Призрак крепости Теней - T. C. Эйдж

class="p1">– Я слышала, что пытаться сблизиться с ними опасно. И со звездными котами тоже. Но опаснее всего – с лунными медведями. Я читала, что они размером с мамонта. Могут и дракона убить.

– Это правда. Лунные медведи – одиночки. Очень редкие и чрезвычайно агрессивные существа, склонные защищать свою территорию. Большинство Светорожденных, которые отваживаются отправиться на Гору Лунных медведей, чтобы попытаться приручить одного из них, никогда не возвращаются. Это удается лишь самым сильным. Чем крупнее зверь, тем опаснее задача. Чтобы просто решиться на такое, нужен определенный характер, мужество и твердость духа…

– Пэл Пэлек был бы очень рад это услышать, – прервал его Винсент Роуз, приглаживая спереди полы шелкового золотистого кафтана, свободно перехваченного на раздавшейся за последнее время талии клетчатым поясом. – Он сам Светорожденный высокого происхождения, и у него есть великолепный солнечный волк.

Ранульф нахмурился. Он знал много люмосийских и соласийских домов, но не был знаком с Пэлеками.

– Я полагаю, он из соласийского дома?

– Ты судишь по тому, какую чудесную компанию он собрал? – Винсент ухмыльнулся. – Какой ты чудак! Все не так однозначно, Ранульф. Думаешь, каждый люмосийский Светорожденный – добродетель во плоти, а каждый соласийский жаждет крови и войны? Тогда ты будешь удивлен, узнав, что Пэл Пэлек на самом деле является потомком Люмо. Твои убеждения сильно устарели.

По двору разнеслись хлопки, привлекшие внимание Ранульфа к широкому каменному входу в укрепление из песчаника. Там стоял мужчина средних лет и среднего роста, облаченный в витиеватый узор из красного, коричневого и золотистого шелка; на смуглом лице играла тусклая улыбка. Над губами у мужчины виднелись тонкие черные усики, а от самого основания подбородка ниспадала бородка, заплетенная в две косички и похожая на вилку с двумя острыми кончиками.

– Хорошо сказано, Винсент, – произнес Пэл Пэлек с сильным пайсекским акцентом. – Редко можно встретить северянина такой мудрости. Пойдемте, присоединяйтесь ко мне внутри, там прохладно. Я знаю, ты плохо переносишь жару. Мои люди позаботятся о том, чтобы всех разместили.

Когда слуги и стражники удалились, Винсент, Ранульф и Леши последовали за мужчиной в его крепость, пройдя через вход в зал с высоким потолком. Слева и справа располагались лестницы, ведущие на верхний и нижний уровни, а через распахнутые двери с внутреннего двора лился яркий свет. В центре зала возвышалась скульптура Лумары, изображавшая богиню в развевающихся одеждах верхом на огромном вставшем на дыбы медведе, держащую в руке сверкающий посох, одна половина которого была окрашена в золото, а другая – в серебро.

– Типичное изображение Лумары, – прошептал Ранульф Леши, когда мужчины в чешуйчатых кольчугах закрыли за ними двери. – Посох символизирует две ее стороны – Луну и Солнце, для последователей Люмо и Солы…

– А он говорливый. – Пэл Пэлек резко повернулся, обрывая его, с пугающе холодным выражением на лице. – Я так понимаю, вы Ранульф Шектон, ученый и исследователь, да?

Ранульф попытался улыбнуться и склонил голову.

– Да, сэр.

Светорожденный люмосиец оглядел его с головы до ног. Затем его взгляд упал на Леши, на клинок у ее бедра.

– Эта – Сталерожденная. Она из твоей стражи, Винсент?

– У нее много обязанностей, Пэл, – сказал торговец. – Не все из них мне по душе.

Леши замерла.

– Винни? Что ты имеешь в виду?

– Ты знаешь, что я имею в виду.

Леши покачала головой.

– Не знаю. О чем ты говоришь?

Взгляд Пэлека переместился к дальней двери, через которую с залитого солнцем двора вприпрыжку вбежал огромный солнечный волк с золотисто-серой шерстью и мускулистыми лапами. Зверь миновал статую и приблизился к Пэлу Пэлеку сбоку, макушка хозяина едва доставала ему до холки. Леши отступила на шаг и схватилась за кинжал.

– Не советую этого делать, – сказал Пэлек, протягивая руку и проводя пальцами по золотистому меху зверя. – Аргису не нравится божественная сталь. Если ты вытащишь этот клинок, он тебя убьет.

Нижнюю челюсть чудовища пересекал шрам, обнажавший страшные зубы. Эту рану зверь наверняка получил на войне.

– Что здесь происходит? – спросил Ранульф, отказываясь отступить на шаг. – Что ты затеял, Винсент?

– Мне просто интересно, Ранульф, – протянул Роуз, когда несколько солдат начали их окружать. – Может, я устал от твоей постоянной лжи? Может, я пришел к выводу, что ты что-то скрываешь от меня? Что-то очень важное.

– Я сто раз говорил тебе, что это не так.

– И я ни разу тебе не поверил.

– Значит, это обман? Ты заманил нас сюда, чтобы отомстить за мое предательство? – Ранульф взглянул на Леши, неподвижно стоявшую рядом с ним. – Если так, то не вмешивай ее в это. Она ничего не знает…

– Значит, ты признаешь, что есть что-то, о чем мне стоит знать?

Ранульф понял, что сглупил.

– Я не это имел в виду, – попытался он выкрутиться. – Всего несколько минут назад ты сказал, что у тебя нет намерения убивать нас…

– Его и нет. Как я получу информацию, которую вы от меня скрыли, если вы умрете?

– Тогда что? Пытки? Можешь содрать плоть с моих костей, но я ничего не скажу, Винсент, потому что, боги свидетели, мне нечего сказать.

– Ты лжешь. Я знал это с самого начала.

– Он не лжет, – выдохнула Леши, крепко сжимая рукоять кинжала.

Огромный зверь Аргис маячил впереди, наблюдая за ней темно-янтарными глазами, готовый нанести удар, если она сделает движение. У нее нет шансов против такого врага, совсем никаких.

Но Винсент не оставил им особого выбора и, очевидно, понимал это.

– О, Леши, девочка моя, успокойся, – произнес Роуз, делая небольшой шаг вперед. – Я не причиню тебе вреда, правда. После всего того времени, что мы провели вместе, ты действительно думаешь, что я могу сделать тебе больно? – Он улыбнулся, чтобы успокоить ее. – Просто убери руку с кинжала, милая. Пожалуйста, ради меня…

– Он не сделал ничего плохого, – продолжила Леши, казалось, не слыша его. – Никто из нас не сделал.

– Я знаю. – Роуз шел к ней, улыбаясь и нежно протягивая руки. – Просто… отпусти кинжал, Леши. Никто не должен пострадать.

– Он прав, Леши, – сказал Ранульф. – Отпусти. В этом нет никакого смысла.

Леши колебалась еще мгновение, но, похоже, поняла, что ее затея безнадежна. Девушка медленно разжала пальцы, и у нее за спиной выросли двое мужчин. Прежде чем Леши успела среагировать, они заломили ей руки и заковали в цепи, расстегнули пояс, и ножны с клинком тяжело упали на пол. Все это время Леши отчаянно дергалась, отбивалась и кричала во все горло.

– Я убью тебя за это, Винсент! Я убью тебя! Я убью тебя…

Тут чья-то рука зажала ей рот, заглушая голос, и ее без церемоний потащили