Фантастика 2026-145 - Ярослав Яловецкий

Чувствую, как страх множится. Я подталкиваю его то к одному, то к другому, следя за тем, чтобы не дать совсем сорваться в панику. Они не понимают, что с ними происходит, ищут глазами эридов, но мы не вмешиваемся больше, чем нужно.

— Селина, за спиной! — слышу крик Корвина сквозь шум сражения.

Я сразу разворачиваюсь, вижу, как из-за низких веток, выскакивает веларронец в плаще — широкоплечий, волосы взлохмачены боем, меч нацелен прямо мне в бок. Он делает шаг и вдруг резко замирает. На лице отражается удивление, губы чуть приоткрываются, дыхание вырывается коротким стоном. Из груди у него медленно, с хрипом, выступает сталь, кровь сразу начинает пропитывать кожаную кирасу. За его спиной появляется Ривен. Он выдергивает меч, толкает тело вперед и оно падает передо мной.

— Все, как ты любишь, Селина. Люди падают к твоим ногам, — усмешка скользит по его губам, в голосе звучит привычная ирония, будто сейчас обычное утро и он просто подкалывает меня, как во время тренировки, а не среди кровавого месива.

Он становится рядом, плечо к плечу, потом разворачивается так, что наши спины смыкаются. Мы почти не смотрим друг на друга, держимся вместе. Шаг влево, шаг вправо, мечи идут дугой и никто не проходит ближе, чем на удар. Я почти не чувствую времени, только дыхание Ривена у плеча и звон металла.

— Помнишь, как Орвин гонял нас по двору? — вдруг бросает он за спиной, отражая удар. — Ты тогда на забор залезла, а я вляпался в бочку с водой.

— Ты еще кричал, что это «боевое уклонение», — выдыхаю, блокируя выпад.

— Ага, и получил за это два наказания. Смешно было, — ухмыляется он, отмахиваясь от нападающего.

Его плечо задевает мое, мы двигаемся, как на старых тренировках. Меч у меня в руках становится продолжением тела. Я скользким, скупым движением отбиваю удар веларронца, чувствуя, как Ривен с другой стороны коротко вздыхает и наносит свой выпад.

Неожиданно, ощущаю резкую перемену среди боя. Веларронцы сбиваются в кучу, двигаются плотнее, перекрикиваются, кивают друг другу, координируя атаки с холодной расчетливостью.

— Тяните их влево! Дальше, к оврагу! Не давайте уйти в лес!

— Не упускать! Держать ближе к низине!

— Левый фланг, прижать их, не отпускать!

Крики вдоль линии становятся все громче. Веларронцы настойчиво начинают гнать нас в одну сторону. Я ловлю короткие обрывки эмоций у терионцев и эридов, чувствую их страх и нарастающее отчаяние.

— Назад! Не даем им смыкать нас! — рявкает Варик, пытаясь пробиться обратно к центру, но веларронцы давят нас цепью, отрезая кусок за куском.

Со спины оглядывается Ривен. Его глаза острые, скулы напряжены, губы сжаты в тонкую линию. Он быстро оценивает пространство за мной, потом снова смотрит вперед.

— Селина, нас зажимают…

***

Эриды не оплакивают мертвых. Их имена вписывают в Книгу Памяти. У нас не принято склонять головы и сжимать руку в прощании. Просто еще одна тень в длинной череде, еще один голос, который исчезнет в гулком, молчании Луциора. Но сегодня этот список будет слишком длинный. Слишком.

Веларронцы поджимают нас все ближе к краю оврага. В руках у них не простые луки, а тяжелые металлические арбалеты, они наводят на нас мощные стальные болты с острыми наконечниками. Я оказываюсь у самого края, земля под сапогами рыхлая, обрыв уходит вниз так глубокого, что едва видно конец. Слева от меня Корвин, пытается держаться, сжимая меч так, что костяшки пальцев белеют. Справа стоит Ривен, с перепачканным кровью и грязью лице.

Веларронцы заряжают арбалеты, щелкают затворы, грубо перешептываются и они даже не скрывают, что сейчас добьют нас всех одной очередью. Один из них, приподнимает арбалет, направляя прямо на меня, и кривя губы в ухмылке.

Нет. Нет, только не сейчас. Я должна дойти до Каина. Все, что было, весь этот путь, вся боль, кровь, страх — все ради того, чтобы увидеть его еще раз. Я не могу умереть сейчас.

Ривен смотрит вниз, в обрыв. Чувствую, как его сбитая в кровь рука, крепко сжимает мою. Краем глаза вижу, как Корвин резко разворачивается ко мне. Его губы дрожат, глаза почти черные, но он все равно пытается улыбнуться.

— Ну что, эрида, кажется, все. Был рад знакомству, правда, хоть и короткому, и не в самых приятных… обстоятельствах. Ты была лучше, чем я ожидал.

Я не отвечаю. Не могу, если сейчас скажу хоть слово, все треснет внутри. Арбалетчики вытягивают руки, целятся в каждого из нас. Холод вползает под кожу, но это не страх смерти, это ощущение, что что-то не завершено. Не смогла, не справилась.

Ривен сжимает мою ладонь еще крепче, и я чувствую каждую царапину, каждую выбитую костяшку на его руке.

— Я сегодня говорил, как Орвин гонял нас по двору и мы забирались на забор… Помнишь, что мы делали дальше?

Он сжимает мою руку до боли. Я моргаю, не сразу понимая. В памяти всплывает давно забытый момент. Я тогда прыгнула первая, нужно было приземлиться на бревно, а Ривен только рассмеялся и спрыгнул следом, только не долетел и упал в бочку с водой, что стояла сразу под забором.

— Мы… — не успеваю договорить, в этот момент воздух режет первый залп болтов. Ривен резко толкает меня, и я падаю вниз, но вместо того, чтобы улететь в пропасть — приземляюсь на ствол дерева, что растет ниже из склона оврага. Руки скользят по мерзлому мху, и я глухо ударяюсь грудью о кору, едва не вываливаюсь дальше, но успеваю ухватиться. В этот же миг вижу, как по краю обрыва валятся наши. Корвин и несколько других терионцев. Арбалетные болты пробивают их броню, разрывая тела. Краем зрения вижу, как белый плащ девочки-эриды цепляется за корни, на миг задерживается, а потом уходит вниз. Один из воинов срывается, ударяясь о дерево, соскальзывает по стволу, цепляясь за ветки, я протягиваю ему руку, но не успеваю, как он срывается и летит вниз, в самую тьму.

Поднимаю взгляд и вижу Ривена. Он все еще стоит на краю обрыва, пробитый болтом в плечо. Следующий выстрел слишком быстрый, я не успеваю даже выдохнуть, как второй болт вонзается ему в грудь, Ривен словно на секунду замирает, как будто хочет сказать что-то напоследок, но не произносит ни слова и тяжело, беззвучно,