"Фантастика 2026-75". Компиляция. Книги 1-24 - Валерий Кобозев

Наверное, я застыл посреди автобуса, забыв, куда шел. Потому что бабка дернула меня за рукав и приказала:

— Ставь сюда.

Она ткнула пальцем в площадку у заднего сидения. А когда я склонился, опуская ее кладь, удержала меня за плечо и прошептала.

— Иди, внучок. Грех заставлять девку ждать.

Я только сейчас заметил, какие у нее живые озорные глаза. И тут же подумал, что в молодости бабка зажигала знатно.

— Иди, внучок, иди. Хороша девка-то.

И она неожиданно подняла вверх большой палец. Я усмехнулся. Если бы ты только знала, бабуля, сколько от этой красоты будет бед. Если бы только знала…

— Олег! — Вновь окрикнула Вика. В голосе ее появились капризные нотки. — Я жду!

Не отвяжется. Эта точно не отвяжется. И я пошел, думая только об одном, как от нее отделаться.

* * *

Вика сидела у окна, около кассы. На соседнее сидение она положила матерчатую сумку. Чтобы никто не покусился на место рядом. Чтобы все знали — занято. Напротив сидели две дамы чуть-чуть за сорок. Умудренные жизнью. Нарочито серьезные. На нас они старательно не смотрели.

— Олег! — Мое проклятие переставило сумку себе на колени. — Как я рада тебя видеть.

И все. Словно вчера ничего не случилось. Ни капли смущения. Ни капли сомнения. Я сел рядом и проговорил, пытаясь быть спокойным:

— Здравствуй, Вика.

Получилось глупо. Сухо. Казенно. Дамы напротив воззрились на меня с удивлением. Не так, ох не так, обычный молоденький паренек должен приветствовать неравнодушную к нему девушку. Что поделать? Пусть удивляются. Мне совсем не хотелось говорить.

Вика тоже изумилась, на миг задумалась и придвинулась ко мне вплотную. Теперь мое бедро, касалось ее бедра. Моя рука была совсем рядом с ее красивой круглой коленкой. Я видел ее сочные полуоткрытые губы, а, мог опустить глаза чуть ниже, туда, где верхняя пуговка платья была словно нечаянно расстегнута. Туда, где открывалось куда больше, чем позволяли правила приличия. Черт, этого было вполне достаточно.

Я мысленно зааплодировал ее таланту и уставился в окно. За что мне это наказание? Мой организм опять сходил с ума от желания. Жгучего. Неукротимого. Что с того, что разум мой помнил о всех тех бабах, которые прошли через нашу с ним постель… Для этого тела Вика была первой любовью. Дрянной, тяжелой, недостойной ни одного доброго слова. И все-таки первой.

Я прикрыл глаза и принялся считать до десяти. Не хватало еще расклеиться. «Олег, — убеждал я себя, — побереги силы. Они тебе пригодятся.» Кого я хотел обмануть? Себя? Ее? Судьбу?

Не обманул никого.

— Ты на рынок? — Вика положила руку мне на плечо.

Я невольно вздрогнул и открыл глаза. Она сделала вид, что не заметила.

— Нет.

— А куда?

«И что ты ко мне пристала? Что я должен сказать? В Калачовку? В храм за святой водой?» Я абсолютно не знал, как ей все объяснить. Да и не собирался ничего объяснять. Правду можно говорить кому угодно, только не Вике. Поэтому от ответа ушел:

— Дальше.

Невероятно, но выпытывать Вика не стала. Словно угадала своим, присущим всем женщинам, чутьем, что ответа не получит.

— Жаль, — сказала она. И всем стало понятно, что ей на самом деле жаль. — Я думала, мы вместе выходим. А потом вместе поедем домой.

Я пожал плечами.

— Прости, не получится.

Она заерзала, забираясь на сидение глубже, задела коленом кассу и спросила:

— Ты билет купил?

Я помотал головой. Глупый вопрос. Сама же видела, что нет. Вика оживилась, положила ладонь на ручку кассы.

— Кидай пятак. У меня легкая рука. Вот увидишь, будет счастливый билет!

Я украдкой бросил взгляд на аппарат. Что там гадать? Следующий билет торчал наружу почти на треть. И номер его был прекрасно виден:

685586.

Мало того, что счастливый, так еще и зеркальный. Огромная редкость. Сразу вспомнилось, как бабушка мне маленькому говорила: «Если попадется счастливый билетик, надо загадать желание и съесть билет!» Вспомнил, что тогда в это верили все. Считали, что такое желание заранее обречено на исполнение. А у меня заветное желание было.

— Кидай! — Вика сгорала от нетерпения.

Я пошарил в кармане, выудил пятак и небрежно опустил в прорезь на крышке кассы. Вика повернула ручку. Билет вылез полностью. Я его оторвал.

Вика сделала изумленные глаза и восторженно заявила:

— Я же говорила, у меня легкая рука? Смотри, счастливый!

Тетки напротив понимающе захихикали. Я мысленно крикнул «Браво» этой маленькой артистке. Подумалось, не даром роль леди Ровены дали именно ей. Такие способности!

А потом переключился на желание. Дурь, конечно, но соблазн был силен. Хотелось загадать прямо сейчас, чтобы с Иркой ничего не случилось, чтобы она осталась жива-здорова. Чтобы эти сорок лет просто вычеркнуло из книги судеб.

Глупо. По-детски. Я все прекрасно понимал. И все равно не мог об этом не думать. И я бы съел этот чертов билет, ничуть не стесняясь заинтересованных взглядов… Только Вика протянула сложенную лодочкой ладошку и тихонько попросила:

— Олежек, а можно мне? Пожалуйста! Ну можно?

Все взгляды вокруг из любопытных превратились в ожидающие. Время для меня словно остановилось. В голове крутилось: «Ай да Вика! Ай да сука! Ничего не делает просто так. Молодец девчонка! Далеко пойдет. Сама лишний билет открутить не могла, слишком много народа смотрит. Вот и нашла лоха».

Как бы не было противно, но этим самым лохом для нее стал я. И, казалось бы, мелочь. Подумаешь, счастливый билетик. А так по-скотски.

— Ну пожалуйста! — Голос Вики почти плакал.

Неужели, я сам справлюсь со своими проблемами? Теперь я о них хотя бы знаю. Это всего лишь обычный билет. Все эти желания — сплошные предрассудки. Чудес не бывает! На этой мысли я хмыкнул и сам себе ответил: «Ага, не бывает. А то, что происходит со мной третий день? Это как? Не считается?» И пусть…

И я положил билет в Викину ладонь.

* * *

Больше я ей был неинтересен. Это почувствовалось сразу. На ее лице появилось выражение неприкрытого торжества. Такое выражение мне было хорошо знакомо. Точно также смотрела Лелька, когда добивалась своего.

Вика вновь одержала победу. Не даром ей дали это имя. Ох, не даром. Виктория! Я усмехнулся и стал смотреть, что будет дальше. На этот раз отстраненно, совсем без эмоций.

Теплая ладошка скользнула с моего плеча. Вика как-то незаметно отодвинулась к окну. Между нами тут-же образовалась брешь в два кулака шириной. И она поставила в эту брешь свою сумку.

Восхищению моему не было