Фантастика 2025-39 - Екатерина Аникина

Интересно, кем все — таки приходится Барни эта девушка? Она и есть Мэгги?

Шум воды в ванной стих. Дверной проем на мгновение озарился светом, и вновь стало темно.

— Он сказал, когда вернется? — донеслось из коридора. В проеме показался силуэт.

«Приятный голос», — отметил Фрэнк, поднимаясь навстречу.

— Сказал, машину отгонит и приедет.

— Угу. — Силуэт исчез.

Фрэнк выглянул из комнаты. Девушка прошла на кухню, зажгла там лампу.

— Хотите есть?

Прислушавшись к урчанию в животе, Фрэнк решил, что вряд ли теперь уснет. На кухне звякнула посуда, загудела кофемолка.

— Да! — отозвался он и, переступая порог, добавил: — Вы Мэгги?

Пока варился кофе, они познакомились. Ее действительно звали Мэгги, и она была дочерью Барни. А еще за кофе Фрэнк выяснил, что Мэгги работает в секретариате «Мемории» у мистера Бинелли.

— Я тоже знал одну девушку из корпорации. — Он тут же прикусил язык, пожалев о том, что сболтнул лишнее.

Вспомнив недавний спор между Максом и Барни, Фрэнк выстроил для себя примерный ход событий: тренер хочет использовать Мэгги, чтобы добыть информацию в «Мемории». Возможно, с ее помощью каким — то образом проникнуть в офис корпорации и перезаписать данные с устройства. Это колоссальный риск, в первую очередь для девушки.

— Как ее зовут? — Она взяла с полки в холодильнике тарелку с салатом и поставила перед Фрэнком.

Сочный редис и ломтики перца вперемежку с зелеными листьями, заправленные маслом, выглядели весьма аппетитно. Фрэнк еле сдержался, чтобы не накинуться на них — он сутки ничего не ел.

— Я многих знаю, вдруг общая знакомая, — добавила Мэгги, глядя на него сверху вниз.

Фрэнк медленно взял вилку, ковырнул салат и качнул головой:

— Нет, она давно покинула корпорацию, перешла в другую фирму. — Попробовав салат, он с хрустом принялся жевать, пробормотав с набитым ртом: — Вкусно.

— Ладно, ешьте. Сейчас разогрею вам макароны. — Мэгги отвернулась к холодильнику.

— О, ну что вы, не стоит… — начал Фрэнк.

Она оглянулась, многозначительно и одновременно строго посмотрела на него. Совсем как Барни.

— Хотите меня обидеть? Пожалуюсь папе.

Он громко проглотил недожеванный лист салата.

— Я пошутила. — Ее тонкие губы растянулись в улыбке. — Отец обещал переломать вам хребет, ведь так?

Фрэнк кивнул.

— Я не спала, слышала, как вы пришли. — Мэгги достала из холодильника кастрюлю, макароны из нее пересыпала на сковороду и поставила на плиту. — Папа всегда всем мужчинам моложе его, случайно, по его или моей воле, оказавшимся возле меня, обещает переломать хребет. — Она взяла терку с полки над плитой.

— С чего вдруг? — Фрэнк снова принялся за салат.

— Он до сих пор считает меня маленькой девочкой, называет медвежонком. — Вздохнув, Мэгги принялась тереть сыр в миску.

— Думаю, для своих родителей мы навсегда остаемся детьми. — Выдав банальность, Фрэнк отправил в рот остатки еды и отодвинул тарелку.

— Так — то оно так… — Девушка отложила терку, сняла с плиты сковородку с обжаренными макаронами, посыпала их сыром. — Но дети вырастают, у них появляются желания, которые они способны воплотить самостоятельно. Так? — Она положила дощечку на стол, поставила на нее горячую сковороду.

— Угу, — накручивая на вилку макароны, хмыкнул Фрэнк. — Вечная проблема отцов и детей…

— Ну только вы не начинайте! — с упреком воскликнула Мэгги. — Я много об этом читала в последнее время…

— Что, неужели все так плохо?

Мэгги села на табурет сбоку от Фрэнка, водрузила локти на стол, положила голову на сложенные кисти. Взгляд у нее стал немного печальный.

— Исправим, — сказала она и грустно улыбнулась. — Люблю смотреть, как едят мужчины. Не возражаете?

Фрэнк промычал в ответ «нет», прожевал первую порцию и сообщил, что не ел ничего вкуснее, чем макароны с сыром от Мэгги Дагган.

— А салат? — возмутилась она с легкой улыбкой.

— Салат был отличный, кофе — прекрасен… — Фрэнк задумался, не зная, как получше закончить, чтобы угодить хозяйке.

— Ну ладно, вы ешьте, а то остынет. Не отвлекайтесь на меня. — Мэгги поднялась с табурета.

— Простите, один вопрос… — Фрэнк обвел взглядом кухню, описав полукруг зажатой в руке вилкой. — У вас так заведено в семье, ну… — Ему стало неловко за прямоту, но он все — таки пересилил себя и договорил: — Не боитесь меня, угощаете… А вдруг я беглый преступник или убийца?

Мэгги звонко рассмеялась, но спустя пару мгновений стала серьезной:

— Раз отец привел вас в дом, значит, так надо.

Она скрылась в ванной, оставив Фрэнка с его мыслями и макаронами наедине. А когда появилась вновь, он уже закончил с едой и поблагодарил за ужин, чем вызвал у девушки новый приступ звонкого смеха. Смеялась она громко и от души.

Фрэнк невольно и смущенно улыбнулся, не понимая в чем дело. Мэгги объяснила, указав на окно, где брезжил рассвет, что ужин, скорее походил на плотный завтрак и ей пора собираться на работу.

— Папа вот — вот вернется, надо приготовить поесть.

— Как?! — воскликнул Фрэнк, представляя, что скажет вернувшийся Барни, не обнаружив еды. — Я… я не…

— Да не волнуйтесь так, — успокоила Мэгги, коснувшись его плеча. — Сейчас что — нибудь придумаем. — Она открыла холодильник, вынула канистру молока и пластиковый контейнер с овощами, из шкафчика рядом с плитой достала коробку с кукурузными хлопьями. — Ну вот, папа называет такой набор продуктов завтраком дохлого переселенца.

Не успел Фрэнк облегченно вздохнуть, как хлопнула входная дверь. Не раздеваясь, Барни прошел на кухню, нежно поцеловал дочь и сел на табурет, сердито глядя на гостя.

За едой Барни рассказал Мэгги, как прошла его рабочая смена, назвав девушку три раза медвежонком, дважды — солнышком и лишь раз дочерью, но при этом все время строго смотрел на Фрэнка исподлобья и не обмолвился с ним ни словом.

Мэгги делала вид, что не замечает, как отец настроен к гостю, улыбалась, наводя порядок на кухне. У Фрэнка было возникла мысль ей помочь, но он вовремя сдержался, чтобы не спровоцировать Барни. Вдруг тот расценит это как знак внимания, ухаживания за его дочерью, а вслух обвинит в попытке изнасилования? Проломит кулачищами Фрэнку череп или схватится за нож… Он взглянул на часы над холодильником. Уже полседьмого, а тренер до сих пор не появился. Неужели что — нибудь случилось?

Барни тоже скосил глаза на часы, но промолчал, доедая хлопья. Наконец Мэгги оставила их вдвоем. Вернувшись в свою комнату, она что — то начала напевать, собираясь на работу.

Фрэнк не сразу понял, что произошло: сильные руки сграбастали его за ворот рубашки, край стола врезался в живот, и перед глазами возникло искаженное злостью