Фантастика 2026-7 - Алекс Келин

свое черное нутро все, что было вокруг. Она расширялась, как будто питалась той материей, что в себя всасывала — кресла, мертвые тела палари …самого Решетова. Сергей беспомощно осмотрелся, но схватиться было не за что — вокруг него была пустота, вакуум — он это почувствовал, когда не смог наполнить воздухом свои легкие. Теряя сознание от недостатка кислорода, он ощутил, как его затягивает в эту бездну …

Очнулся Решетов в том же подземном зале. Вокруг была мертвая тишина, лишь изредка слышалось слабое шипение догорающих факелов. Он поднялся на ноги, осмотрелся и заметил, что выход в катакомбы был открыт. Вне всяких сомнений — Дилам, спасая свою жизнь, даже не позаботился о том, чтобы перекрыть выход Решетову. Седой усмехнулся: «Беги, Дилам, беги!» Если его расчеты были верны, то впереди и верховного палари и его самого ждала жуткая мясорубка. Сколько он был в том, странном и загадочном мире или месте? Впрочем, не суть …Это ничего не меняет, так как ни его люди, ни отряд палари здесь пока не появлялись.

Сергей подошел к трону, и поднял с пола свой арбалет. Потом надел на плечи ножны меча и убрал в них клинок. Дежурными движениями зарядил оружие и двинулся в сторону выхода, постепенно ускоряя шаг. Нидус сообщил ему, что ловушки работают лишь при движении от входа, так что каких либо неприятных сюрпризов ожидать не стоило. Пройдя несколько сотен метров, он прислушался … Через несколько мгновений уловил впереди слабый шорох чьих-то шагов. Тогда Решетов перешел на легкий бег, пытаясь настигнуть убегающего жреца.

Вскоре ему это удалось — тяжело дыша и держась за бок, впереди, пытаясь бежать, ковылял Тахсон. Сергей остановился, поднял арбалет и прицелился. Щелчок. Палари рухнул на каменный пол и засучил ногами. Когда Седой подошел к нему, жрец был уже мертв. Он с досадой покачал головой — выстрел мог быть и менее удачным, неизвестно — какая полезная информация могла быть в этой черепной коробке. Впрочем, во дворце Тавра — в темнице, сейчас сидели не менее ценные пленники, в избытке обладающие полезными сведениями.

Сергей сплюнул на мертвое тело, машинально вновь вставил болт в направляющую и продолжил свой путь. Следуя вдоль мрачного темного коридора, он прикинул — сколько времени прошло с тех пор, как он попрощался с Краусом и Сэймуром. Выходило, что не более, чем пара часов. Это при условии, что время в том загадочном месте, где укрылись палари, протекало так же, как и в реальном мире. Если так, то в самое ближайшее время нужно ожидать нашествия рядовых членов секты — Седой был уверен в том, что они появятся. А как иначе? В подземелье, кроме Тахсона и его прихвостней не было ни души. Следовательно, они должны подойти дабы «зачистить» поле боя после того, как на нем поработают воины-призраки. Ну, и убраться в подземелье …

Неожиданно мысли Седого обратились к Лилис. Как она там сейчас? Тревожило его так же и состояние Тавра. Хоть они и расстались на довольно враждебной ноте … При мысли об этом, Решетов улыбнулся — «враждебной» — мягко сказано. Хотя, чего еще можно ожидать от человека, организм и разум которого поражены тяжелым недугом! На месте принцессы Сергей наверное бы поделился с лоретом своими соображениями обо всем происходящем, но … Наверняка, Лилис пощадила его здоровье …

Но уж в том, что касалось дворян-пленников, то Седой был готов отдать руку на отсечение, что тех должным образом допросили, и Лилис могла выработать стратегию дальнейших действий исходя из тех сведений, что она смогла получить. И, если им все же удастся расправиться с отрядом палари, то отдыхать будет некогда — напряжение на границе нужно локализовать любым способом, дабы не допустить масштабных боевых действий. У Сергея уже возник пока что расплывчатый, но достаточно реалистичный план действий на тот случай, если глава Совета Пятерых — Сайрун Тимари — все же вернется из своей поездки на границу с Эрмином ни с чем …

В этот момент слух Решетова уловил пока что далекие легкие шаги, издаваемые множеством ног. Замкнутое пространство каменного коридора заметно усиливало звуки, поэтому вскоре он уже отчетливо слышал их …

Седой вздохнул — возможно, что он уже никогда не выйдет из этих тоннелей — навстречу ему двигалась живая сила, с которой не сравнятся даже уничтоженные им совсем недавно фантомы. Все будет реально, жестко и … невыносимо долго. Можно сказать — бесконечно долго! В какой-то мере успокаивало лишь одно — проход был узким, и одновременно ему противостоять, не мешая друг другу, могли от силы два воина. Решетов опять помянул трехсот спартанцев и покачал головой — никогда не подумал бы, что когда-то сам может оказаться в подобной ситуации. По идее, он шел на верную смерть, а продолжительность его жизни определялась лишь степенью его выносливости. Еще теплилась слабая надежда на то, что его отряд вовремя направился вслед за палари и, рано или поздно, окажет ему посильную помощь.

Шум передвижений монахов нарастал — из-за поворота, который бы расположен метрах в двухстах от него, показался авангард отряда. Решетов, пытаясь погасить волну адреналина, ударившую в его жилы, резко выдохнул и нажал на спусковой крючок. Один из палари рухнул под ноги напирающих сзади товарищей по оружию. Решетов успел послать навстречу недругам еще два болта, а потом бросил арбалет на пол и, вытащив клинок, принял боевую стойку. Мир сузился до короткого участка подземного коридора, наполненного вооруженными людьми. А потом начался кромешный Ад …

Впоследствии Сергей не мог, сколько ни пытался, припомнить детали этой битвы. Этот неравный бой всегда напоминал ему схватку с зомби, в которых обратились его соотечественники, в недрах инопланетного космического корабля — замкнутое пространство, лавина врагов и острое чувство обреченности …

В тишине раздавался лишь звон оружия — палари бились безмолвно. Решетов, парируя удары враждебных мечей и поражая противников одного за другим, медленно, шаг за шагом, продвигался вперед. Он уже практически не чувствовал незначительных порезов, которые оставляли на его теле клинки неприятеля. Ретировавшись на несколько метров, он рывком сбросил куртку, которая превратилась в окровавленные лохмотья, бахромой висевшие спереди. Сбросил и вновь ринулся в жернова кровавой мясорубки, сразив очередную пару палари.

Удар, еще один … Уход в защиту …Выпад — отрубленная голова монаха отброшена к стене ногой его же товарища … Снова удар … Отборный мат, когда гарда цепляется за ребро проткнутого палари … Клинок, рассекающий его грудь, оставляет на