Фантастика 2026-157 - Арсений Громов

и Юлиус чуть качнул головой подтверждая его слова, — Правая часть тела парализована и он с трудом может произносить слова, я буду своеобразным переводчиком. Поэтому далее, если вы не возражаете, я буду говорить словами отца.

— Хорошо. — кивнул огорошенный Дмитрий, он никак не ожидал увидеть бывшего владетеля Варгиона, влиятельнейшего и богатейшего человека в Радиусе в столь плачевном состоянии. А еще он удивился, что рыцарь назвал Юлиуса отцом, но зато сразу понял кого он ему напоминал и почему лицо парня показалось столь знакомым.

— Димыч, там все в порядке? — крикнул ему Карате пытаясь разглядеть хоть что-то во мраке чрева большой кареты.

— Коля, все нормально, разговариваем! — ответил ему Дима и добавил, — Главное, чтобы никто из наших с дуру не выстрелил! Скажи, что все нормально и сам будь у кареты.

Он снова посмотрел на бледного Юлиуса на лбу которого блестела испарина и попросил прощения, за то что вынужден был отвлечься от беседы давая распоряжения своим людям.

«Где тот напыщенный сноб и розовощекий толстяк, что принимал меня в своем дворце всего полгода назад?» — поразился Дмитрий разглядывая изможденного Юлиуса.

Юлиус тихо забубнил, что-то неразборчивое, но парень наклонил ухо к его губам и выслушав кивнул.

— Ничего, барон, я все понимаю. Познакомьтесь, это мой сын Юстин. — перевел бубнеж отца парень, — Кому мне верить, как не сыну?

— Сын? Я думал, у вас не было детей? — удивленно спросил Дмитрий и Юлиус снова ответил устами сына.

— Он мой бастард, но я признал его за полгода до того, как нам пришлось покинуть город и бежать от демонов Магнура. Мало кто знал, про него, но это к лучшему. Магнур мог выкрасть парня и надавить на меня через него. Недавно Юстин получил не только рыцарский титул, но и должность моего коннетабля. Кому мне верить, как не родному сыну? — повторил он свои же слова.

— Думаю, нам не стоит тянуть и поскорее разрешить возникшие между нами трения? — решил начать разговор по существу Ковалев, — Вы, бургграф заняли горный замок который входил в земли барона Сейла. Еще, ваши воины, бургграф сражались против Робера Сейла и меня на стороне мятежников.

— Это так, господин барон, но замок Балфур никогда не был вотчиной Кровавого барона, он принадлежал магистру Бертрану как главе ордена Серых братьев. Бертран остался должен мне. Ведь я выделил ему средства и воинов, которым он не заплатил. У ордена денег рассчитаться со мной тоже не было и поэтому, я занял Балфур. Я был в своем праве, а серые братья согласились на это. По поводу моих солдат воевавших против вас, барон… — Юлиус чуть помолчал и продолжил, — … все мы ошибаемся. К магистру примкнуло большинство лордов, барон Сейл, по их словам в безумии своем доживал последние дни, а вы были чужаком для всех. Поэтому магистр и лорды кинулись делить земли еще живого барона, попросту не восприняв вас всерьез как его ставленника. Не судите строго, барон, в междоусобной бойне редко кто остается вне игры и кто-то вынужден проиграть. В конечном счете, мы проиграли — Бертран и несколько лордов мертвы, а я потерял Варгион. Но став владетелем горного замка я не нарушил права собственности, но в качестве примирения я готов выплатить вам, Димитрий, контрибуцию в сотню имперских фунтов серебра. Мне легче сделать вам подарок и обрести в вашем лице доброго соседа, Димитрий, чем продолжать враждовать.

— Сто имперских фунтов? — переспросил Ковалев соображая сколько это будет в килограммах.

«Так, если один имперский фунт, если мне не изменяет память, равен пятьсот шестидесяти граммам, то сотня, это пятьдесят шесть килограмм серебра? Неплохо!» — хмыкнул про себя Дмитрий.

— В чем подвох, бургграф? Простите, я не верю, что вы по доброте душевной решили просто взять и отдать мне воз серебра.

— Тут нет подвоха, барон. Как я уже сказал, мне нужен добрый сосед, а не враг у моих границ. К тому же у меня вражда с нынешним правителем Варгиона и Магнуром Безглазым, а если они решатся на штурм горного замка мне важно, чтобы вы не поддержали их своими солдатами вооруженными громовым оружием и сообщили мне, если они двинут свою армию по имперскому тракту который идет по вашим, барон, землям. Думаю, я не прошу многого?

Но прежде чем Дмитрий ответил ему, он заговорил снова.

— Но это еще не все, Димитрий. Мне нужна ваша помощь и за нее я готов заплатить вдвое больше моего вам подарка.

— Вы готовы дать еще двести фунтов серебра? — очень удивился Ковалев, — Значит, правда. Что у вас были серебряные копи, про которые жаждал знать Магнур? И значит правда, что вы вывезли в Балфур две дюжины возов с серебряными слитками и сундуками с монетами?

— Нет. — чуть качнул головой полулежавший бургграф, — Никаких серебряных шахт, про которые судачили у меня не было. Да, мне докладывали, что по городу стали ходить такие слухи и Магнур принял их за чистую монету.

— Но вы же, бургграф, чеканили серебряную монету? — не выдержал и задал вопрос Дмитрий.

— Чеканил. Я не отказываюсь. Но я чеканил серебряные талеры из ранее добытого серебра. И серебро это выплавлялось из железа. Еще мой отец начал добывать железо в Мохнатой горе, которую позже назвали Железной. В этом железе была треть доли серебра. Немного, но по мере добычи железа росло и количество серебра в наших подвалах.

«В процентах варды еще не считают, а треть доли, это примерно три процента содержания серебра в железе? Ну да, немного.»

— Серебро копилось в наших подвалах и тайниках, пока мы поставляли доброе железо в наше королевство и в империю. Да, мне удалось вывезти металл в Балфур, но большая часть из двух дюжин возов было железо. Но, я не отрицаю, было и серебро. Я спрошу вас еще раз. Вы готовы помочь мне, барон?

— Сначала изложите вашу просьбы, Юлиус, а я дам вам ответ. Может, вы моими руками хотите разделаться со своими недругами в Варгионе?

— Что же, это справедливо. — продолжил переводить невнятную речь своего отца парень, — Варгион, Соляной барон и Магнур Безглазый тут ни при чем. Две луны назад, в полнолуние на горный замок напали проклятые твари. Нам удалось отбиться, но семеро человек было убито и еще пятеро пропали. Скорее всего проклятые