Фантастика 2025-198 - Игорь Семенов

куда Асториан пришла по мирам, она села у фонтана. Никого не было, только вода журчала, пела, искрилась под звездами. И птицы выводили переливчатые трели. Асториан опустила голову на руки. Нужно понять, понять… Не корчиться от боли, а понять. Хотя бы чтобы жить дальше.

Почему? Почему он так с ней поступил?!

Асториан подняла голову, посмотрела в струящуюся воду и замерла.

Ответ очевиден. Она просто не желает признать его, слишком сильно все заглушила боль и обида.

Он хотел, чтобы она была рядом. Хотел ее, хотел себе — как и сказал. И попытался удержать ее — по-своему, по-драконьи, как мог. В голове всплыли янтарные глаза и твердые черты смуглого лица, глубокий, вибрирующий голос… Слишком мудрый, слишком древний, чтобы жестоко забрать себе «драгоценность», красивую игрушку… Тут большее, тут другое.

Хотел удержать ее… Одинокий, мудрый, зачерствевший в своих великих целях дракон. Умный и сильный мужчина. Самоотверженный Хранитель. Хладнокровный игрок. Хотел, чтобы она была рядом. И попытался — как мог. Из глубины души вдруг запросились слезы. Ему одиноко, жестко, холодно. Он и сам не ощущает этого. Но захотел ее — как луч тепла и света. Она ведь знает, чего стоит принцесса уалеолеа, страстная, сильная, светлая… Способная оживить даже камень.

И Аргоах — в это мгновение ей не хотелось называть его драконом — Аргоах попробовал, но не смог. Не захотел навредить ей… Не смог сделать из нее безвольную игрушку.

А может быть, и вовсе лишь хотел предупредить, показать, каким опасным может быть дракон.

Вспомнились горячие руки на ее плечах, надежный локоть, за который она держалась на планете четырехруких. Чуть насмешливые, но бархатно-покровительственные нотки голоса, когда он беседовал с ней тогда, в первый раз.

Нет, Аргоах не желал ей зла. И смотрел на нее так… Тут невозможно ошибиться.

Теплая перламутровая радость ударила в душу, и, казалось, струи водопада зажурчали громче — прежде она почти их не слышала, погруженная в свое горе. Птицы запели томно и красиво, а ночь стала прекрасной, ясной, душистой и… чувственно-тягучей, как и должны быть ночи в садах бессмертных.

Асториан со смехом вскочила на ноги.

«Нет, дракон, так просто ты от меня не избавишься!» — подумала она. И побежала переодеваться. Короткое белое платье плохо подходит для путешествий по мирам.

* * *

В огромном гроте было почти совсем темно. Даже синее магическое сияние, которым дракон подсвечивал свое жилище, казалось приглушенным, потухшим. Асториан вышла в тот мир у входа в грот и быстро прошла по темному туннелю. Сердце сжалось при виде приглушенного света и огромной черной тени, лежавшей в центре.

Но при ее появлении что-то густое, мощное, словно взрыв, разошлось по комнате. Оно чуть не сбило Асториан с ног, настолько яркими были эмоции дракона. Аргоах повернул к ней голову.

— Зачем ты пришла, принцесса? — услышала она в голове раскатистый голос.

Но теперь… теперь ей было совсем не страшно. Да, это могущественное существо в любой момент может заточить ее в лабиринт. Да и что скрывать от себя — победить в магической битве тоже сможет, слишком опытный он боец. Наверняка ведь тогда просто играл с ней. Но было не обидно. И не страшно. Он не смог причинить ей вред тогда и больше никогда не сможет. Она была уверена. Для этой уверенности даже не нужно смотреть будущее, хоть Асториан и подглядела немного, чего ей ждать. Ведь дракон пользуется своими преимуществами. Вот и она может.

— Стань хоть немного похож на человека — поговорим, — улыбнулась Асториан мысленно.

Дракон поднял шею, встал, расправил крылья. И Асториан в очередной раз подумала, какой он огромный. И какой красивый… Несравненный! Синий свет разгорелся ярче, миллионы черных пылинок закружились на месте дракона. И вот уже высокий статный человек с иссиня-черными волосами шел ей навстречу. Остановился в трех шагах.

— Слушаю тебя, Асториан, — спокойно сказал дракон и сложил руки на груди. «Что ж, притворяйся скалой, — подумала Асториан. — Притворяйся, если хочешь, тем более что лежащего дракона как раз за нее и можно принять. Но я-то знаю, что ты живой». — Не думал, что еще придешь. Я не напугал тебя, принцесса?

— Скорее обидел, — ответила ему Асториан с легкой усмешкой.

— Почему ты тогда пришла?

— Ты помог мне, — сказала она, заглядывая в строгое лицо. И заставила свою ауру сиять ярче, разбрасывая легкие искорки. Для тех, кто видел скрытое, они казались пушистым золотым облаком, окутывающим принцессу. Никто из уалеолеа не светится так сильно и так нежно. Только она. Дракон ощутил ее свет, хочет, чтобы она ему светила… И она это может. Ей не жалко света. — Я хочу оказать тебе ответную услугу. Уалеолеа отвечают добром на добро — что бы вы о нас ни думали.

Аргоах рассмеялся.

— Хочешь отплатить мне добром? Тому, кто хотел сделать тебя своей игрушкой?

— Не думаю, что всерьез хотел, — ответила Асториан с улыбкой. — Но это другое. Если хочешь, могу потом как-нибудь расплатиться и за это — по справедливости.

Дракон рассмеялся еще громче:

— Что ж, принцесса, принимаю твое предложение и помощь. Что ты можешь сделать для меня?

— Например, могу посмотреть будущее твоих проектов. Пути развития ситуации в зависимости от твоих решений, — спокойно сказала Асториан. — Но могу и слетать с тобой по делу.

— Начнем с будущего, — улыбнулся дракон и протянул ей руку. — Только пойдем в более удобное для тебя место. Где можно с комфортом присесть, и есть вода…

— Твой второй грот подойдет, — улыбнулась Асториан, вложив ладонь в его руку. Как много раз до этого, когда они вместе гуляли по планете четырехруких. Горячая волна привычно разбежалась по телу. И улеглась, осталось лишь чувство близости и странное ощущение… словно границы, что стояли между ними, истончились, растаяли. А может быть, даже исчезли. Хотя бы на время.

…А в глубине души ей хотелось, чтобы дракон взял ее на руки, как тогда, когда нес отдохнуть в свои владения. Это было надежно и хорошо, он был так близко… Перед этим чувством меркли все изысканные ласки уалеолеа.

* * *

— Это самая крепкая ментальная защита, что я могу поставить, — объяснял Рональд, а сердце билось громче. То, что Карина оттягивала, произойдет совсем скоро. И она волновалась. «Я просто умру, если кто-нибудь узнает», — вспомнились ей собственные мысли, когда она, ошарашенная, голая, сидела на кровати и умоляла насильника не сдаваться правосудию, не говорить никому.

Рональд, любимый, ее антео. Тот, кому она доверяет больше, чем себе. Тот, кто всегда берег свою Ки’Айли… и свою