Фантастика 2026-168 - Светлана Волкова

– В таком случае примите мои самые искренние и тёплые пожелания! Надеюсь, что вы вскоре благополучно вернётесь на родину.

– Благодарю вас! Это лучшее пожелание за вечер.

– Мне искренне жаль, что вы вынуждены участвовать во всём этом. – Чернышёв подошёл ближе к Клэр и печально сморщился. – Уповаю на здравый смысл Александра Павловича, раз он решился отправить вас в это змеиное логово. Вам здесь делать нечего!

– Видимо, у него не было другого выхода.

– Досадно, что мы не встретились при других обстоятельствах, мадемуазель.

– Возможно, – тихонько рассмеявшись, ответила Клэр.

– Мадемуазель, хочу оградить вас от опасности, которой вы вот-вот можете подвергнуться. Поверьте! Я лично слышал, что вы понравились некоторым мужчинам в Тюильри. Остерегайтесь их жён. Французские барышни готовы пойти на самые ужасные преступления, дабы оградить своих мужей от других женщин. И происходит это далеко не из-за пылкой любви, а по вине их ужаснейшего нрава.

– Благодарю вас за заботу.

– Пустое. А теперь покорнейше простите меня. Время на исходе, а мне ещё нужно найти в этой куче бумаг кое-что ценное.

Не успел он договорить, как в коридоре раздались шаги, которые постепенно приближались к кабинету.

Клэр со страхом в глазах взглянула на Александра, надеясь, что он найдёт выход, придумает что-нибудь. Но его лицо сделалось таким же хмурым и обеспокоенным, словно сейчас решалась не его жизнь, а нечто больше. Это так и было.

– Притворимся любовниками! Скорее, обнимите меня! – кинулась к нему Клэр, схватила за руку, но Александр отвёл её в сторону и только сильнее напрягся, глядя на дверь.

– Нас попросят удалиться, а кабинет закроют, и я не найду того, что искал. Бумаги нужны срочно. От этого зависят жизни многих людей. К тому же официально я отъехал по делам Бонапарта, и меня здесь быть не должно. Его министры без малого уже подозревают меня в измене и при каждом случае пишут доносы.

– Тогда прячьтесь за занавес. Я помогу. Скажу, что забрела не туда.

– С ума сошли?! Я не могу так просто согласиться на это. Это подставит вас под удар.

– Во имя жизней других?

Времени не было. Чернышёв нырнул за штору в то время, как дверь настежь открылась.

– Как вы вовремя, я искала своего жениха и случайно забрела… – Клэр не смогла договорить, поскольку в дверях она заметила вытянутую фигуру Жерара Дюрока.

Мужчина бросил на неё пытливый взгляд и с осторожностью прикрыл за спиной дверь.

– Почему вы оказались в кабинете господина де Меневаля?

– Что? Я понятия не имела, кому принадлежит этот кабинет. Я искала Франсуа, а эта дверь на удивление была приоткрыта. Почувствовав слабость, я зашла за помощью, но тут никого не оказалось, – вино всё сильнее ударяло в голову, и Клэр даже не приходилось изображать мнимое опьянение.

– Вам нездоровится?

– Нет, что вы! Я не это имела в виду. Просто, видимо, я слишком много выпила за этот вечер. Вы не проводите меня до моих апартаментов? Скорее всего, Франсуа не нашёл меня в зале и направился туда. – Клэр кротко улыбалась и взмахивала руками, направляясь к выходу, который преградил Дюрок.

– Неужели вы хотите покинуть меня так скоро? – сказанная фраза заставила Клэр попятиться назад.

– Простите?

– Весь вечер вы сводили меня с ума, мадемуазель. Выдержать танец с вами и остаться в рассудке под силу не каждому.

– Я вас не понимаю, ваша светлость, – сказав это, Клэр направилась к выходу, однако вместо того, чтобы дать ей пройти, Дюрок остался неподвижен.

– Уходя, вы так взглянули на меня. Я надеялся, что бокал вина придаст вам решимости. – Он попытался приблизить своё лицо к ней, но вместо взаимности Клэр отстранилась назад.

– Возможно, вы не так меня поняли.

– Прошу! Не продолжайте мои муки, Клэр. Примите.

Алкоголь не помешал Клэр сохранить ясность мыслей. Она понимала, что происходит, что нужно дать отпор и бежать. Но также она понимала, что, услышав её крик, Чернышёв будет вынужден раскрыть себя и заступиться. Она приняла, возможно, самое верное на тот момент решение. Клэр не стала оказывать сопротивление, когда руки Жерара тяжело прошлись по её ключицам и талии. Она не могла поверить, что это происходит снова. Снова мужчина желает её немой взаимности.

Дюрок пытался касаться её губ в надежде выбить ответ, но, когда понял, что это невозможно, перешёл на шею. В это время его руки путались в подоле её платья. Клэр ощутила холодные жилистые касания на коленях. От страха из её груди вырвался крик. Она упёрлась в стол и, зажмурившись, стала инстинктивно препятствовать ему руками, пытаясь соорудить барьер. Он вздыхал, что-то бормотал на французском, но сейчас девушка перестала понимать этот язык.

Вдруг Клэр ощутила, как что-то её встряхнуло. Она не открыла глаза сразу, но тут же почувствовала, как стало легче дышать.

– Что вы себе позволяете?! – раздался угрожающий, возмущённый голос Дюрока. Клэр в то же мгновение открыла глаза и увидела, что он, развалившись, полулёжа сидит на полу. Перед ней стоял М. Он был напуган, рассержен. Это выдавали его глаза. Он смотрел на неё бережно, изучающе, не в состоянии что-либо сказать.

Клэр не смогла сдержать слёз. Осознание, что М. успел вовремя, до того, как произошло самое страшное, пришло не сразу. Прикрывая лицо руками, она в спешке покинула комнату.

Ничего не видя из-за слёз, застилающих взор, Клэр с трудом шла по затемнённому коридору. Первым делом она направилась в покои Франсуа для того, чтобы рассказать о случившемся. Пол то и дело уходил у неё из-под ног, но, даже несмотря на это, она быстро нашла нужную дверь. Остановившись напротив неё, Клэр услышала женские стоны, доносящиеся из комнаты. В другой раз, возможно, она была бы более деликатной, но не сейчас. Клэр резко дёрнула ручку и сделала шаг вперёд, остановившись на пороге.

Её губы раскрылись и еле заметно задрожали, тогда как стоны в комнате утихли. На кровати лежали два полуобнажённых тела. Франсуа ошарашенно смотрел на стоящую в дверях Клэр, застыв над женщиной. Этой женщиной была мадам Бинош.

– Вы?! – всхлипывая, произнесла Клэр, после чего ушла прочь так быстро, что Франсуа не смог даже оправдаться.

– Подожди! Я могу объяснить! – последнее, что она услышала от него в этот вечер.

Клэр шла быстрым, нервным шагом в свою спальню, не реагируя на встречные вопросы гостей относительно её опухшего, залитого слезами лица. Её переполняли чувства обиды и ненависти к Дюроку, Франсуа, Бинош, императору Александру. К Дюроку за то, что тот попытался её изнасиловать; к Франсуа, оставившему её одну, несмотря на обещания быть в этот вечер рядом; Бинош, которая всеми силами добивалась внимания