Фантастика 2025-198 - Игорь Семенов

от боли и ушел влево в попытке ответить противнику. Он пробовал сопротивляться, инстинкты работали, хоть и знал, что все заслуженно. Но невидимым движением Рон’Альд перехватил удар, а в следующее мгновение неодолимая сила понесла его к стене и вжала в нее. Словно пресс распял его.

«Он же владеет полевым воздействием», — пронеслось в голове Артура. «Можно уйти в другой мир», — такой была следующая мысль. Но тут же ему словно вскрыли черепную коробку, чужой разум ворвался в голову. Что-то, словно тисками, сжало волю, лишая сил к сопротивлению, даже к тому, чтобы просто уйти.

— Вот так чувствует себя человек, когда его лишают воли. Когда становится вещью, — жестко и спокойно сказал Рон’Альд.

Невидимая сила собралась в кулак и сжала Ар’Туру горло. Древний, он не умрет от недостатка воздуха. Но это активное удушение распятого, беззащитного ломало последние оплоты, что оставались внутри — до тошноты, до ощущения нереальности, невозможности происходящего, до чувства, что это происходит не с тобой. Что ты превратился в игрушку, не имеющую ни воли, ни сил.

Неожиданно невидимые клещи разжались и на горле, и внутри головы. Поле, вжимавшее в стену, стало слабее.

— Убей меня, — прохрипел Ар’Тур, чувствуя, что смерть — лучший выход.

— Нет, слишком ценный ресурс, — усмехнулся Рон’Альд. — Тебе не удастся снова ускользнуть в смерть. Ты возьмешь на себя всю ответственность за совершенное.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Ар’Тур. Он никогда не забудет ощущений, как Рон’Альд, даже не притрагиваясь руками, распял его у стены и душил его волю и горло. Но сейчас эти ощущения слегка отступили. Он чуть-чуть смог вернуть себя.

— Знаешь, в чем беда? — вместо ответа задумчиво сказал Рон’Альд, изучая его взглядом. — Ты Древний, ты справишься быстрее. Но ты не просто будешь хранить этот опыт. Ты переживешь те же последствия, что она.

Невидимый поток снова стал сильнее, но теперь по-другому, словно противник придерживал Ар’Тура у стены, чтобы тот не упал или не совершил непоправимое. А в следующий момент Ар’Тур ощутил чужое касание к разуму — сильное, уверенное, бескомпромиссно вторгающееся туда, куда он меньше всего хотел пускать.

И чужой разум словно толкнул что-то в его голове. Невидимая плита скользнула в сторону, и Ар’Тур замер.

Ему открылась правда.

Вот каково это, когда ломают твои границы — грубо, простой силой, перед которой тебе не устоять. И превращают в вещь. Без воли, без права собственного голоса, без права и возможности сопротивляться и даже быть недовольным. И этот стыд… за то, что ты не такой, что ты даже больше не человек. Потому что люди — это те, кто имеет волю, кто может сопротивляться, с чьими желаниями считаются… Наверное, смерть тела намного лучше этой внутренней смерти.

— Она справится, почти справилась, — спокойно сказал Рон’Альд. — Значит, справишься и ты. К сожалению, намного быстрее. Мы, Древние, на редкость устойчивы и живучи. И запомни, ни при каких условиях Древний не имеет право на состояние аффекта. Ни при каких. Ты можешь использовать его как игру, как свое оружие. Но никогда, что бы и кто бы на тебя ни воздействовал, нельзя терять свой разум. Это слишком дорого стоит всем.

Чужой разум покинул разум Ар’Тура. Осталось лишь это сводящее с ума невозможное ощущение, что теперь долго он не уйдет. Будет жить где-то на отдалении сознания. Мертвое, привычное. Как у Карины…

— Убей меня, я заслужил, — сказал Ар’Тур.

— Нет, еще раз повторю — тебе не удастся снова ускользнуть в смерть, Эл’Боурн, — Ар’Туру показалось, или голос, произносивший это, чуть смягчился… — Это слишком просто. Ты нужен нашему миру. Тебе придется взять всю ответственность за прожитую жизнь, и… то, что было раньше.

Поток ослаб и отпустил Ар’Тура. Он пошатнулся и сам схватился за стену, чтобы устоять. Неожиданно почувствовал боль в правой руке. Господи, какая ерунда! Рука заживет через сутки. А вот остальное…

И тут разум Рон’Альда снова приблизился. Сколько можно, подумал Ар’Тур, но дядя был не умолим. Лишь касания теперь стали осторожнее, словно он собирался совершить более тонкую, сложную операцию.

Что-то щелкнуло в голове Ар’Тура. Словно старый ключ повернулся в ржавом замке. Мгновение он не понимал, что происходит. А потом… словно прорвало плотину.

Ар’Тур пошатнулся и упал на колени, сжимая голову руками. Забыв об остатках гордости, забыв… и заново обретая себя.

Но не миллионы картинок теснились у него в голове. Нет, это был чистый и мощный поток осознания, врывающегося, как река, и все расставляющего на свои места.

Эл’Боурн из Рода Арви. Он умер молодым… Военный — талантливый, смелый, расчетливый. Мужчина, крепко стоящий на ногах. Активный, энергичный, уверенный в себе. В сущности, он был таким до самой смерти. И остался таким в новом рождении… Троюродный брат Рон’Альда и двоюродный — Ки’Айли.

Ки’Айли, Карины…

Он безответно любил ее всю свою юность. Он сражался за этот мир и всю Вселенную в ужасной войне. И стал героем. Не таким, как Рон’Альд, но стал. И он сходил с ума, видя страдания любимой… Он получил долгожданное счастье и заключил с ней неразрывный Одобренный брак. Он мучился от ревности, когда она уходила хотя бы заглянуть в глаза своего антео… Он пытался убить на Поединке Рон’Альда или умереть сам. И он…

…Он не услышал ее, когда она попросила пойти к далекой звезде, чтобы разобраться со «снарядами смерти». Ар’Тур сжал голову сильнее, из глаз брызнули слезы. Не услышал, не понял… Отпустил ее на смерть. И пошел на смерть сам — наложил на себя руки изящным способом — не в силах жить без нее, не в силах терпеть эту вину и пустоту.

И он… он жестко изнасиловал свою любимую, чуть не убил ее — с новым именем, в хрупком человеческом теле — но ее. Не в силах побороть ревность и боль, принесенные еще из прошлой жизни.

— Что мне делать, Рон? — простонал Эл’Боурн-Ар’Тур, и, словно ребенок, посмотрел на своего… дядю, троюродного брата, соперника, врага… Учителя.

— Как всегда — хранить и сражаться, — краем губ улыбнулся Рон’Альд. И протянул ему руку, чтобы помочь встать. — Хочешь, считай это искуплением. Хочешь — своим долгом. Хочешь — призванием Древнего. Это неважно. Так или иначе, тебе следует принять эту ответственность. Не пытаться снова покончить с собой. Вместо этого восстанови свои навыки и умения. У тебя тело Древнего, так что все возможно. Ты нужен в этой войне, Эл’Боурн, — улыбнулся он снова.

— Наверное, ты ненавидишь и презираешь меня? — сказал Ар’Тур, вставая.

— Нет, — с усмешкой покачал головой Рон’Альд. — Я даже