Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

— Ещё час, если погода не изменится.

Сразу после того, как мы покинули границы земель Железного лорда, я заметил погоню. Пятеро всадников, выехали из замка направляясь в нашу сторону. Надеяться на то, что хозяева земель решили удостоить для нас радушным приёмом, не приходилось. Единственное, что радовало меня, так это то, что противник сейчас находился в одинаковых условиях с нами. А это значит, что кони будут уставшими, а всадники вымотаны тяжёлой дорогой.

Если верить словам Йорка, то до ближайшего трактира осталось всего ничего. На пересечении четырёх дорог стояла таверна, через которую проходили все торговые пути, будь то на север или на восток. Очень удачное расположение, для предприимчивого торговца. Хотелось бы добраться до неё быстрее наших преследователей. Я люблю открытый бой, но будет лучше, если условия буду выбирать я.

Малой был единственный из нас, кому дорога не причиняла дискомфорта. Он носился по лесу, как и раньше, умудряясь охотиться на зайцев, что не успели спрятаться в своих норах. Не знаю как он это делает, но, когда Малой прямо передо мной из незаметного снежного холмика вытащил русака, я был горд за своего зверя. Так что, когда наши кони выехали на широкий тракт, на моём поясе болтались уже четыре серых тушки.

Деревянный сруб, представший моим глазам, выглядел вполне массивным сооружением, и был достоин всякого уважения к его строителям. Брёвна толщиной в обхват сложены в чашу. Каждое бревно тщательно подобрано и уложено без зазоров. Каждый стык прочно закреплен и надежно защищен от холодных ветров.

Вот только, всё это великолепие в данный момент встречало нас угрюмым безразличием. Не было напускных приветствий хитрого хозяина, готового поживиться на чужом несчастье. Не было злых выкриков на своих подчинённых, чтобы они поторапливались встретить долгожданных гостей. Лишь молчаливое спокойствие, и глухие удары открытых ставень, всем своим видом показывали, что нам тут не рады. Ворота, что должны были защищать хозяев дома от диких животных, были отворены, печально скрепя железными петлями.

Я первым слез с коня, передав поводья Йорку. Моё внутреннее чутьё просто кричало о том, что тут на каждом углу поджидает опасность. Ветер продолжал остервенело реветь, пытаясь сорвать с меня одежду. Вытащив меч, я медленно пошёл в сторону таверны.

— Не нравится мне всё это, – прокричал Йорк, пытаясь удержать испуганных коней.

Парень, ещё совсем не привыкший к виду гримби, опасливо поглядывал на зверёныша, который спокойно следовал за мной.

— Жди здесь, – ответил я Йорку, медленно поднимаясь по ступенькам.

Как я и подозревал, дверь в таверну была не заперта. Тёмный провал распахнулся передо мной, приглашая внутрь. Я осторожно вошел в помещение, ощущая как студёный ветер врывается следом.

— Малой, – чувствуя за своей спиной зверя, – Лучше останься и охраняй Йорка.

Зверь разочарованно поплёлся наружу, что-то, ворча себе под нос. С тех пор как я нашёл его, Малой перестал присылать мне ментальные сообщения. Третий глаз был закрыт. Однако, пока не было причин для беспокойства, да и времени, чтобы всё обдумать тоже.

Я пробирался дальше в темноте, стараясь обходить раскиданные стулья, и перевёрнутые столы. Ветер бушевал снаружи, стуча раскрытыми ставнями и проникая внутрь через щели, принеся с собой колючий снег. Под ногами слышался хруст чего-то непонятного, словно сухие ветки, были раскиданы по всему полу.

Внезапно я услышал тихие звуки. То ли чей-то разговор то ли смех. Я прислушался. Ответом была тишина. Даже ветер притих, будто что-то почуяв.

— Бэл, ты тут? – неожиданно раздался голос Йорка в зловещей тишине.

Выругавшись, я увидел его фигуру в свете дверного проёма. Малой стоял рядом, с интересом втягивая гнилостный воздух.

— Я же сказал ждать снаружи! – с досадой произнес я.

— Я нашёл факел, – ответил Йорк, и в тот же момент кинул его в мою сторону, не решаясь войти внутрь.

Я даже не сомневался, что парень не сможет докинуть его до меня. Факел упал где-то по середине комнаты. Кажется Малой разочарованно вздохнул, и неспешно поплёлся за ним. Всё это время мне слышались странные звуки, раздававшиеся прямо вдоль деревянных стен. Да что за чертовщина тут творится?

Как только факел попал ко мне в руки, я запалил его. Пламя заиграло, бросая на стены причудливые тени. Я огляделся и звуки стихли. Всё, что было вокруг, это разруха и запустение, и ни одной живой души. Странные узоры на стенах привлекли моё внимание. Сделав пару шагов, я не сразу понял, что то, что принято мною за узор оказалось кровавым отпечатком от чьих-то рук.

— Малой, – обратился я к гримби, – останься с Йорком. И не давай ему идти за мной следом, – попросил я друга. Зверь тут же потрусил обратно.

Я же, пытаясь понять, что тут произошло, опустил факел вниз. На мгновенье меня пробил холодный пот. Весь пол был усыпан хрупкими человеческими костями, ломающимися от лёгкого прикосновения. Что тут вообще произошло?

Факел трепетал в моей руке, освещая пространство вокруг меня не больше, чем на метр. Я двигался дальше. За уцелевшими столами, сидели скелеты в причудливых позах. Некоторые из них держали в руках пивные кружки, словно пытаясь продолжить свой последний обед. Другие же, оставшись лежать на полу с кинжалом в шее. Я шёл дальше, разглядывая чужие смерти, ощущая холодные взгляды пустых глазниц, пока не дошёл до конца таверны.

Внезапно, мой взгляд упал на стоящего за стойкой бармена, который смотрел на меня с любопытством. Его глаза были красными от лопнувших сосудов, а кожа, покрытая зеленоватыми струпьями и странной жижей, поблёскивала отражая свет пламени.

Как ни в чем не бывало он протирал пустые бокалы, время от времени издавая те самые звуки, которые меня беспокоили всё это время, пока наши глаза не встретились.

Глава 7

Звериный оскал на лице бармена исказил его внешность до неузнаваемости. Он больше не был человеком. Я даже не мог понять, на что было похоже это существо. Склизкая жабья кожа, покрытая жуткими струпьями. Глаза, вылезшие наружу, как у улитки, где бушевала дикая ярость. Он открыл, обезображенный гнилостными наростами рот, издав пугающий клёкот, произнося звуки одним лишь языком, покрытым зелёной слизью.

Но несмотря на все изменения, я всё ещё видел в нём человека, который страдал от своей участи и не мог ничего с этим поделать. Я жалел его и одновременно хотел побыстрей убить это существо. Его глаза напомнили мне отца Марка, что был