Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

— Ты мне не друг, — простонал страдающий подселенец.

— Я принесу похмельное зелье, — пообещал Риш.

— Но мы можем попытаться, — Иррес чуть ли не рыдал.

— Видите? А я тоже имею право заботиться о своих друзьях.

Викан с громадным удовольствием следил за представлением.

— Сильнейший… — змеёй зашипела Майяри, но осеклась. Стиснула зубы и немного подумала. Увы, усталость сковывала рассудок и она не могла выдать ни одного делового предложения, чтобы договориться миром. Нет, угрожать повелителю Салеи как-то совсем неправильно, но Лирка…

Раздался хруст, и взоры всех мгновенно притянулись к медвежонку. Ханён кое-как встал на дрожащие ноги и с яростью посмотрел на Майяри.

— Куда ты собралась красть мою маму?

Заинтригованное и немного опасливое выражение на лице той вытянулось в недоумение. До Майяри не сразу дошёл смысл слов. Она растерянно посмотрела на спящую подругу, на мальчишку и вопрошающе уставилась на Узээриша.

— Что? — не понял тот.

— А, всё-таки успел! — обрадовался Викан.

— Ты кто? — Майяри настороженно отступила от мальчика.

— Ханён, — тот, сложив руки на груди и расставив ноги, сурово на неё уставился, напрочь игнорируя собственную наготу. — Мамин сын.

Майяри растерянно посмотрела на Лирку, опять на хайнеса, до которого начало доходить.

— Ты не знаешь? — недоверчиво спросил Риш. Неуверенная улыбка появилась на его губах. — Серьёзно? Ты не знаешь, что у твоей горячо любимой подруги есть десятилетний сын?

Женщина ошарашенно округлила глаза. Даже невозмутимый Ранхаш нахмурился и растерянно моргнул. Зашевелив губами, Майяри вперила глаза в окно, словно что-то вспоминая, и начала сгибать пальцы, явно считая. Озарение исказило её лицо яростью.

— Лирка! — рявкнула Майяри, разворачиваясь к кровати. — Как ты могла? Как посмела⁈ Скрыть… Скрыть такое?.. Да ты дура!!! Жить всё это время там с ребёнком! Эдар! — тут женщина натурально оскалилась. — Этот скот точно знал и покрывал тебя! Сволочь! Пусть только мне на глаза явится! Освежую, а из шкуры шубу сделаю!

— Да что ж ты орёшь, полоумная⁈ — страдал Иррес.

Ханён, впечатлённый яростью незнакомой тётки, уже со страхом прикрывал от неё мать, и Майяри металась из стороны в сторону, не рискуя приближаться к ребёнку, будто тот был прокажённым.

— Поверить не могу! — стонала она. — Почему ты не написал сразу⁈ — напустилась она на Викана.

— И испортить такое представление?

— Боги, сплошные идиоты вокруг!

— Ты пугаешь ребёнка, — наконец вступился Риш.

— Я даже не знаю, что теперь делать! — поделилась своим возмущением Майяри.

— Не мешать спать. Эй, там за дверью! — позвал хайнес.

Внутрь заглянул перепуганный лакей, который и проводил супругов сыскарей сюда.

— Проводи господ в крыло правящей семьи, — распорядился Сильнейший. — Подготовь покои, пусть переночуют там. Самые дальние покои выбери, чтоб до утра я их запаха не чуял!

— Г-господа, — позвал лакей.

— Никуда я не пойду! — заупрямилась Майяри.

Но муж посчитал, что сейчас хайнес прав, и, взвалив супругу на плечо, понёс её прочь.

— Ну Ранхаш! — Майяри обиженно стукнула его кулаками по спине.

— Хватит, — сухо и веско обронил харен. — Утром разберёмся.

— Да ничего твоей подруге не будет, — заявил Викан, отлипая от косяка и выходя вслед за братом в коридор. Уже оттуда донеслось: — Сов хайнеса над ней крыльями машет.

— Что⁈

Риш тяжело выдохнул и посмотрел на Лирку, которая продолжала спать и улыбаться.

— Ты тоже иди спать к себе, — велел он Мхяну. — Хотя погоди, — Риш посмотрел на страдающего подселенца. — Зайди к лекарю… у стражи спросишь, где он… и попроси похмельного зелья, — и, смерив зверя взглядом, добавил: — Ведёрко.

Парнишка помялся, но всё же вышел. А Риш, обойдя постель, со стоном рухнул на неё.

— Вы здесь спать собрались⁈ — возмутился Ханён.

Повернув голову, хайнес хитро на него посмотрел и сказал:

— Охранять буду. А то вернётся эта сумасшедшая тётка и украдёт твою маму.

Тут мальчику крыть было нечем. Поджав губы, он помялся, посопел и полез на кровать. Устроившись между матерью и хайнесом, он пихнул последнего, чтобы тот подвинулся, и Риш неохотно уступил ему ещё немного места.

Уже сквозь сон он слышал, как вернулся Мхян. Парень осторожно подступил к зверю, выставляя перед его мордой ведро с зельем.

— Чего тебе, тёмная душа?

— Я тут это… зелье принёс.

— О! — Иррес поднялся на дрожащие лапы. — Ты мне всегда больше всех в нашей семейке нравился.

И Риш вновь уплыл в сон.

Ханён ворочался дольше всех, негодуя на взрослых и жутко ревнуя маму к сопящему рядом хайнесу.

Только Лирка продолжала безмятежно спать, не подозревая, какой ужас ждёт её утром.

Глава 27

Новый жрец

В нынешнюю ночь решили сложить посмертный костёр для погибшего И-тро-ха. А-ара всё ещё не могла поверить, что жрец так и не вернулся из Дома Духов, став жертвой гнева Господина. По крайней мере так говорили, когда утром, решив больше не ждать его возвращения, туда отправился Хо-ёта-си и один из сыновей И-тро-ха. И немедленно по становищу расползлась жуткая весть.

Жрец найден мёртвым.

Видимых увечий не было. Его нашли в центре главной залы лежащим на животе. Уже остывшим и окоченевшим. Только тело его было куда более тяжёлым, чем при жизни, а изо рта сыпался песок. И-сон-ри рассказывал, что, когда они с Хо-ёта-си подняли отца, печать спала с его шеи и осталась лежать в храме. И пока никто не рвался за ней.

Такая судьба была неудивительна, жрецы часто гибли. Порой их наказывали и Господа за чрезмерную самоуверенность. Но господин И-тро-х всегда был очень осторожен и в словах, и в делах. Иногда его даже обвиняли в трусости. Но трусом он не был. Всё же он единственный, кто не побоялся броситься в Дом Духов, когда ночью оттуда начали раздаваться жуткие вопли. Видимо, он надеялся умилостивить Господина, чтобы тот не перекинул гнев свой на вверенный ему народ. Так утверждала его старшая жена.

Мужчины же иначе как глупцом его не называли. Но называли утайкой. А-аре отчего-то казалось, что злыми словами они скрывают собственную трусость. Ведь мало кто из них осмеливался и сейчас подойти к Дому Духов ближе, чем на четыре сажени.