Фантастика 2026-108 - Борис Владимирович Романовский

не очень нравится. Мажор и есть мажор. Но Оля от него млеет. А может быть от флера дорогой и богатой жизни которая его сопровождает. Квартира в доме на набережной. Дорогая машина, Дача в самом ближнем подмосковье, которая не чета нашей избушке на шести сотках, скорее там загородный дом с баней, зимним садом и прочими приметами красивой жизни.

Мы, моя семья, на самом деле, тоже далеко не простые советские граждане, особенно сейчас. Но Оле нужен другой уровень. Как раз тот который есть у Володи.

Пока мы ехали разговор зашёл о часах. Тех самых Seiko TV Watch.

Само собой что я не взял их во Мценск, да и вообще носить не собирался. Они огромные, тяжелые, неудобные. Плюс чтобы использовать их в качестве телевизора требовалось подключать кабелем к внешнему приёмнику, он шёл в комплекте. один сплошной геморрой.

Но с точки зрения Володи это были не просто часы а последний писк и супер хит.

— Слав, это же часы Джеймса Бонда! Такие у него были в последнем фильме, в осьминожке. По ним весь мир с ума сходит.

— А ты откуда знаешь? У нас вроде бы такое не показывают.

— Ну и что, — фыркнул Володя, — мне корешок притаранил кассету из Англии. Помнишь Оль, мы смотрели.

В это время пижонская кремовая Волга Володи обогнала небольшую автоколонну на новом симферопольском шоссе. Сразу с пяток автобусов в сопровождении двух гаишных машин везли детей в сторону области.

— Ага, помню, — сказала Оля, — твой дружок Костя со своим переводом меня тогда достал. Всё бубнил и бубнил.

— Ну что поделать если фильм на английском а его мало кто понимает. Вот Костик и переводил. Ну так вот Слав. Твои часы в Союзе сейчас наверняка в единственном экземпляре. ДА за них можно было бы Чайку выменять. Если бы конечно её можно было бы купить. А может и что-то побольше.

— Ага, побольше. Это что? Правительственный ЗиЛ? — спросил я, — или может быть дачу как у твоих родителей.

— А что ты смеешься? Я это вполне допускаю. Дач в Союзе много а Seiko TV Watch одни. Я ничего не предлагаю Слав, но ты подумай о том как тебе с ними получше распорядится. Если решишь что, я тебе помогу.

Вот не понимаю я этого перекоса! Хоть убей не понимаю. Ну что такое эти часы, да и в принципе любая западная техника. Как за них или за пару видеомагнитофонов можно получить столько что хватит на квартиру? Ну не бред? Что такое часы, очень сомнительной функциональности и квартира? Но нет. В Союзе именно так.

Володя довёз нас что называется с ветерком. Дорога от Москвы была хорошая. машин не очень много и приехади мы за пару часов до начала банкета.

Как раз хватило времени немного прийти в себя, сходить в душ и пообщаться с Колькой, благо что мой приятель живёт через стенку.

— Слав, я не могу всё это принять, — сказал мне Тимофеев когда я заявился к нему с французскими подарками, — это же целое состояние!

На мой взгляд, само собой испорченный товарным изобилием двадцать первого века я не привез Кольке ничего экстраординарного. Джинсовый костюм Левайс, штаны и куртка, рубашка из того же материала и того же производителя. Пара кроссовок, пуховик, солнечные очки Ray-Ban Aviator и кварцевые Tissot PR 100. Это всё было не то что дорого, тащить не удобно.

Но для Тимофеева мои подарки действительно целое состояние. Квартира в центре города, притом не маленькая у его мамы есть. А вот с деньгами на шмотки, тем более на такие всё очень и очень скромно.

— Так, товарищ Тимофеев. Отставить возражения. Ты мне друг или так? Не возьмёшь обижусь.

— Ладно Слав, спасибо, — улыбаясь ответил Колян.

— Надеюсь с размером я не ошибся. А то будет такой облом.

— Спокойно, Слава, никакого облома тут быть не может. Если мне что и велико то мать подошьёт. Хотя нет. Тут лучше будет в ателье отдать. Левайс всё-таки!

Но ничего подшивать не пришлось. С размером я не ошибся. Колька довольный как слон крутился перед зеркалом а потом сказал:

— Ну класс. На банкет пойду именно так. Весь с джинсе.

— Слушай. как хочешь, моё дело подарить.

Мы с ним еще немного поболтали, я показал ему фотографии и мою золотую медаль. Брать с собой в ресторан я её конечно не собирался. Так как это глупо. Но и Тимофеев и сестра с мамой чуть ли не хором начали меня уговаривать что я обязан быть с ней. Иначе несолидно получается.

* * *

Сам банкет получился отличным, было правда одно маленькое «Но», которое однако не сильно испортило общее впечатление.

Я ожидал что буду этаким свадебным генералом, ну или приглашенной звездой на вечеринке. Еще и эта медаль дурацкая. Оля ревностно следила чтобы я не дай Бог её не снял.

Но мне удалось достаточно хорошо провести время. Само собой что я постоянно фотографировался со всеми присутствующими, да и не только с ними. Но в целом мне понравилось даже не смотря на повышенное внимание к моей персоне директора школы и первого секретаря мценского горкома. Главный мценский коммунист, НИколай Максимович Кутузов, молодой еще но рано поседевший мужчина, не мог пропустить такое событие.

— Ты, Слава, — говорил мне Кутузов, — обязательно должен быть среди почётных граждан нашего города. Вот обязательно. И будешь! Мемориальную доску на твой дом повесим. На школу тоже. Это сто процентов. Может быть даже твоим именем назовём что-то во Мценске. Ты же наша гордость! Ну как тебя не отметить?

— Спасибо конечно, но не рано, Николай Максимович. Мемориальную доску в 16 лет? Я же не Марат Казей или другие пионеры герои. Ну какая мне мемориальная доска?

— Конечно не сейчас, Слав. О чем речь. Тут ты прав на все сто процентов. Но в будущем, например когда ты закончишь с футболом, обязательно надо это сделать. Иначе нас не поймут.

— Ну если в будущем, тогда ладно, Николай Максимович. Спасибо.

А единственным но, которое всё-таки омрачило праздник, стала Нюра Зарубина, моя бывшая одноклассница. Девица конечно красивая, спору нет. За год она очень изменилась. Но вот её готовность, как бы это сказать помягче, отдаться мне прямо сейчас и здесь, ну может быть вон за тем симпатичным кустом… Это немного пугало.