Фантастика 2026-157 - Арсений Громов

людей потянулась к видневшемуся на побережье маяку, впрочем видели его только инициированные друзья Ковалева. Бойцы несли не только тяжелый сундук, но и самодельные носилки с тремя убитыми товарищами. Когда активировал переход в комнате смотрителя и перевел всех кроме Карате вспомнил про лежавшее в вещмешке сердце.

— Коля, мне к эпицентру нужно и это не терпит отлагательств. Извини друг, что на тебя перекладываю тяжкую моральную ношу, но ты там скажи пару слов о погибших. Скажи, что не оставим их родных, всегда поможем. Вроде не силком их за собой тянули — добровольцы все, но все равно выходит наша вина.

— Ты сердце свое к эпицентру понесешь? — спросил Карате, — Как ты один, может помощь нужна? И вернешься потом как?

— Нет, брат, это только моя ноша и только мое дело. Попрошу меня люди Фила на лодке туда добросят, а вернусь с помощью свитка сразу в Башню.

Дмитрий немного задержался в маяке приводя в порядок разодранный и проткнутый когтями кожаный доспех, а после из комнаты смотрителя перешел в строящийся замок на холме Рохны и уже через час сам Филипп и шестеро солдат сидевших на веслах везли его по черным водам Кети к бывшему эпицентру. Хотя центр Радиуса который являлся эпицентром пробоя, так и оставался эпицентром, разве что главный алтарь был давно разрушен боевым андроидом. Мировое древо, сотканное из энергии эфириума, которое и в прошлый раз казалось огромным теперь просто своей кроной пронзало небеса. Дмитрий как и было ему сказано, закопал свое сердце под одним из корней зеленого колосса. После, посидел с полчаса на поваленной плите алтаря размышляя о всем произошедшем с ним за время пребывания сначала в дымном куполе Радиуса, после в рождающемся новом мире.

Дмитрий достал из вещмешка свиток, но не активировал сразу почувствовав чье-то присутствие. Оглянувшись вздрогнул — в пяти метрах от него стоял великан. Пятиметровое, зеленоватое и полупрозрачное туловище которого было соткано из пульсирующих энергетических линий. Дмитрий вскочил на ноги выхватывая из нагрудной кобуры свой Смит энд Вессон, но великан лишь рассмеялся.

— Не узнал сам себя? — подмигнул он с усмешкой Ковалеву стягивая с большой головы знакомый шлем из кожи карраханского дракона, — Я, это ты… вернее твой энергетический отпечаток.

Ковалев думал, что голос этого великана будет грохотать и бить по перепонкам, но вкрадчивый голос гиганта звучал как будто в его голове.

— Какой, еще отпечаток? — пораженно спросил Дмитрий уже во второй раз за последние сутки видя свое собственное лицо, разве это было живым, хоть и полупрозрачным.

«Скорее всего, простой человек не обладающий магическими талантами попросту ничего бы не увидел. — подумал Дмитрий разглядывая великана в кожаной кирасе и со знакомым мечом за спиной, — Но вот он, стоит и разговаривает со мной, если только от пережитого, я не свихнулся окончательно.»

— Не свихнулся, не льсти себе, Дима. — снова хохотнул великан, — Так просто, ты от нас не отделаешься!

— От нас? — тоже кривой ухмылкой ответил Ковалев.

Дмитрий собирался спросить полупрозрачного великана смахивающего на голограмму, отчего его энергетический отпечаток называет себя на «вы»? Просто, из-за недостатка интеллекта или из-за непомерно раздутого эго? Но увидел как человеческое лицо потекло, он отшатнулся, через мгновение на него смотрела звериная морда — вертикальные зрачки и когти оборотня на руках-лапах.

— Узнал? — оскалился зверь, — И это тоже ты.

— Что тебе… вам надо⁈ — в панике выкрикнул Дмитрий.

Он понимал, да знал наверняка, что даже выпустив все пять магических пуль из своего револьвера вряд ли нанесет хоть толику ущерба этому созданию. Неведомая природа, мощь и чистая магия не пугали, но делали его совершенно маленьким и бессильным по сравнению с этим существом.

— Что вам надо? — повторил Дмитрий.

— Нам? — вроде как разочарованно с хриплым подрыкиванием вздохнул зверь, — Я это ты! Эфириум нового мира сделал тебе подарок который ты пока не в состоянии оценить. Здесь нет старых богов, нет Эрвина и этому миру нужны герои, ты — первый.

— Герой? — горько переспросил Ковалев вспомнив погибших скифовцев, плачущего брата и лежащего на его коленях младшего. — Какой я, к чертовой матери, герой?

— Герой, не в том смысле, что вкладывает в это понятие современный человек. Скорее в античном, когда кто-то из родителей был богом. — начал объяснять великан и морда зверя снова перетекала в человеческое лицо, — Таких людей, обладающих недоступными простым смертным способностями в античном мире и называли героями.

— Но, мои родители вовсе не боги! — засмеялся Ковалев.

— А это, как сказать. — пожал плечами гигант, — Тебя воспитал, а значит создал Эрвин, бог из машины. Он даже создал это твое тело.

— Теперь оно единственное. — мотнул головой Ковалев, — Эрвину сюда хода нет и это мое тело единственное, больше не будет, значит, как и все люди, я простой смертный, а вовсе не герой.

— Разочарую тебя и Тесей и Геракл, как и все древние герои, тоже были смертны. Никто не живет вечно, даже у богов есть свой предел. Сгорают звезды и исчезают галактики. Возможно и великий кристалл миров не вечен. — оскалился великан длинными клыками распуская за спиной перепончатые крылья вампира, — Надеюсь то, что это твое единственное тело и другого не будет прибавит в твою головку немного умишка. И ты, как безмозглый буратинка, больше не будешь совать свой длинный нос в каждую дыру.

— Вот обидно сейчас было. — пробурчал Дмитрий, но спросил о том, что его заинтересовало. — Великий кристалл миров, что это?

— Да, великий кристалл. — кивнул вампир, — Множество миров, как грани одного великого кристалла и неважно отразился в этой грани сегодня, словно солнечный отблеск, зеленый свет эфириума или там позабыли старых богов и люди раскручивая прогресс создают себе техногенного бога из машины, все наши миры составляют единое целое.

— Но мы же оторваны от ближайшего мира временным интервалом.

— Ну и что? — пожал плечами великан, — Рано или поздно появится еще одна грань, потом еще и еще. Кристалл будет расти — это законы мирозданья. И эти новые грани, будут уже отражениями нашего мира где никакого временного интервала нет. Да и временной интервал не есть непреодолимое препятствие, сюда же люди проваливаются и ты, при необходимости, можешь пробивать проход в мир, отражением которого стал этот новый.