Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

У Лирки сердце в горле застряло и забухало так сильно, что заглушило не только разумные мысли, вообще все мысли, и перепуганная до смерти женщина в оцепенении слушала гулко стучавшую пустоту в голове, разносившуюся от уха до уха.

Первый порыв — стащить Ханёна с тела хайнеса и прижать к себе — Лирка мужественно сдержала. Точнее, разум успел овладеть ею быстрее паники и нашептать, как же странно будет выглядеть её страх и поспешные действия. По-до-зри-тель-но… Не нужно давать Сильнейшему даже малейший повод подумать, что она что-то ещё скрывает. Лирка уже приготовилась услышать укоряющий голос господина Наэша, но с облегчением и досадой зыркнула на дрыхнувшего подселенца. Без пары голосов в голове она чувствовала себя немного несобранной и одинокой. При всех неудобствах сосуществования с двумя мужчинами, Лирка успела сильно к ним привыкнуть. Привыкнуть не только к их помощи и защите, но и к дурости Ирреса, и к нравоучениям господина Наэша. Так что сейчас в ней боролись страх, досада и глубокая растерянность, вызванная внутренним одиночеством.

Шани зашевелилась, напоминая, что Лирка не совсем одна, и той самую малость полегчало.

Почему вообще хайнес спит здесь? У него свои покои, это-то уж она знала наверняка. Провожал их и уснул, где упал? Сколько ж он выпил? Сколько они выпили⁈ Лирка никак не могла вспомнить ничего дальше момента, когда она дышала над вином. Тёмные, только бы она ничего лишнего не «надышала»! Что было дальше? Ирресу и господину Наэшу не нужно было много, чтобы напиться. Сама Лирка куда устойчивее к выпивке и развозит её только из-за этой парочки. Но хайнес-то точно должен был выпить очень-очень много, чтобы засыпать там, где упадёт. Точнее, чтобы падать и тут же засыпать.

Или она сама приволокла его сюда?

Лирка мучительно закусила губу. Сейчас она как никогда понимала Сильнейшего, который мучится из-за выпавшей из памяти ночи. Притащить пьяного хайнеса в свою постель она могла. Пожалела и принесла. Тёмные, она больше никогда не будет пить!

Убедить себя, что Сильнейшего она принесла сама, Лирке удалось довольно быстро. Ханён, наверное, злился, потому и перевоплотился. А Мхян, помня наставления Нария, остался бдеть. Интересно, он подселенца уже видел, или тот выполз наружу, когда парень уснул? А ведро откуда? В спальне его точно не было. Ай, да Тёмные с ним, с ведром! Лирка посмотрела в окно и убедилась, что пока ещё раннее утро. Если выставить… попросить хайнеса уйти сейчас, его заметит меньшее число оборотней.

— Господин, — женщина осторожно тронула мужчину за плечо.

И хайнес, и Ханён поморщились одинаково недовольно, вызвав оцепенение у Лирки. Она с трудом сглотнула и сжала-разжала похолодевшие пальцы.

Лицом Ханён действительно был больше похож на неё. От своего настоящего отца он взял не так много. По крайней мере она считала так раньше. «Окрас», как выражался Иррес. Снежно-белые волосы, которые были присущи не только членам правящей семьи, ну и загар Ханёна не брал. Но о том догадаться было сложнее, потому что кожа мальчика имела лёгкий золотистый оттенок, а не противоестественную снежность, как у хайнеса. Только вот сейчас, когда они лежали так близко, их кровное родство бросалось Лирке в глаза.

Даже странно, что Ханён, ранее никогда не знавший настоящего отца, так походил на того мимикой, а иногда и характером. Как часто Лирка терялась, когда хайнес недовольно щурился на неё. В такие моменты он очень напоминал ей Ханёна, и в груди вскипало нежное чувство, и ей не хотелось злиться в ответ. Просто не могла, когда он был так похож на её сына. И вот сейчас ей пришлось выждать пару десятков секунд, чтобы освободиться от тяги ласково погладить мужчину по растрёпанным волосам, как Ханёна, когда тот не хотел вставать, а Лирке было жаль его будить. Даже мелькнула мысль: «Может, пусть спит?» Но женщина решительно тряхнула головой и уже ощутимее тронула Сильнейшего за плечо.

— Господин, просыпайтесь.

Тот опять недовольно поморщился и слепо отмахнулся от неё правой рукой, тут же прикрывая ею Ханёна и слегка изворачиваясь к Лирке спиной, заволакивая мальчика под себя. Шани внутри одобрительно заворчала и, потеснив Лирку, осмотрела «медведя». Не так часто можно было встретить самца, который бы заботился о чужом детёныше. По мнению Шани, которую в этот раз не перебивал Иррес, «медведь» был хорош. Крепкий и горячий. А то, что крылья вместо лап… Шани крылья любила. Тем более крылатые медведи строили неплохие берлоги и грели этими самыми крыльями медвежат. Шани медведя одобряла. А то, что взбалмошен и рычит порой, — так все самцы такие, и они сами могут порычать в ответ. Ещё и лапой наподдать.

Лирка вздрогнула и поспешила потеснить медведицу. Делом это оказалось непростым. Пока отвоевала место, успела разозлиться, поэтому пихнула хайнеса в спину весьма ощутимо.

— Да просыпайтесь вы!

— Чего? — сонно отозвался Риш.

В полудрёме ему чудилось, что это Риша пришла забирать заснувшего с ним птенца. Только через некоторое время он сообразил, что никто из братьев и сестёр так не пах, и, с трудом разлепив веки, уставился на светлую макушку и облупившийся кончик носа Ханёна. В голове тут же пронеслись воспоминания о прошлой ночи, и Риш уже несколько настороженно взглянул через плечо на Лирку.

Бледная магичка определённо была зла и встревожена. Она обеспокоенно подавалась вперёд-назад, явно едва сдерживаясь, чтобы не забрать у него своего драгоценного сына, и раздосадовано посматривала на дрыхнувшего подселенца.

— Почему вы спите здесь? — как ни странно, в голосе женщины был именно вопрос, не претензия. — Кто-то мог увидеть, что вы заходите сюда.

— Да наверняка увидели, — Узээриш вновь прикрыл глаза и откинулся на подушку. Челюсти хрустнули в чудовищном зевке. — А также видели, как братишка твой туда-сюда мотался к лекарю. И твоего любопытного сына, уверен, вся местная стража и все слуги уже знают.

Ханён в его руках недовольно заворочался.

— Это я вас принесла, да? — на лице Лирки проступила вина.

— Что? — сон мгновенно слетел, и Риш с возмущением на неё посмотрел. — С простреленной рукой? Куда б ты меня дотащила? До кухонного порога? Я тебя принёс! Ты уснула, я будить не захотел.

— Тогда чего вы не ушли? — Лирка растерялась. Воображение услужливо подсовывало картинки, как Сильнейший несёт её… м-м-м… на спине? Или всё же