Фантастика 2026-93 - Иван Басловяк

Внутри был свиток. Хрупкий, пожелтевший, местами истлевший. Брина осторожно развернула его, боясь, что он рассыплется в руках.

Текст был едва различим, многие части полностью стёрлись. Но то, что она смогла прочитать, заставило её сердце забиться быстрее.

«…Селестина и Лилиана Синкроф, близнецы-основательницы нашего рода, были среди тех, кто… [неразборчиво]… конец вторжению тварей из… [стёрто]…порталы были закрыты благодаря… [неразборчиво]…величайшие воины своего времени…»

Дальше шёл длинный фрагмент, полностью уничтоженный временем. Потом снова проступали отдельные фразы:

«…техника Метки Истинного Выстрела была утеряна после… [стёрто]…никто из потомков не смог… [неразборчиво]…сила близнецов была дарована… [стёрто]…вместе с другими героями…»

В самом конце были строки, которые заставили ее брови подскочить от удивления вверх.

— Что ты здесь делаешь?

Брина вздрогнула и обернулась. В дверях архива стоял молодой мужчина — копия её самой, только мужская и более массивная версия. Те же золотистые волосы, те же голубые глаза. Брендон Синкроф, её брат-близнец.

— Исследую семейную историю, — холодно ответила она. — А ты зачем пришёл?

— Искал тебя. Отец спрашивает, как прошла экспедиция в Разлом.

— Отлично. Можешь передать ему, что миссия выполнена успешно.

Брина начала сворачивать свиток, но Брендон подошёл ближе. В его глазах читалось любопытство пополам с подозрением.

— С каких пор ты интересуешься древней историей? — спросил он. — И почему ты в архиве, а не на праздновании успешной миссии?

— С каких пор тебя волнует, чем я занимаюсь? — парировала Брина, убирая свиток в футляр.

Отношения с братом у неё были… сложными. Когда-то в детстве они были неразлучны, как и положено близнецам. Но с годами Брендон становился всё более амбициозным, жестоким, готовым на всё ради власти. Сейчас он занимал пост главы боевого крыла клана и явно метил выше.

— Меня всегда волнует безопасность клана, — ответил Брендон. — И странное поведение наследницы может навредить нашей репутации.

— Наследницы? — Брина усмехнулась. — Ты же старше на три минуты, братец. Именно ты наследник.

— Пока отец не выберет официально, мы оба наследники.

Брина прошла мимо него к выходу, но Брендон схватил её за руку.

— Что ты искала, Брина?

Она вырвала руку и холодно посмотрела на брата.

— Ничего, что касалось бы тебя.

С этими словами она вышла из архива, оставив Брендона одного. Тот подошёл к столу, где лежал футляр, и достал свиток. Его глаза забегали по строкам, впитывая информацию.

В самом конце была ещё одна строка. Почти полностью стёртая, но при правильном освещении можно было разобрать:

«Последний п… лучшие воины. Те кто спас наш мир от… Лилиана и Селестина Синкроф, [стёрто] Стайн, Регул [стёрто], Шейд, Аркариус [стёрто], Д……орн».

Д… орн. Это могло быть любое имя. Дорн. Даорн. Деорн.

Или Дарион Торн. Именно о нем докладывали ему его люди, что были приставлены наблюдать за сестрой. Вряд ли бы она взяла бы этот свиток, если бы не встреча с этим Охотником.

Молодой человек аккуратно свернул свиток и убрал обратно в футляр. В его глазах появился хищный блеск. Если его сестра нашла что-то важное, что-то, связанное с древней историей клана, он должен знать об этом.

И если это как-то связано с тем выскочкой из среднего города, который недавно оскорбил клан Роуэн на аукционе Мерсеров…

Брендон улыбнулся холодной улыбкой. Возможно, пришло время самому познакомиться с загадочным Дарионом Торном.

Глава 5

Вызов и решение

Зал заседаний Совета Двенадцати больше напоминал собор, чем место для деловых встреч. Мраморные колонны уходили ввысь на тридцать метров, потолок терялся в полумраке, а в центре располагался огромный круглый стол из черного обсидиана. Двенадцать кресел стояли вокруг него. Каждое уникальное, отражающее характер и стиль своего клана.

Свет падал только на стол, оставляя остальное пространство в тенях. Это создавало атмосферу таинственности и власти. Именно то, что нравилось тем, кто правил Империей из этого зала.

Аурелия Мерсер сидела в кресле из золота и черного дерева, украшенном драгоценными камнями. Ее платье переливалось в свете магических светильников, а карие глаза внимательно следили за остальными членами Совета. Пальцы лениво барабанили по подлокотнику — единственный признак, который выдавал ее нетерпение.

Напротив нее восседал Конрад Синкроф. Мужчина лет пятидесяти с аристократическими чертами лица и пронзительными голубыми глазами с золотистыми вкраплениями. Его светлые волосы, тронутые сединой на висках, были аккуратно зачесаны назад. Одет он был просто, но со вкусом — темно-синий костюм без излишеств, только родовой перстень на пальце выдавал его статус. В отличие от многих в этом зале, Конрад не нуждался в показной роскоши. Его власть читалась в каждом жесте, в спокойной уверенности человека, за спиной которого стоят века истории, проложенные его предками.

Слева от Аурелии сидел Максимус Малигаро — грузный мужчина с жестким квадратным лицом и хладнокровными глазами. Короткая военная стрижка, многочисленные шрамы на руках и шее, массивные плечи, едва помещающиеся в мундир, усыпанный орденами. Его кресло было сделано из стали и обито красной кожей — прямое, жесткое, без единого намека на комфорт.

Клан Малигаро контролировал военные силы Империи, и их глава выглядел соответственно. Как бульдог, готовый вцепиться в горло врагу. И он очень соскучился по этому ощущению.

Остальные девять членов Совета сидели в тенях, их лица едва различимы с текущего положения. Но их присутствие ощущалось — каждый представлял силу, способную изменить судьбу континента одним решением.

— … таким образом, вопрос с Северной Империей можно считать закрытым, — завершал свой доклад один из членов Совета. — Они приняли наши условия торгового соглашения.

— Отлично, — кивнул Конрад. — Тогда переходим к последнему пункту повестки. Аурелия?

Аурелия Мерсер грациозно поднялась, и все взгляды обратились к ней. Она специально сделала паузу, наслаждаясь вниманием, затем заговорила своим мелодичным голосом.

— Уважаемые коллеги. Как вам всем известно, клан Роуэн показал… неудовлетворительные результаты в последнем квартале. Их влияние упало на сорок процентов, финансовые активы обесценились, а недавний скандал на моем аукционе стал последней каплей.

Максимус фыркнул, его толстые пальцы сжались в кулаки.

— Роуэн — идиот, но это не повод лишать древний клан их места!

— Древность не гарантирует компетентности, — парировала Аурелия. — Верхний Доминус должен оставаться элитарным. Мы не можем позволить слабым занимать место, предназначенное для сильных. Поместье Роуэнов в центральном секторе — одно из лучших. Оно было даровано им еще императором, когда Ориатом правила монархия. Но времена