"Фантастика 2026-178". Компиляция. Книги 1-22 - Екатерина Насута

- Ха! – В следующее мгновение, выронивший ружье Климов, уже летел на чудовище с колом в руке, и я, вцепившись обеими руками в запястье твари, не дал чудовищу вовремя заблокировать удар.

С противным хрустом кол пробил тело чудовища, но Климов, с перекошенным от ярости лицом, уже выдергивал деревяшку обратно, для нового удара.

- Нет! – Хрипло выдохнул я, но Коля даже не обратил на это внимания, снова вбивая кол в грудь ходячего трупа.

- Мать… - Успел выдохнуть я, оплетая труп ногами, пытаясь удержать руку на изломе, но глаза твари уже снова распахнулись, и чудовище рванулось вперед, легко освобождаясь.

- Что за… - Успел воскликнуть удивленный Климов, не ожидавший такого расклада, но договорить не успел, и получив удар когтями в грудь, перевалился через перила, падая вниз.

А вурдалак, видимо приняв его за главную опасность, сиганул следом, в полете врезаясь в тело полицейского. Орудуя когтями, словно бешенная мясорубка.

Времени раздумывать не было, и не зная, поможет ли теперь кол, я выхватил нож, кидаясь на помощь напарнику.

Выстрелы загремели неожиданно, и свалка из тел внизу разъединилась. Вурдалак, получив несколько пистолетных пуль в грудь, отлетел к стене, и тут уже подоспел я, ударив его ножом в шею. А потом еще и еще, в то время как Климов, уронив пустой пистолет, лихо выдернул мой из кобуры у меня на поясе, и продолжил стрелять, оглушая нас, и ошеломляя чудовище увесистыми ударами свинца.

Это был совсем не героический подвиг… И я даже не хотел бы вспоминать этот вечер, когда-нибудь… Но через несколько минут, вурдалак снова стал тем, чем и должен был быть, простым трупом, валяющимся в грязи на лестнице. Без головы.

А мы… Мы валялись там же, не слишком отличаясь от нашей добычи. В рваной в клочья одежде, грязные как бомжи, и избитые как хорошая отбивная…

Да и сам подъезд напоминал скорее поле боя. Кровь, которой в трупе хоть и почти уже не было, но все же… Гильзы повсюду, выщерблены от пробивших тело насквозь пуль, и тихонечко льющаяся по ступенькам вода, из батареи, которую мы неизвестно когда умудрились пробить.

- Какого хрена, Вова? – Первым нарушает тишину Климов, с кряхтением садясь на ступеньку.

- Что не так? – Оставив попытки вытереть нож об одежду вурдалака, которую тот, видимо снял с лаборанта в морге, переспросил я, и сунул, наконец, оружие за пазуху, в ножны.

- Ты говорил, этот урод сдохнет, если его колом в сердце ударить!

- Так он и сдох! – Возмутился я, и тут же услышав подозрительные звуки наверху, понизил голос – Упокоился… Пока ты второй раз не ударил! Ты вообще читал файлы, которые я тебе дал?

- Читал… - Буркнул Климов, отводя взгляд.

- Не читал! – прошипел я, пытаясь поправить на напарнике разорванную на груди куртку, которая уже ничего не скрывала – Если бы читал, знал бы, что упокоить его надо с одного удара! После второго, эта тварь становится вдвое сильнее!

- Да с хрена ли? – Возмутился Николай – Где логика, блин?

- Ты дофига логики во всем этом видишь? – Скривившись, я обвел рукой помещение – Два придурка с осиновыми колами мочат сбежавший из морга труп. Где логика?

- Ладно, проехали. – подумав секунду, поспешил сменить тему Климов – Надо валить отсюда, весь дом, небось, уже проснулся, и сейчас дружно обрывают телефон полиции…

- И не только. – Хмыкнул я, вспомнив звуки сверху – Самые смелые, еще и выглядывают из квартир, гадая что произошло.

- Скорее дурные…

Но вопреки сказанному, вставать никто из нас не спешил. Мы сидели, прислонившись к стене, и не спеша перезарядив оружие, смотрели друг на друга, кто первый встанет и пойдет на выход. Сил не было совершенно, шевелиться не хотелось, чтобы не бередить отбитые ребра.

Но все когда-нибудь заканчиваются, нашлись пределы и нашего безрассудства. И вскоре я поднялся на ноги, и стянув с себя куртку, едва сдерживаясь, чтобы не стонать от боли, швырнул ее Николаю.

- Одевай, и пошли.

- Думаешь надо? – Оглядел себя Климов, и потрогав пальцами остатки одежды, вздохнул – Да, надо… Хотя, мне кажется, уже не пригодится.

- Я тоже был уверен, что все случится во время драки. – Кивнул я – Идеальный же момент для нападения… Но… Видимо, что-то не так понял.

- Вот ты знаешь? – Вышвырнув на лестницу лохмотья, ухмыльнулся полицейский натягивая на себя мою куртку – Я вообще не в претензии! Ну его нафиг, честно! Обошлось, и ладно…

- Я тебе это напомню, когда мы за этим хмырем будем гоняться. – Вздохнул я, вынимая из кармана пакет, куда брезгливо скривившись, засунул голову бывшего колдуна.

- Зачем это?

- Сожжем, когда все кончится. – пояснил я, начиная спускаться вниз – Чтобы наверняка.

- Ага… - Кивнул Климов, и тут же опомнившись, возмутился – Погоди! Ты эту пакость ко мне в машину сунешь? Серьезно?

Он так и ворчал, спускаясь за мной по лестнице. Без злобы, просто выплескивая накопившийся стресс. И только проходя мимо разбитого окна внизу, не на долго замолчал, цепким взглядом окидывая двор, освещенный уличным фонарем. И не найдя ничего подозрительного, продолжил путь вниз, слегка хромая, и все время поправляя куртку, которая из-за не подходящего размера, все время топорщилась и не желала нормально на нем сидеть.

А меня все время подмывало начать зубоскалить над его поведением. Мол, красавец, не переживай, все девки твои! Особенно те, что полупрозрачные, и слегка не живые… Но опасаясь, что напарник психанет, и сорвет с себя чужую вещь, я молчал. Потому что чувствовал, ничего еще не закончилось…

Ночь встретила нас прохладой, и приятным ветерком, сходу коснувшимся разгоряченных лиц, и шагнув чуть в сторону от двери подъезда, я замер на секунду, вдыхая полной грудью свежий воздух. Все еще находясь на той тонкой грани, когда приятно прохладно, но еще не замерз. А рядом, наконец, из подъезда появился Климов, перекрыв своим широким телом весь выход.

Три выстрела прогрохотали скороговоркой, и едва появившийся из темноты подъезда Климов, рухнул обратно, молча, что испугало меня сильнее всего. А недалеко от нашей машины, глядя на меня с кривой ухмылкой, стоял Скворцов, собственной персоной, и целился в меня, не спеша спускать курок.

Бум! За спиной захлопнулась подпружиненная тяжелая дверь, и словно получив пинка, я рванулся в сторону, опомнившись.