"Фантастика 2026-189". Компиляция. Книги 1-31 - Алекс Бредвик

К слову, если же никак не воздействовать на носителей заразы, то они остаются по сути здоровы, а инфекция пройдет через какое-то время сама, без каких-либо признаков ее наличия, то есть без симптомов.

Но вот, подойдя и забрав валяющееся возле бесчувственного тела Топьской письмицо, я спрятал его и активировав невидимость покинул помещение, так как еще много дел.

Мда, недооценил я решительности этой дамочки. Думал достаточно будет того спектакля с Бородой, якобы возжелавшим великой силы дракона и в результате не справившимся, когда активировал вроде как обнаруженный им где-то артефакт истинных магов, не разобравшись или не вняв предупреждению из свитка, а в итоге навлек обезьянье проклятие не только на себя, но и на всех последующих ректоров. Но, как видно, Топьская отважилась поскорее разрубить сей гордиев узел решительным голосованием, отчего я и вынужден был прервать это вот всё, прибегнув к плану «Б» с компрометирующей и ошеломляющей картинкой. Как видно, успешно.

Что ж, теперь в ближайшие дни необходимо организовать слежку и сбор компрамата на всех членов Совета и претендентов на место ректора, дабы на следующее заседание перед ними на столах оказались уже подборки фактов, а не фотомонтаж. Нейросеть, конечно, фотожабы делает на загляденье, а техинструмент идеально всё это воплощает, но лучше прижать гадюк реальными скелетами из шкафа. А там, глядишь, когда Ровскую изберут ректором, то и нужное нам изменение в устав продавим, и хрен тогда они ее подвинут.

Захотят убить? Удачи! Я их сам тогда. Асимметрично. Под корень!

О! Виолет всё еще караулит меня? Хм.

Пожалуй, надо уже и с нашими Зеленичами пообщаться, а то и на церемонии не успел, и после — некогда было, хоть и неоднократно видел поджидающих меня для общения девчат, когда проходил мимо под мантией.

Оказавшись в закутке из красиво постриженных зеленых насаждений, я убрал в инвентарь свой замечательный трофей с Дарта Лольки, что возможно проделывать так же моментально, как и с комбезом, а затем направился к Розин. Якобы читающей какой-то учебник на лавочке под массивным, похожим на платан деревом, при этом то и дело поглядывая на Виолетту, нервно вышагивающую в ожидании меня, по ее мнению, сейчас находящегося в мастерских, куда я забегал за кусочком черной древесины, а покинул уже тайно.

Ох, сейчас я её удивлю, зайдя совершенно с другой стороны. Вот это будет номер…

— О! Франт, ты-то нам и нужен. Рассуди нас, смельчак, что сложнее: не сорвать голос когда зовешь мамочку на помощь, или же преодолевая все рекорды скорости взбираться на мачту? Хотя нас больше интересует: сколько же человек потребовалось, чтобы тебя стянуть, и управились ли до вечера? Но будем благодарны, если порекомендуешь и иные(ехидно оскалившись) тактические схемы для того, чтобы обескуражить противника и ввергнуть его в замешательство. Только чур, падение в обморок и притворство мертвым — не предлагать, — исторг на меня потоки остроумных колкостей, явно провоцируя, какой-то преградивший мне путь незнакомый лоб, на полторы головы выше меня и с пушком на верхней губе.

Похоже старшекурсник. А рядом, удивительно напоминая гиен, скалились два его приятеля, пока одна ехидная особа, якобы страшно увлеченная вон тем розовым кустом и вроде как не при делах, усиленно нас не замечала, прохаживаясь вдоль ароматных насаждений, в очередной раз подтверждая утверждение: всё зло от баб!

Да что ж такое! Когда ж я уже с Розин-то переговорю? Хотя и этот дурик очень кстати выскочил. Надо же и показательную порку устроить:

— Да зачем тебе? Вряд ли понадобится. За тебя и так всё решат и укажут: кого звать, куда лезть и как долго там сидеть, ну или же на кого и когда рот открывать. У каждого свое место, малыш, кому-то доступно решать, кому-то лишь смиренно исполнять, — так и не удостоив взглядом мальчонку, всё же дал тому ответ, пусть и несколько ленивым голосом, но с максимально участливыми и ободряющими интонациями, при этом, с легкой улыбкой и демонстративно пялясь на одну любительницу цветов, прохаживавшуюся чуть поодаль и ни в какую не желавшую меня замечать. — Но не переживай, однажды тебе доверят что-нибудь важное, и ты, если конечно не сольешься жалким образом, то выслужишь-таки себе кость послаще. Еще интересует что?

— Дуэль! — вскипел «лоб», едва держа себя в руках.

— Ну дуэль, так дуэль.

Глава 10

Там же и тогда же.

— Вио, скорей сюда! — позвала студентка Дальская свою подругу, когда была привлечена разгоравшейся слева сварой, где у жасминового куста, сразу перед розовой аллеей, сцепились какие-то старшекурсники с внезапно Франтом. А когда та оказалась рядом, упрекнула её. — Как он прошел мимо тебя?

— Без понятия. В окно он что ли вылез, проныра эдакий? — возмущенно заявила студентка Вежская, когда подбежав к своей розоволосой подруге была встречена полным негодования вопросом. — Эт что там, Корс? Он-то чего к Франту полез? С ума все посходили!

— Ты знаешь их?

— Вон тот здоровый, это Витор Корс из Беловежских, а те двое — его приятели. Те еще прилипалы. Все трое с моего курса. Хм, и чего это они полезли к первокурснику? А это там Горская, что ли? Вот сучка! Пустошь им во все щели, это ж она его натравила, Магией клянусь! Корс чуть ли не с первого дня вокруг неё круги нарезает, хоть Милен повода особо и не давала. Та еще извращенка.

— Ты считаешь, что Мили решила за что-то проучить Герда руками этого громилы с его дружками? Но разве она не с той мутной Клемен? Разве хоть раз решала что-то сама, без оглядки на неё? Не зря же Милен так и не включили в список наследниц. Слишком уж она, эм…

— Не амбициозна, внушаема, несамостоятельна? А как это влияет на обычную женскую обиду? Ну не быть ей в числе принцесс и что такого-то? Ну вцепилась в нее клещом эта змеюка Синегорская, и? Ведь брякни этот дерзкий мальчишка, как всегда что-нибудь в своем стиле, и что должно помешать аристократке подрядить пускающего на неё слюни громилу, дабы намять бока обидчику? Делов-то. И заметь, никакой политики!

— Ты думаешь? — задумалась розоволосая над доводами собеседницы.

— Постой. Дай посмотреть, — отмахнулась от неё фиолетоволоска, вся прикипев взглядом к разворачивающемуся действу, где оба дуэлянта уже приступили к поединку, успев закончить все подготовительные процедуры, и достичь договоренностей об условиях, пригласив при этом на