, Левиафан, поднимающийся из вод, культиваторы в роскошных одеяниях, сражающиеся с какими-то тварями. Демоны? Вроде бы не похоже, видимо, что-то ещё… всегда найдётся с кем сражаться. Вдоль стен стояли саркофаги. Десятки саркофагов, каждый из чёрного обсидиана с золотыми инкрустациями. На каждом — имя, дата смерти, иногда короткая эпитафия. Некоторые саркофаги были открыты, крышки лежали рядом — разбитые или просто сдвинутые. Внутри — пусто. Либо разграблены, либо сами обитатели решили прогуляться.

Учитывая всё, что мы видели в этих катакомбах, второй вариант был не таким уж невероятным.

В центре зала возвышался алтарь — массивная платформа из того же обсидиана, на которой горел вечный огонь. Слабо, едва заметно, будто последний вздох умирающего пламени. Но всё же живой.

[Горнило чувствует родственную силу]

Пламя на алтаре — не обычный огонь. Это остаток древней техники, поддерживаемой столетиями накопленной энергии. Первородное пламя в его чистейшем проявлении, защищающее покой мёртвых от демонического осквернения.

Впитай его, и Горнило станет мощнее. Но помни — это последняя защита этого места. Без пламени мёртвые могут восстать. Или то, что притворяется мёртвыми, может передумать притворяться.

Прекрасно. Выбор между силой и потенциальной армией зомби. Почему меня это не удивляет?

— Чжоу, смотри, — позвала Мэй.

Я подошёл к ней. Она стояла у одного из саркофагов, изучая надпись.

«Чжан Хэн, Хранитель Третьей Печати, павший в битве у Врат Тьмы. Пусть его огонь вечно защищает границу между мирами».

— Третья Печать? — переспросил я. — Что это значит?

— Не знаю, — Мэй провела пальцами по золотым инкрустациям. — Но посмотри на остальные.

Я огляделся. На каждом саркофаге было похожее название: Хранитель Пятой Печати, Хранитель Девятой Печати, Хранитель Двенадцатой Печати.

— Они защищали что-то, — сказал Лу Чэнь, подходя к нам. Он уже отдышался, держал меч наготове. Профессионал. — Все эти культиваторы. Хранители Печатей. Что они охраняли?

— Печать, — вряд ли Янь Мин слышала о Капитане, но и так справилась на отлично. Она стояла у дальней стены, изучая что-то. — Идите сюда. Быстро.

Мы подошли. Дальняя стена зала была не просто стеной. Это была огромная каменная плита с вырезанной на ней картой. Нет, не картой — схемой. Схемой всех катакомб под столицей.

И печати. Множество печатей, отмеченных символами. Двадцать четыре точки, распределённые по всем катакомбам. Двадцать четыре Печати, формирующие гигантскую защитную сеть.

— Это… — начал было Лу Чэнь.

— Защитная формация, — закончила Мэй. — Огромная, древняя, охватывающая все подземелья. Двадцать четыре точки, связанные между собой, создающие барьер. Против чего?

Я изучал схему, сопоставляя с тем, что видел раньше. Зал с мумией был точно в центре. А Печати… Печати образовывали концентрические круги вокруг него.

Всё это было не просто склепом. Это была тюрьма.

Хранители не защищали границу между мирами, как я сначала подумал. Они охраняли что-то запечатанное в самом центре. Ту самую мумию. Того самого культиватора девятой ступени, спящего под печатью.

— Херня какая-то, — выдохнул я. — Огромная, древняя херня.

— Что?

— Двадцать четыре малых печати держали центральную печать. А печать держала… что-то. Что-то настолько опасное, что требовалась целая армия культиваторов высоких ступеней, чтобы охранять это вечно.

— И где сейчас эти печати? — спросила Янь Мин практично.

Я активировал Очи, переключаясь на восприятие энергии. Схема на стене вспыхнула в моём расширенном зрении — тонкие нити силы, связывающие точки между собой. Но большинство нитей были разорваны. Угасшие. Мёртвые.

— Погасли, — ответил я. — Большинство. Осталось только… — я посчитал, — … пять. Из двадцати четырёх. Включая эту.

Я указал на алтарь в центре зала.

— А остальные девятнадцать?

— Демоны, — просто сказала Мэй. — Когда они вторглись, разрушили печати. Убили хранителей. Погасили пламя. Формация рухнула.

— Но не полностью, — добавил я. — Пять всё ещё держатся. Значит, главная печать тоже работает. Частично. Недостаточно, чтобы удержать то, что внутри, если оно захочет выбраться, но достаточно, чтобы замедлить.

Тишина. Мы стояли, переваривая информацию. С другой стороны двери всё ещё слышалось царапанье. Тварь не сдавалась.

— Ладно, — сказал Лу Чэнь наконец. — Предположим, ты прав. Предположим, древние заперли под столицей что-то ужасное. Предположим, демоны пытаются это освободить. Что мы можем с этим сделать?

— Ничего, — честно ответил я. — Мы — двое культиваторов третьей ступени и двое второй. Против армии демонов и их генералов седьмого ранга. Мы даже одного генерала не убьём, что уж говорить обо всех пяти.

— Тогда зачем мы здесь? — голос Янь звучал резко. Она была напугана, пыталась скрыть это за агрессией. — Зачем мы вообще идём дальше? Может, просто сбежать из этих проклятых катакомб?

— Ты видела, что снаружи? — я повернулся к ней. — Столица окружена. Временное Правительство объявило блокаду. Любого, кто выходит из города, арестовывают. Или убивают на месте, если он демонический культиватор.

Хотя, конечно, умом я понимал — она была права. С холодной, рациональной точки зрения — она была абсолютно права. Бежать было логичнее. Безопаснее. Разумнее.

Но.

Голоса внутри взревели. Чжан Хао требовал крови. Старейшина Янь шептал о долге. Сюй Фэн говорил о балансе. Даже эхо оленя, которого я поглотил месяцы назад, шептало что-то про территорию, защиту, стаю. А ещё был я. Чжоу Сяо. Человек из другого мира, застрявший в этом сраном иссекае, пытающийся выжить, становясь тем, кем не хотел становиться. Поглощая души, убивая, теряя человечность с каждым днём.

Но не полностью. Ещё не полностью.

— Потому что если мы убежим, — сказал я медленно, — и демоны разрушат последние печати, то выберется то, что заперто в центре. И это что-то не остановится на столице. Оно пойдёт дальше. В провинции. В деревни. К людям, которые ничего не знают о древних печатях и демонах, о культивации и магии. К обычным людям, которые просто хотят жить.

— Нам-то что? — огрызнулась Янь. — Мы не герои. Мы выжившие. Выжившие выживают, если что.

— Янь, заткнись, — неожиданно сказал Лу Чэнь. Его голос был спокойным, но твёрдым. — Чжоу прав. Если эта штука вырвется наружу, никто не выживет. Ни мы, ни они, никто.